Быт русской армии XVIII - начала XX века

Внимательное изучение нужд нашего солдата, а также действительное его поддержание с увольнением в запас до крайности неотложно. Большая и лучшая часть населения — солдаты, они по справедливости могут назваться фундаментом страны. Между тем эти сливки общества обречены не только во время состояния на действительной службе, но и первое время по увольнении в запас бедствовать, переносить крайнюю нужду.
Рассмотрим здесь каждый предмет довольствия в отдельности, поскольку каждый соответствует современным требованиям.
ЖАЛОВАНЬЕ. Император Петр I, учреждая постоянное войско, установил и жалованье воинским чинам от мала до велика (см. Штаты начала XVIII века). Жалованье как офицера, так и нижнего чина не имело той баснословной разницы, что мы видим теперь. Если рядовой Петра Великого получал гроши, то и офицер не ахти как много. Не так давно младшие офицеры получали жалованья 24 рубля в треть, или 6 рублей в месяц. Но их жалованье (по просьбе офицеров) несколько раз увеличивалось, тогда как солдат остался при прежних окладах в 2 рубля 70 копеек в год, или 22 1/2 копейки в месяц. «Три денежки (3/4 копейки) в день — куда хочешь, туда и день»[75].
ЖАЛОВАНЬЕ ОТПУСКНЫМ НИЖНИМ ЧИНАМ. Нижние чины, увольняемые в отпуск своим непосредственным начальником, исключаются со всего казенного довольствия. Следуемый им отпуск жалованья поступает в доход департамента по продаже питий. За нахождение в 3-дневном отпуске казна получает 2 1/2 копейки, а за нахождение в месячном отпуске 22 1/2 копейки, и только. Интересно знать, сколько собирает департамент таких грошей? Надо полагать, весьма немного. Стоило огород городить и мучить военных писарей высчитыванием непрерывных дробей? Вот если бы подобной каре подвергались офицеры и в особенности генералы, то военное министерство могло сберечь миллионы. Впрочем, тогда не так часты были бы отпуски, и не гуляли бы во время летних сборов и забыли бы про отдых от делового безделья.
ДОБАВОЧНОЕ ЖАЛОВАНЬЕ НА ЗНАК ОТЛИЧИЯ ВОЕННОГО ОРДЕНА. 13 февраля 1807 года император Александр I высочайше утвердил знак отличия военного ордена «в награждение и поощрение нижних чинов и рядовых». В 1856 году императором Александром II учреждено четыре степени этого ордена. Жалуется этот орден постепенно, начиная с четвертой степени.
Каждому, удостоенному знака отличия Военного ордена четвертой степени, назначается в прибавку одна треть годового оклада жалованья. Удостоенному знака отличия третьей степени назначается прибавка из двух третей годового оклада жалованья, по пожаловании второй степени назначается прибавка в размере полного годового жалованья, а по пожаловании первой степени — в размере полуторного оклада годового жалованья.
Упомянутое прибавочное жалованье исчисляется по тому основному окладу жалованья, которое награжденный знаком отличия получал в день совершения подвига. С того же дня начинается производство сего содержания и продолжается во время стояния на службе в виде прибавочного жалованья, а по увольнении в отставку — в виде пенсии по смерть. При назначении прибавочного жалованья по знаку отличия высшей степени производство такого содержания по низшей степени каждый раз отменяется.
На этом основании пехотный рядовой за названный орден четвертой степени получает 90 копеек в год.
 За 4 и 3 ст… 1 р. 80 к. в год
 За 4, 3 и 2 ст… 2 р. 70 к. —
 За все степени… 4 р. 50 к. —
Ныне подобная прибавка при дешевизне денег утратила всякое значение. Несмотря на это, в настоящее время для солдата не только знак отличия — медаль с ленточкой имеет большое значение; жаль, что на наших глазах не только медалисты, но и кавалеры знака отличия зачастую побираются, даже стыдно за них становится.
