От ненависти до любви (СИ)

В таверне было не особо людно. Томас сразу увидел своих друзей, сидевших за столом. Старый Роб, конюх на платной конюшне, Хью Лорри, лудильщик, и Тим Стоун, ученик викария, правда, не особо радивый, так как выпивка и женщины были двумя самыми главными страстями в жизни молодого человека. Но ученику с лёгкостью прощалось то, чего не простили бы викарию.
Томас сел за стол, подозвав к себе Бетси, дорожную веселую служанку, которую втайне любил. Но Бетси, каждый вечер купающаяся в мужском внимании, считала, что такой бедняк как он- не чета ей. Не раз она мечтательно говорила о том, что ее судьба- богатый торговец или лавочник. Вот и сейчас она принесла пива и еды. Томас выгреб из кармана деньги, бросив их на стол. Бетси не удивилась- там было намного больше того, что обычно оставляли  ей сверх платы, Томас делал так всегда.  Глаза же мужчин упали на лист бумаги, что Томас вытащил из кармана вместе с деньгами.
-Что, Том, записка от какой-нибудь горячей дамочки- старый Роб громко засмеялся, довольный своей шуткой. А Тим ловко ухватил бумагу, развернув ее:
-Да нет же, тут говорится о пропавшей леди. Тому, кто укажет верное место, где ее стоит искать, обещают- он присвистнул- ого, пять тысяч фунтов вот это деньжища. Ее дядя, граф, не скупится.
-Эгэ, на эти деньги можно было бы всю жизнь  прожить безбедно- вставил обычно молчаливый Хью.
-Ну да, только найти юную леди со светлыми волосами и синими глазами, выдав ее за Дарию Уэнсфилд- и делов-то- усмехнулся Тим.
Томаса, строившего глазки Бетси, как холодной водой окатило- да ведь он знает, где девушка. Он был одним из свидетелей на странной церемонии бракосочетания той ночью, в Гетсборро парке, и слышал имя девушки , и даже титул ее дяди. И вот теперь...теперь он может получить огромные деньги. И Бетси, Бетси станет его.
Томас встал, выхватив бумагу из руки опешившего Тима:
-Дай сюда.
И выбежал из таверны под удивлённые взгляды друзей и Бетси.
Томас надеялся, что дилижанс ещё не отбыл, и он успеет затемно добраться до города. Там он пересядет на другой, что идёт всего пару дней до Лондона.  Прибыв вечером третьего дня в Лондон,  он переночует в какой-нибудь дешёвой гостинице, а наутро помчится со всех ног в Уэнсфилд-парк. Конечно, он и не надеялся на личную аудиенцию у графа, но не все ли равно, кто вручит тебе пять тысяч фунтов? Сам граф, его секретарь или поверенный?
Уже трясясь в экипаже, где сильно пахло потом, чем-то кислым, громко плакал младенец , Томас, не замечая ничего вокруг, мечтал о том дне, когда он, гордый владелец небольшой лавчонки и домика с кусочком земли, придет делать Бетси предложение- то-то она удивится.
Голос совести был полностью заглушен мечтами. Да и Томас не так давно работал у Итана, более того, он знал, что в свете хозяин был парией из-за преступления, что совершил в юности. А ещё и новобрачная счастливой не выглядела, так что он ещё и делает ей одолжение, спасая- так уговаривал себя Томас по дороге.
Два одиночества 
    Итан, смешно хромая в некоем подобии гипса, что соорудила Дария из остатков полки, сломанной им для этого, и отреза простыни, подошёл к жене, что ждала, пока закипит чайник:
-Запах еды, что ты готовишь, можешь поднять и мертвого из могилы- он улыбнулся жене, она ответила тем же- скажи, как так вышло, что ты, юная леди из высшего общества, умеешь готовить?
-Я рано потеряла родителей, а дядя, хоть и был очень добр ко мне, любил меня, но все же был занят работой- и человеком, кто заменил мне, стала наша кухарка Вайолет. А так как она не могла часто отлучаться с кухни, я приходила к ней, помогая с ее делами, чтобы не скучать. А затем мне просто стало интересно готовить- она сняла чайник, заварив чай. И стала аккуратно выкладывать на блюдо горячее печенье.
Итан почувствовал, что девушке, как и ему,знакомо одиночество не по наслышке, и Дария своими словами подтвердила это.
