Учитель из прошлого тысячелетия (СИ)

— Я на один день отлучился, а вы уже теряете с трудом нажитое, — покачал головой.
— С трудом? — возмущенно брякнул бокалом по столу паладин.
— Да, — тут я был непреклонен. — Но я бы и так взял, император такого не прощает. Отказался бы — и нажил врага.
— Он такой, — протянул Молот, быстро успокаиваясь. — Кнут и пряник, кнут и пряник. Только вот не в тебя корм, пряник не понравился.
  
— Тут скорее другая мотивационная конструкция, та, которая с морковкой. Правда, мне её вставили с другой стороны и сказали, что так и было, — мой бокал стремительно пустел.
— Зато княже оценил, — хмыкнул Михаил. — Ходит и осматривает владения. Вижу по твоей улыбке, что ходить без дела ему осталось недолго. Помянем, — вытянул руку с бокалом.
— Помянем, — согласился я, чокаясь своей посудиной.
На столе плавно появилась вторая бутылка, щедро разлитая по бокалам.
— Так вот, земли, — уже несколько тягуче произнёс Молот. — Мы граничим с Монголией, у нас общий лес. Монголы не входят в состав империи, но с недавних пор их стали замечать в этом лесу. Пограничники исчезли, война же была, все думали, что наступил конец света, и пока что службы ещё не сформированы заново. Поэтому границу никто не стережёт.
— И это проблема, по-твоему⁈ — я не выдержал. Что дальше, ежей в лесу пересчитать предложит? — Они делают там что-то запрещённое?
— Живут, а это запрещено, — серьёзно заметил Михаил.
— Не особо важно сейчас, — отмахнулся я. Других проблем хватало по горло.
— Так это только начало истории.
— Молот, не тяни, молоточком станешь, обещаю!
Тот уловил смену интонации, немного подобрался.
— Пришёл к нам их шаман и говорит, что разговор есть. Серьёзный. Я разузнал по своим каналам: появился у них бог. Чужой, какой-то китайский. Да Хун Пао или что-то в этом роде.
— Да Хун Пао — это чай такой, — просветил паладина я, разглядывая дно своего бокала. Язык уже начинал слегка заплетаться, но прогонять мир через организм не стал, позволил себе захмелеть. Юное тело плюс редкие алкогольные возлияния — и меня начало крыть уже со второго бокала.
— Да хоть Улун. В общем, Тэб-Тенгри его зовут, — Михаил тут же щедро плеснул коньяка в опустевшую тару.
— Нет такого чая, — протянул я, делая очередной глоток.
— Какой чай, шамана!
— Какого шамана? — я с некоторым трудом сфокусировался на Молоте.
— Так, Свят, тебе больше не наливать, хватит, — Михаил как будто тут же почти протрезвел.
Потянулся забрать у меня бокал, но был послан в туман, я продолжил делать небольшие глотки.
— Говори, я слушаю, — заставил себя сконцентрироваться.
— Так вот, — Молот вернулся к своему бокалу. — Пришёл шаман, Тэб-Тенгри. Не знаю уж, фамилия это или имя. Может, и то, и другое. Ну или прозвище, черт их, монголов, знает. Говорит, что этот бог плохой. Мол, они вообще не по богам, а по духам. Поэтому собрали вещички и быстро свалили в наш лес, теперь вот просят их принять.
— Ну так прими! — возмутился я. — Теперь на каждого гостя меня гонять будешь⁈
— Принял бы, — не отреагировал на мою вспышку Михаил. — Но тут пришли дипломаты от Монголии, стали угрожать тем, что мы укрываем у себя чуть ли не революционеров пополам с террористами.
— И всё это за один день, — я с усилием потёр лоб. Махом допил содержимое бокала, долил себе ещё сам, так как Молот отказался работать официантом. Буркнул себе под нос: — А Седьмая знает толк в выпивке, легко идёт.
— Я посчитал, что это важно. Тут пахнет международным конфликтом, а такие вещи решать без тебя нельзя, — развёл руками Михаил.
— Господи, если ты меня слышишь… — начал было я, но тут же оборвал свои слова. Учитывая кощеев и богов, может там правда кто-то и слушает. Помру ещё, а там список для оплаты, длинный такой. Среди прочего упоминание всуе прибавлять как-то резко расхотелось. — Так, ладно, решим этот вопрос.
