Ледяная фантазия

Мне знаком этот мужчина, имя ему Ка Со, и скоро ему суждено стать правителем Империи льда. Каждую ночь я вижу его сидящим на крыше дворца, с глазами, полными света тысяч звезд.
Черты его лица будто выточил сам зимний ветер, и брови его прямы и густы. Ветер треплет его белоснежную мантию и длинные локоны, разнося их по воздуху, словно шелковые нити. Мне неведомо, почему он лишен сна. Знаю лишь, что, увидев его однажды, я продолжаю возвращаться сюда. Я представляю, как сижу там, рядом с ним, укрытая светом тех же звезд, что и он.
Бабушка говорила мне, что я – самая прекрасная дочь в Морском дворце и мне суждено стать будущей женой принца. Когда я стану человеком, то буду женой Ка Со, моего будущего императора. Я буду подниматься с ним каждую ночь на крышу и смотреть на свет звезд, поэтому Ка Со, мой будущий император, прошу, дождитесь меня…
Я нашел Ши рядом с ручьем во Дворце миражей. Его силуэт четко отражался на поверхности воды, нарушаемый лишь легкой рябью от снежинок, что одна за другой плавно опускались с дерева вишни.
– Твой глаз все еще не видит?
– Нет, брат, но это неважно. – Его губы растянулись в по-детски невинной улыбке.
– Как только тебе хватило храбрости испортить такую красоту?
Взгляд Ши застыл на мне, лишь спустя долгое мгновение брат медленно произнес:
– Что тебе рассказал Син Цзю, брат?
– Ничего. Я просто хотел взглянуть на твой глаз. Почему бы тебе не снять повязку?
Сначала младший брат смерил меня долгим холодным взглядом, а потом легко рассмеялся. Причина его смеха была мне непонятна, но хмурое выражение его лица оставило в моем сердце разочарование.
– Возможно, и правда пора. – Ши медленно убрал повязку, и моему взору предстал его горящий красным пламенем невредимый глаз.
– Почему, Ши? Зачем тебе магия народа огня?
– Она могущественна.
– Зачем тебе такая сила?
– Я хочу осуществить свое желание.
– Занять трон? Этого ты жаждешь?
Ши смотрел на меня, не произнося ни слова.
– Это ты убил Сюань Та?
– Я.
– Почему?
– Он стоял на моем пути к трону.
– А чем же тебе не угодила Лань Шан?
– Она выбрала тебя своим мужем, а не меня, и это могло повлиять на решение отца.
– Я не думал, что желание стать императором превратит тебя в такого человека, Ши.
– Ты можешь считать, что все это ради трона, но, брат, я уже сказал: у меня есть одно желание и ради него я принесу любую жертву. Никто меня не остановит, никто. – Ин Кунши дотронулся до своей головы. – Взгляни на мои волосы, брат, они настолько длинные, что никто не сможет мне помешать.
Когда он закончил говорить, ледяной меч в моей руке пронзил его грудь.
– Я никогда не думал, что ты и правда сможешь убить меня, брат. – Он наклонился ко мне и со слабой улыбкой на губах оставил на моем лбу поцелуй. – После того как я умру, пожалуйста…
Его глаза медленно закрылись, он обмяк в моих руках, словно младенец, заснувший мирным сном. Белая искрящаяся кровь Ши стекала по его груди на усыпанную снежинками землю. И в тех местах, куда она попадала, распускались огненные цветки красного лотоса, которые согревали, словно весеннее солнце; а нас все продолжал покрывать падавший с небес снег.
В следующее мгновение мои волосы неожиданно стали длиннее, – казалось, волосы Ши перешли мне. Я повернул голову и увидел стоявшую позади бабушку. Она ласково улыбнулась и позвала, как часто делала это в детстве:
– Ка Со, мой милый принц.
Я подошел к ней и, сжав бабушку в крепких объятиях, горько заплакал.
Мы вернулись в деревянную хижину бабушки в Туманном лесу, где я когда-то вырос и где под потолком, казалось, все еще звучали отголоски детского смеха Ши.
Бабушка расчесывала мои волосы:
– Уже совсем длинные.
