Бойся моего ада (СИ)
— Как бы с тобой не было тяжело, но ты мой брат. И поэтому я прибежала к тебе, а ты… Всего лишь ублюдок без совести и сожаления, — я стиснула зубы с такой силой, что скулы заныли. — Блохастая псина!
Плата в руках Аша треснула и он медленно повернул голову в мою сторону. Черты лица были искажены, тем, что заставило меня замереть. Даже перестать дышать, ведь таким я брата еще не видела.
— Как ты меня назвала? — спросил он, еле заметно наклоняя голову набок, из-за чего черные, непослушные волосы частично упали на лицо. И в том освещении, которое было в комнате, это выглядело по-настоящему жутко.
Я явно сказала лишнего. Слова, из-за которых для меня скорее всего «завтра» не наступит, так как брат убьет меня прямо здесь и сейчас. Безжалостно и с особой жестокостью.
И виной всему мой язык, ведь я пыталась намеренно задеть его. Все из-за некой аномалии, впервые проявившейся в прошлом столетии.
Именно тогда начали появляться люди, которых позднее назвали альфами. Женщин это не касались. Этими людьми всегда являлись исключительно мужчины, которые от остальных они отличались тем, что имели в себе звериные черты.
Изначально что-то такое считалось мутацией или болезнью. Их пытались лечить, но делали только хуже. Лишь спустя годы и бесконечное количество исследований был сделан вывод, что это новый вид людей.
До сих пор альф было слишком мало. В некоторых странах они все еще не появились и не факт, что это произойдет. В нашей же, соотношение альф и обычных людей было примерно один на миллион. То есть, несмотря на то, что новость о новом виде людей некогда пронеслась сокрушающей бурей по всему миру, до сих пор все это было слишком далеко и непонятно. Во всяком случае, для меня. Я, как и многие другие, считала альф информационной выдумкой. Как говорится — лично не видела, значит, не факт, что оно есть. Да и как вообще такие люди могут существовать?
Как оказалось, могут. Жизнь меня в это носом ткнула с размаху. Аш оказался альфой.
Но выяснилось это лишь полгода назад, когда брат пробудился, как зверь. И то, как это произошло, я никогда не забуду. Тот день и стал первым этапом безжалостного краха нашей семьи. Сокрушительного и безвозвратного.
Именно тогда я в последний раз видела Аша. Причем, именно в подобие альфы. Это до сих пор пугало и вызывало у меня панику.
Сейчас же он вроде как вел себя, как человек, но все равно мурашки бежали по коже.
Несмотря на мое неверие в подобную ерунду, пробуждение Аша многое объясняло.
Раньше я кое-что слышала про альф. Какие-то обрывки новостей, статей и фильмов, но за последние полгода, после произошедшего той ночью, перерыла тонну литературы. Прочитала про них все, что смогла найти.
И первый вывод, который я сделала — альф невозможно понять. Они во всем отличались от обычных людей. Начиная обычными действиями и заканчивая эмоциями и даже мыслями. То, что для обычных людей было неприемлемо, для них абсолютно нормально. Как и наоборот. Альфу может понять только другой альфа. И то не всегда.
Мы как раз никогда не понимали Аша. С самого детства. Пусть тогда никто, даже он в том числе, не знали о том, кем он является, но найти с ним общий язык было сравнимо с хождением по острию ножа над бездонной темной пропастью.
Теперь хотя бы было ясно, почему он такой. Как и то, что понять его априори невозможно. Мы просто другие. Разные. Абсолютно во всем.
И об этом не следовало забывать. Не стоило пытаться найти в его словах логики с моей стороны. Понимать, что он способен на все. Но, черт раздери, я нуждалась в помощи Аша.
Почему всем достались нормальные братья, а мне он?
— Хорошо. Признаю, мне не следовало называть тебя блохастой псиной. Я случайно, — сказала, нервно ерзая по полу и пытаясь дотянуться до остальных книг. — Ладно, не случайно. Но я была неправа. В твоей звериной сущности нет ничего пло…
Я не договорила. В ужасе вскрикнула, когда брат схватил меня шиворот и, дернув, поднял на ноги. А я даже не поняла, как он успел оказаться настолько близко.
— Что ты делаешь? Отпусти! — он дернул меня в сторону двери. Потащил к ней так, что я вновь чуть не упала. — Нет. Стой… Мы не договорили.