— Боюсь, это не последний, их ещё много. Одна из причин, почему мы не набираем людей на важные посты в том, что это либо люди императора, либо Старика. В общем, одни шпионы, куда ни плюнь. Всем интересно, что тут происходит.
— Интересно, как же, — проворчал я. — Ничего здесь не происходит, так и передавай, если заметишь шпиона.
— С тобой ещё хотят пообщаться наши торговцы, — на губах Михаила вновь заиграла хмельная улыбка.
— У нас есть торговцы? А, вспомнил, чего хотят?
— Да если б я знал, они ж с тобой хотят говорить, — пожал плечами Молот.
Что-то у меня от всего этого голова загудела. Говорить о делах захотелось ещё меньше.
— Ай, ладно, давай за успешное укорачивание на голову одного зарвавшегося Бакунина! — провозгласил я тост, Михаил поддержал, мы звучно чокнулись.
Выпили, общим постановлением решили, что пить без закуски — такое себе. Позвали Дору, она передала седьмой, та быстро сварганила закусок. Ещё раз выпили, на этот раз закусывая. И понеслась:
— За Сибирь!..
— За тебя!..
— И за тебя!..
— За императора!
— Обязательно…
— За Светлого!
— С чего бы…
— Он друг и хороший целитель!
— Аргумент. Но тогда и за Листика!
— Поддерживаю!..
Звон упавшей со стола непонятно какой по счёту бутылки был последим, что я услышал…
… — Вставайте, господин главнокомандующий, вставайте, ну пожалуйста…
— Кто здесь? — в глаза словно песка насыпали, но я сумел их кое-как продрать.
И понял, что таращусь во что-то мокрое. Поднял голову, смахнул что-то с глаз. Понюхал — майонез. Уставился перед собой — огурцы, колбаса, горошек… классика, оливье. Рядом паладински всхрапнул и подкинулся Молот.
— Что с твоим лицом, прости и сохрани, — хрипло проговорил он, оглядывая меня.
— Огуречная маска, помогает от морщин, тебе тоже советую. Но ты, в принципе, и так в курсе, — сипло ответил я, наблюдая за тем, как Михаил смахивает со щеки остатки крабового салата. — Что тут вообще происходит?
Я с некоторым трудом обвёл взглядом помещение: мы были в столовой, которая сейчас больше походила на поле брани. Кругом лежали монголы в традиционных ярких нарядах. Что-то на голове сместилось от моих движений, провёл рукой, обнаруживая на себе шапку с большими ветвистыми рогами. Поторопился снять, пока Молот не разглядел, а то ведь изведёт своими похабными шутками.
— Господин… — и снова писк над ухом.
Наконец я смог рассмотреть, кто же там пытается меня добудиться — это Вторая, служанка.
— Что случилось? — уточняю, желая хлебнуть рассолу. Литра так два — потому что мутило страшно. Не помню, когда я в последний раз так напивался, чтобы с утра любой звук раздражал, а во рту словно кошки нагадили. И только тут до меня полностью дошёл смысл её слов. — И какой ещё, нахрен, главнокомандующий?
— Ну, по законам военного времени, — неловко проговаривает Вторая. — Вы так сами вчера кричали, ещё много угрожали, когда пили. А потом и вовсе объявили войну.
— Кому? — меня мгновенно прошиб холодный пот. Этого ещё не хватало.
— Монголам, — словно первокласснику, объяснила мне Вторая.
Я по второму кругу осмотрел столовую.
— Это им что ли? И я их порешил?.. — демонстративно провёл по горлу ребром ладони, бледнея ещё больше. — Хотя нет, крови нет. Магией?
— Нет, вы не так поняли, это ваши союзники. Они просили политического убежища, вы его дали, а потом закрепили союз.
— Мать моя женщина… — простонал я, будучи не в состоянии непроснувшимся мозгом объять в полной мере явление белого пушного зверька. И тут же сознание словно прострелило: вот чёрт, я же долбанный ученик! — Сколько времени? — взвился было, да головная боль тут же усадила на место. Прикинул, что если на вопрос ответят прямо, то мне придётся ещё делать пересчёт по часовым поясам. — Нет, не так, сколько времени осталось до начала занятий в академии?
  
— Один час двадцать три минуты, — отрапортовала Вторая.
— Ну, хоть что-то, — буркнул в ответ. — Войну, надеюсь, это я не всерьёз? — спросил с надеждой.