От этих слов мои мысли вернулись к брату, и сердце пронзила боль. Как наяву, передо мной предстала тонкая фигура Ши, бежавщего по снежному полю; я видел, как убил человека, защищая Ши в мире людей; видел себя, идущего по заснеженной дороге, с младшим братом на руках; видел наше детство в Туманном лесу. А потом вновь самого себя, пронзающего тело Ши, и его медленно закрывающиеся глаза; его кровь, растекшуюся по заснеженной земле, и распустившиеся на ней красные лотосы, от которых исходило тепло.
 
Я поведал все это бабушке, но она лишь тихо улыбнулась мне:
– Ка Со, Ши оставил мне сон, который просил передать тебе.
По какой-то причине сон бабушки ощущался реальнее сна, насланного Син Цзю; возможно, дело было в его продолжительности, а возможно, в нашем с Ши близком кровном родстве. Во сне брата я ощущал себя не Ка Со, в нем я стал младшим сыном Империи льда, и звали меня Ин Кунши.
Я – младший сын Империи льда, и зовут меня Ин Кунши. Мы со старшим братом выросли в Туманном лесу, его имя – Ка Со, что значит «черный город».
Тридцать лет мы провели скрываясь в мире людей, и те тридцать лет стали самым счастливым временем в моей жизни. Брат использовал магию, чтобы зарабатывать нам на жизнь, и первое убийство он совершил тоже ради меня. Я помню холодное выражение на его лице в тот момент и помню, как грудь мою заполнила необыкновенная теплота.
Каждую зиму, когда шел снег, брат укрывал меня в своих объятиях и скрывал за своей одеждой от ветра и снега. Поэтому я не использовал магию, чтобы защититься от снега сам; я надеялся, он всегда будет держать меня в своих объятиях, укрывать. Вот только после нашего возвращения он ни разу меня не обнял. Мы вернулись в Снежную крепость и лишились свободы, но слова брата о том, что в своей жизни он больше всего любил меня и ее, остались в моей памяти.
Я стал постоянно видеть его на крыше дворца, наблюдающего за звездами и падающим снегом, и каждый раз при виде его, одинокого, мое сердце сжималось. Прежде он всегда дарил мне свои улыбки, от которых обнажался ряд его белоснежных зубов и в уголках глаз собирались морщинки, в такие моменты его длинные мягкие волосы спадали вниз, накрывая мое лицо. Но когда умерла Ли Ло, он почти перестал улыбаться.
Ли Ло должна была умереть, чтобы брат мог стать императором, и он никак этому не воспротивился, однако я знал его настоящие чувства. Брат рассказал мне, что на самом деле не желал становиться императором, он хотел жить на Горе божеств свободным отшельником и наслаждаться жизнью. Тогда я поклялся обязательно подарить брату свободу, даже если придется пожертвовать всем. Поэтому я решил стать правителем и с вершины императорской силы подарить брату все то счастье, которое он искал. Я знал, что это решение губительно и Ка Со его не примет, и все же я ни о чем не жалел. Жизни Сюань Та, Лань Шан, подаренный мне отцом Дворец миражей – все это было пылью, важно было лишь счастье Ка Со, оно стало ориентиром моей жизни. С того самого момента как я начал себя помнить, старший брат был единственным божеством моего сердца.
Когда брат пронзил мою грудь мечом, я совсем не почувствовал обиды, лишь слабое сожаление, но не об утраченной жизни, а о свободе, которую я так и не дал ему. Его все еще ждала тюрьма императорского трона. Брат сжал меня в последний раз в своих объятиях – и в первый раз с нашего возвращения в Снежную крепость. На моих губах появилась радостная улыбка, я хотел сказать ему: «Брат, пожалуйста, лети свободно, как те снежные птицы по сизому небу». Но сделать этого я не смог. Не в силах выдавить ни звука, я смотрел, как большие хлопья снега опускались на его голову, плечи, точеные черты лица, и боялся, что он замерзнет. Поэтому я повел указательным пальцем и, сотворив заклинание, обратил свою кровь в пылающие цветы красного лотоса.
Брат, пожалуйста, будь свободен…
Я с трудом очнулся ото сна со слезами, струившимися по моим щекам, и меня встретило ласковое лицо бабушки. Я кинулся к ней и, обняв, громко заплакал. Боль душила меня, и из груди наружу вырывались горячие слезы. Я случайно задел бабушкину заколку, и ее серебристо-белые волосы рассыпались по полу. Я ни разу не видел таких длинных волос.