НАГРАДНЫЕ ДЕНЬГИ. В каждом ведомстве и даже частном предприятии принято выдавать служащим наградные деньги. Подобно сему и в военном ведомстве установлены правила о выдаче наград за службу. Закон не обошел в этом случае и нижних чинов до рядового включительно. И этим малым сошкам тоже положены наградные деньги, никак не более 50 копеек в год на человека. Несмотря на столь мизерную сумму и очевидную нужду солдата, закон о наградах остается лишь буквой. Просмотрев несколько журналов хозяйственных оборотов частей войск, я, к сожалению, не нашел расходов на награду нижним чинам. Есть награды из хозяйственных сумм писарям, сверхсрочным, оружейному мастеру, мастеровым, на содержание хора певчих и т. п.
 
КАРАУЛЬНЫЕ ДЕНЬГИ. Офицеры, наряженные в караулы, несмотря на то, что караул для них — прямая служба, получают суточные деньги независимо от всего выдаваемого содержания и квартирных денег, тогда как солдат за столь ответственную и трудную обязанность, «караул», ничем ровно не удовлетворяется. Придя с развода на пост, каждый нижний чин находится безотлучно в месте, назначенном для караула, с 12 часов дня и до 2–3 часов следующего дня. Люди за это время не получают не только горячей пищи, но и кипятку для чаю, к которому ныне привыкли все.
ДЕНЬГИ АМУНИЧНЫЕ (собственное название нижних чинов) отпускаются:
1) на приобретение третьей рубашки, всего 25 копеек в год. Во время оно, быть может, простая рубашка и стоила этих копеек, а теперь за шитье нужно отдать никак не менее 25–30 копеек;
2) на шитье 2 пар подштанников и 2 рубашек и мелкий к ним прибор — всего 30 копеек в год;
3) еще 55 копеек в год, на которые солдат должен сделать: пару новых сапог, одну пару головок (нижняя, передняя часть сапог. — С. К.), добавить к отпуску: 1) задники, 2) стельки, 3) набойки и
4) мелкий прибор и отдать за работу двух пар мастеру не менее трех-четырех рублей; да годовая починка что-нибудь стоит, чистка (покупка ваксы), ибо сапоги должны быть каждый день чищены.
ДРОВЯНЫЕ И СВЕЧНЫЕ ДЕНЬГИ. Все офицерские чины получают или квартиры в натуре с отоплением и освещением, или квартирные деньги по положению. Причем всякие остатки от квартирного довольствия при найме дешевой квартиры и дров идут в пользу их. Что же касается остатков от отопления и освещения собственно помещений нижних чинов, то они не покрывают нужды солдат. А ведь остатков от отопления и освещения казарм нижних чинов получается немало. Каждый полк может располагать 3–4 тысячами в год свободно. Этот доход можно еще увеличить, если продавать дрова по базарной цене, а не отдавать их за бесценок «своим».
БАННЫЕ ДЕНЬГИ. Отпуска от казны на баню не положено. Люди отправляются в чистилище на артельные средства, а в широком смысле слова — на свой счет. Не угодившие почему-либо вместе с командой в баню за нахождением в карауле, на дежурстве, дневальными, вестовыми, на работе (по списку в роте людей полностью, а выходить на ученье некому: все на делах, по хозяйству — где нужно двое, туда посылают десятерых) волей-неволей идут в баню на свои личные средства. Как бы ни был ничтожен платеж за баню, а все же деньги нужны. Люди, не имеющие своих денег, содержат себя грязно, отчего заводятся насекомые, избавляться от которых трудно. Как ни велика у солдата нужда, ему мало в том сочувствуют: «Сытый голодного не разумеет», а лишь требуют ходить в баню не менее двух раз в месяц, белье менять каждую неделю и т. д.
ДЕНЬГИ ОТ ПРОДАЖИ КОСТЕЙ, ПОМОЕВ И Т. П. В каждой роте не без отбросов. Отбросы идут на откорм свиней. Эти всеядные животные имеются почти в каждой роте. Для ухаживания за ними назначаются особые свинопасы. Солдатское дело — кормить, свиней своим добром, а есть поросятину — не их дело. Нельзя сказать, чтобы и офицеры пользовались окороками даром. Они платят деньги, но часто по усмотрению. Деньги за продажу откормленных свиней записываются в хозяйственные суммы полка, и только в некоторых частях доход заносится опять-таки в ротные суммы.