Анна (СИ)

 Вторая — отсутствие центрального отопления. Для меня было шоком узнать, что плюс пятнадцать — это нормальная температура. Я привыкла к плюс двадцати пяти в помещении, а тут такой… номер. Англичане спасаются тёплой одеждой и горячим чаем. Кровати с балдахинами — необходимость, а не роскошь. У опекунов в подвале стоял котёл, но в целях экономии его включали два раза в сутки на три часа — в шесть утра и шесть вечера. За день дом остывал. Меня это не устраивало категорически, пришлось применять прошлые навыки. Старое доброе заклеивание окон — форевер. Джессика, когда это увидела, чуть в обморок не упала. Так в моей комнате поселился обогреватель.
  
 Третья неожиданность — языковая. У каждой категории населения свои особенности в разговоре, проще говоря — сленг. Именно по нему можно узнать, из какого сословия твой собеседник.
 Четвертое — отношение к сиротам. Нет тут тайны усыновления. Ребенку сразу говорят, что он приемный и окружающим тоже. Никто пальцем не тыкает. Здесь это обычная практика. А ещё раз в месяц меня за ручку водили по врачам. И, не дай Гиппократ, найдут хоть один синяк! Запись в карте, что я, извините, девственница, тоже была сделана.
 Медицина в Англии вообще отдельная тема. Скорая помощь на температуру тридцать девять не выезжает, а если у вас сломана рука — берите такси и езжайте сами. Хотите, чтобы отвезли — звоните в частную. За деньги даже на вертолете доставят. Я нашла ещё одно отличие — отношение к медикам. Здесь это весьма уважаемая профессия. Если врач назначил лечение, то его соблюдают неукоснительно и никаких — «ой, мы не будем пить — это химия, моя деточка не будет кушать горькие таблеточки, дайте антибиотик для профилактики». Доверие к медикам здесь безусловное. Если врач сказал — в госпиталь, значит в госпиталь и никаких отказов. Очереди такие же, как и у нас, а вот лекарства на порядок дороже и без рецепта ничего не продадут, даже парацетамол.
 На каникулах мы ездили в гости и в другие страны. Мне, как сироте, полагался раз в год выезд в детский лагерь (зимний или летний — на выбор), так что Уилсоны особо и не тратились. На Рождество медицинской части семьи я подарила сшитые собственноручно белые халаты, а юристу достался от меня «набор патриота» — галстук, запонки и платок. Первые летние «семейные каникулы» мы провели в Испании, а вторые в английской деревушке.
 Время, когда я жила у Уилсонов, было тихим и спокойным. Меня определили в ближайшую школу, записали в различные секции и кружки. Были и ссоры, и наказания в виде урезания карманных денег, и в школу вызывали, но наводить порядок в моей комнате меня никто не заставлял. Мой творческий беспорядок (творческий беспорядок, а не срач — не путать!) приводил в ужас Джессику и веселил Уильяма, короче, всё было как у людей.
 Школа, в которую меня записали, хоть и была муниципальной, но платить за учебу всё же приходилось. В ней учились дети разных слоёв общества. Были и из бедный семей, и из неблагополучных. Они попали на обучение благодаря благотворительным программам или по рекомендации психолога. Таких детей набралось не больше десятка, но они были. Органы опеки постоянно следили за ними, за их успеваемостью и делами семьи. В английской школе очень много людей, которые вытирают «детские сопли». На наш класс помимо учителей было аж два воспитателя (не путать с учителями). А ещё в школе были те, кого в России назвали бы: социальный педагог, психолог, наставники, которые следили за нашими секциями и кружками, и два врача в придачу.
 Меня удивила и обрадовала система обучения в английской школе. Школьники находятся в ней с девяти до половины четвертого, плюс секции и кружки по интересам. Всего было двенадцать предметов — английский, математика, точные науки (химия, физика, биология), общие науки (география, история), физическая культура, иностранный язык (мне разрешили русский), информационные коммуникации, ИЗО, латинский, религиоведение, плавание (это отдельный предмет, не путать с физкультурой) и безопасность жизни.
 Математика во всех странах одинакова. Здесь мы начали проходить таблицу умножения. Не было скучного сидения и зубрёжки, всё преподавалось в игровой форме. При решении задачи мастерили морковки-яблоки-ракушки, чтобы потом на практике увидеть, как это работает. Сами выводили таблицу Пифагора. Да, я могла блеснуть и показать всем, как брать интегралы, но зачем? Всё преподавалось так интересно, что лишать себя радости порисовать-повырезать-поиграть я не хотела.