— Пошла вон отсюда, — по глазам Аша я поняла, что он желал сделать со мной что-нибудь похуже, чем просто вышвырнуть в коридор и мне вообще стоило быть благодарной за то, что все обойдется малой кровью. Вот только, без его помощи завтра этой самой «моей крови» будут реки.
— Подожди. Умоляю, выслушай меня. Я хочу кое-что сказать, — я затрепыхалась, но брат все равно открыл дверь и толкнул меня в коридор. И я бы вылетела в него, если бы не успела схватиться за его руку.
А затем ловко скользнула под нее и опять забежала в комнату.
— Если не выслушаешь меня, я закричу, — сказала, чувствуя, что та могила, которую я себе рыла, становилась еще глубже. Чуть не споткнувшись о книгу, я опять отошла к стене. — Я, конечно, огребу за то, что сейчас нахожусь в общежитии, но мне уже терять нечего. Ты же, без сомнений, получишь наказание.
— Ты пытаешься мне угрожать? — на ладонях Аша проступили вены. Выглядело жутко, но я привыкшая. Пусть и не часто, но в прошлом были моменты, когда я бесила его не меньше.
— Нет. Только прошу выслушать, — я дрожащими ладонями попыталась поправить блузку. Из-за Аша оторвалась одна пуговица и теперь был немного виден лифчик. — Но я действительно закричу, если опять вышвырнешь меня. Я слышала, что парням строго запрещено приводить сюда девушек, а у тебя и так в колледже ужасное личное дело. Уверена, что наказание будет соответствующим ему.
Страшно ли мне сейчас было? Еще как. Но терять больше нечего.
— Ты не девушка. Ты лишь придурошная младшая сестра, которой сейчас будет очень больно, — он пошел в мою сторону, а я, испугавшись, лихорадочно ринулась вбок. Перепрыгивая через провода и прячась за креслом.
— Вот именно, я твоя сестра! — я произнесла это громче, чем следовало. В груди жгло и я тяжело дышала. — У нас никогда и ничего не было просто, но мы с тобой выросли вместе. Как бы ты ко мне не относился, но мы семья и, если требовалось, ты, как брат помогал и защищал. Я пришла к тебе, потому, что у меня кроме тебя больше никого нет.
Аш будто бы вовсе меня не слышал. На мои слова и бровью не повел, но, приближался к креслу, за которым я пряталась так, что у меня кожу пронзило раздирающим льдом.
— Мне жаль, что все сложилось именно вот так, — я ногтями впилась в мягкую обивку. Бежать мне больше некуда. В этой комнате не спрячешься. — Что, когда мы впервые увиделись после того, что случилось с нашей семьей, я пришла к тебе с просьбой, а не просто, чтобы поговорить, а нам… есть о чем поговорить.
Аш остановился перед креслом и я понимала, что такого расстояния между нами слишком мало для того, чтобы спастись. Брату было достаточно протянуть руку, чтобы дотянуться до меня.
Только пока что он стоял неподвижно, но неотрывно смотря мне в глаза. И эти секунды тянулись, как вечность, после которой он сказал:
— Сейчас ты уйдешь, иначе я сделаю с тобой что-то плохое.
— Но…
— Завтра утром придешь под трибуны стадиона и мы поговорим. Я решу хочу ли тебе помогать.
— Правда? — меня словно бы перевернуло с ног на голову и то, что я испытала, услышав эти слова было соизмеримо с тем, чтобы воскреснуть. Я получила шанс. — Аш, спасибо. Правда.
Эмоции были настолько сильными, что мне стало сложно их удерживать.
— Я еще не согласился, — отходя в сторону, он опять открыл дверь. — Я отказался от семьи. Если дашь мне понять, что ты мне нужна, насчет тебя я передумаю. А сейчас проваливай.
4
В женском общежитии было тихо, почти мёртво. Тусклые лампы в коридорах казались сонными, как и я сама. Уже пять утра, и мне едва хватило сил дотащиться до своей комнаты. Пальцы дрожали, когда я коснулась дверной ручки, а внутри что-то до сих пор колошматило от волнения.
Я открыла дверь комнаты, стараясь двигаться как можно тише, чтобы не разбудить соседку. Но, к моему удивлению, она не спала. Лара стояла у зеркала, поправляя волосы и уже одетая для выхода. В комнате было темно, только лунный свет, пробивающийся сквозь шторы, освещал её силуэт, и свет фонарика, включённого на телефоне, которым она пыталась подсветить отражение в зеркале.