-А потом, в академии мадам Гийом, куда дядя отправил меня на учебу, нас обучал сам великий шеф-повар Манэ, правда, там в основном были лишь сладости- она, улыбнувшись, слизнула с пальца крошки от печенья, и сердце Итана пропустило удар- но зато теперь я, смею надеяться, готовлю и весьма неплохо.
 
Итан хотел ей сказать, что готовит она божественно, что она- прекрасная хозяйка, верная и милая жена, но язык словно не слушался его. Мужчина смотрел на Дарию и видел то, чего ему никогда от нее не получить- вот такого чудесного утра наедине, с ленивой болтовней и наслаждением друг другом. Эта девушка стала бы чьей-то отрадой, счастьем, она...она даже не виновна в том, в чем он ее все это время обвинял- она была невинным вчерашним ребенком, и ее вина лишь в том, что она появилась не в то время и не в том месте, дав шанс коварству и хитрости Люси...
Дария, замолчав, обернулась:
-Я, наверное, утомляю вас беседой? Вы себя не очень хорошо чувствуете?
Она так искренне переживала за него, что Итан не смог сдержать стыда- он уронил голову на руки, прохрипев " простите", и слезы отчаяния и боли, что он, как мужчина, не проронил ни на суде, ни после того, как общество отвернулось от него, ни после смерти отца, сейчас нашли выход из его израненной души.
Дария, подбежав к нему, присела на колени, гладя его по голове. Она пыталась заглянуть ему в глаза, но он не поднимал головы:
-Прошу вас... Не нужно, мне больно сейчас также, как и вам. Все уже свершилось, сейчас не стоит...
Итан выпрямился, отстранив ее от себя. Гордый и величавый:
-Стоит, милая, стоит. Я отпишу вам все состояние, что у меня осталось. Я готов понести наказание за свое преступление в отношении вас. Я дам вам развод, либо уеду навсегда ....Нужно лишь обдумать, чтобы вас не коснулся скандал...
Дария прервала его взмахом руки:
-Не нужно- она привстала, потянувшись к нему всем телом, притянула его к себе и поцеловала со всей страстью- все, что мне сейчас нужно. Пожалуйста. Вы так одиноки, и я ...я тоже.
Итан, опираясь на здоровую ногу, встал рядом с ней на колено. Он медлил, ища глазами в ее глазах сомнение или страх, но нашел лишь чистое неприкрытое желание. Дария вновь приблизилась к нему, обняв. Она положила голову ему на плечо, он втянул носом ее запах, такой родной, такой знакомый- тот, что он вдыхал с ее подушки, когда она сбежала- и Итана пронзило осознание того, что отныне- вот он, его дом. Его место рядом с ней. Его жизнь, его будущее- все связано с ней. Они могут быть безумно счастливы.  Осталось лишь уверить и жену в этом, не спугнув.
Дария, обнимая этого странного, порой жестокого, порой беззащитного, словно ребенка, мужчину, почувствовала, что она к нему неравнодушна как минимум. Она и до этого,  ежедневно видя его, будто заново каждый раз открывала для себя все грани его мужской красоты, но обладать им, видеть, как он сгорает от страсти к тебе....о, это было изумительно.
Обнявшись, они вышли с кухни. Едва дойдя до ближайшей комнаты с кроватью, которой оказалась спальня для гостей, они, будто обезумев, принялись срывать друг с друга одежду. Итан, пошатнувшись на больной ноге, едва не упал, но девушка поддержала его, улыбнувшись. Он раздел ее до тонких кружевных чулок, уложив на кровать, сам лег рядом. В этот раз он хотел делать все неспешно. Только ради нее. Чтобы и она поняла, насколько прекрасна любовь ...
Лучик надежды 
     Дария, потянувшись, почувствовала, как крепкая рука мужа обняла ее, привлекая к себе. Не поворачиваясь, девушка прильнула к груди мужа, почувствовав на своем бедре его восставший мужской орган. Желание опалило ее, волной пройдя по телу. Хриплым голосом мужчина прошептал ей, как она прекрасна. Руками он ласкал ее груди, заставляя ее выгибаться от удовольствия. Затем, слегка приподняв ее, он вошёл в нее сзади, размеренными толчками вбиваясь внутрь,  заставляя ее стонать и сжимать своими руками его руки...