 На английском нам не просто рассказывали правила и заставляли строчки писать, но и разыгрывали сценки, соревновались в красоте почерка, писали на бумаге перьевой ручкой, палочкой на пластилиновой табличке, птичьим пером на пергаменте. Последнее мне хорошо удавалось. Даже за бешеные деньги купила блокнот с пергаментными страницами и орлиное перо, сэкономив свои «карманные расходы». Это было забавно и интересно. Ради смеха, одну из работ написала на пергаменте пером и чернилами. Учительница посмеялась, но задание приняла и оценку поставила. Другие дети тоже захотели, но, увы, кляксы и проткнутый пером пергамент их быстро разочаровал.
 На точных науках мы занимались опытами, на практике отвечая на всевозможные «почемучки»: что будет, если яйцо залить уксусом, что находится внутри батарейки, как размножатся кошки, а как курицы? И это всё один предмет! Были даже уроки полового просвещения. В рамках тех же точных наук — как размножаются киски-собачки-обезьянки-человечки. И никаких аистов или капусты.
 История и география приводили меня в восторг — реконструкции событий, музеи, рисование иллюстраций к урокам. В рамках этого предмета нам рассказывалось об этикете и правилах поведения в разных исторических эпохах и сословиях. Я побывала в платьях богатой дамы, кухарки, торговки, принцессы. Нас даже танцевать учили! Блаженство для творческого человека.
 Информационные коммуникации были скучны. Я жила во время сенсорных экранов, а тут мышка с шариком, фи-и.
 Религиоведение — предмет, на котором рассказывали и показывали всё про другие культуры и религии. Я лично искала по всему Лондону (и нашла!) православный храм, договаривалась с батюшкой (ну, не сама, опекун помог) и ещё писала бо-о-ольшой такой доклад на тему православия в России.
 А безопасность жизни — наше ОБЖ, но с уклоном в практику. Когда в прошлой жизни я училась в школе, этот предмет вёл отставной военный. До сих пор думаю, зачем мне знания, что делать при ядерном взрыве? Все равно ничего не поймём — помрём сразу. В Англии же учили, что делать, если тебя похитили, дают конфетку, пытаются увести из школы, начался пожар дома, как откачать человека, уроки самообороны даже давали и так далее. Очень полезный урок.
 По каждому предмету необходимо было сделать проект — не просто отписку, а реальную вещь, которая работает. Можно было объединять несколько предметов в своём проекте. Я разрисовала стену в актовом зале под старинную карту мира. Ну, помните, как в «Пиратах Карибского моря» у капитан-командора на стене? Вот такую и нарисовала. Получила дополнительные баллы по географии, ИЗО, коммуникациям (изначально я её на компьютере сделала) и латинскому (названия и подписи на латыни).
 А вот по иностранному языку возникла загвоздка. Для меня английский — иностранный, а русский являлся родным. И что делать? Педагоги решили и эту проблему. Нет, мне не нанимали учителя, всем и так понятно, что я любого преподавателя-англичанина за пояс заткну. В обширной медицинской библиотеке опекунов обнаружился труд неких Никитиных по воспитанию детей — на русском языке, который мне и было поручено перевести.
  
 После обычных уроков, которые заканчивались в три — полчетвертого, мы расходились на дополнительные занятия. Кружков и секций было множество. Каждый ученик обязан (ключевое слово «обязан») посещать хотя бы одну секцию или кружок. А вообще, чем больше, тем лучше. Кройки и шитья в этой школе не было, но имелся драматический кружок, которому я придумывала и шила костюмы. Так что формально — я в драмкружке, а ещё в кружке живописи и секции скаутов, правда, там я реально участвую. Зимой школа выделила помещение под мою деятельность и даже предоставила машинку с электроприводом (к слову, у Уилсонов в моём распоряжении была машинка с ручным приводом). Кружок кройки и шитья стал одним из самых популярных у девочек. Вещи стоили дорого, и многие хотели сами сшить себе форму или платье для уроков истории. А сколько мы нашили подарочных наборов «фартук-прихватка», так вообще не счесть! Все материалы предоставляла школа. Поэтому, когда проводились ярмарки, то вырученные деньги шли на школьные нужды. Ну, да я не в обиде.