Анна (СИ)

 — Не ошибусь, если предположу, что вы с зельеварения? — сказала МакГоннагал в начале урока.
 — Да, профессор, — ответил мой однокурсник Александр.
 — Профессор Снегг очень жёсткий преподаватель. Работает он строго по учебнику без отступлений. Вам придётся до урока самостоятельно разбирать состав зелья и нюансы работы с ним, — сказала МакГоннагал. — А теперь записываем тему урока: «Превращение живого в живое». Данная тема подразделяется…
  
 Профессор МакГоннагал начала скучнейшую лекцию о превращении одного организма в другой, а я призадумалась. Значит, наш преподаватель зельеварения знает русский язык, а не только матерные выражения. Хм, придется быть аккуратной в высказываниях. За пятьдесят баллов было ну очень обидно. Я не Поттер, которому директор добавит, и не Малфой, за которого крестный вступится. Честно говоря, у меня сложилось впечатление, что он просто отыгрался за встречу в Косом два года назад, сравнение с Чикатило и другими историями с моим участием. Делаем вывод — дядя мстительный.
 После трансфигурации был долгожданный обед, на котором Майя, никого не стесняясь, притащила крысу прямо под ноги профессору Стебель. Та кошку похвалила, выставила миску печенки, и счастливое животное, бросив дохлого грызуна, с аппетитом уплетало угощение под завистливыми взглядами Василия и Лаки. Остаток дня прошёл спокойно. Председатели кружка домоводства и рукоделия философски отнеслись к отработке у Снегга, мол бывает, ничего не поделаешь. Посоветовали не выделываться и не нарываться. Увы, советы были пропущены мимо ушей.
 В восемь ноль-ноль с рюкзаком за спиной я стояла перед дверью кабинета зельеварения. Справа от двери стоял Поттер, в двух шагах от него две девочки-когтевранки курса с четвёртого, около меня примостился пятикурсник-пуффендуец Эдди. Дверь в обитель «пыток и ужаса» отворилась:
 — Прошу входить. Мистер Поттер — вы собираете слизь флоббер-червей для следующего урока зельеварения. Мисс Барнгольд перебирает травы в пятой корзине. Мисс Лакстейн отмывает парты. Мисс Морозова моет пробирки из третьей коробки. Мистер Штерн моет котлы из пятой корзины. Приступаем.
 Студенты со стонами и вздохами направились делать указанную работу, а профессор сел за преподавательский стол, вытащил перо с чернильницей и начал проверять эссе.
 Для меня в чистке пробирок не было ничего нового или страшного. Даже отработкой можно не считать — мыть посуду привычное дело. Я достала из рюкзака губку, перчатки, ершик для бутылок, мыло, щетку и вторую пару перчаток для Эдди. Парень кивнул в знак благодарности, взял щетку, намылил её и, надев перчатки, стал тереть котел. Идеально было бы чистить котлы песком, но, учитывая качество ингредиентов и зелий — и так сойдет. Ни для кого не было секретом, что очищать инвентарь для работы с зельями необходимо без магии, иначе за результат можно не ручаться. Взрывы котла у того же Долгопупса приписывают не рукожопости Невилла, а ленивым школьникам, которые тайком от Снегга очистили котлы магией. Моя предусмотрительность в виде хозяйственного инвентаря не была новшеством — многие магглорожденные и полукровки приносили на отработки химикаты маггловского мира, никто не запрещал, но просили не использовать хлоросодержащие вещества и растворы с соляной и сернистой кислотой. Идеальным выходом было применение обычного мыла, соды и уксуса, которыми оттирали и отмывали всё.
 — Мистер Поттер, — сказал Снегг через полчаса после начала отработки, — когда списываете у Грейнджер, допустите хотя бы пару ошибок, а не переписывайте слово-в-слово. Отвратительно!
 — Я сам писал! — тут же взвился национальный герой.
 — Конечно, сами списали и даже над смыслом не задумывались! К следующему занятию подготовить эссе на эту тему, а не списывать у Грейнджер, иначе до конца года с отработок не вылезете! Вам ясно?
 — Да.
 — Да, сэр.
 — Да, сэр.
 После этой перепалки в классе воцарилось молчание, которое продлилось до самого конца отработки. Декан Слизерина отпустил нас без четверти десять, чтобы мы без проблем добрались до своих спален.
 Утро пятницы было солнечным и тёплым, но хорошего настроения это не прибавляло — то ли дементоры так влияли, то ли снятые баллы. В половину восьмого утра Большой зал был практически пуст — семь преподавателей да десятка полтора студентов. Бум! Бабах! Бам-с! — послышалось где-то за преподавательским столом.
 — Маву! — раздался кошачий возглас прямо за креслом профессора травологии.
 — Мряв! — вопль с больших факультетских часов.
 — Ма-а-а-у! — тоненько пискнула кошка, вылезая из-под директорского трона.
 Два книззла покинули свои места и присоединились к третьему, чтобы догнать большую жирную крысу. Грызун пытался оторваться и в отчаянной попытке спастись запрыгнул на преподавательский стол.
 — Ай-яй-яй! — заверещал Флитвик.
 — Чьи животные?! — строго спросила МакГоннагал. — Уберите немедленно!
 — Помона, ваше желание в истреблении мышей зашло слишком далеко! — это уже Хуч.
 Другие профессора, присутствующие за столом, тоже что-то говорили, причём одновременно. Крыса петляла по столу, огибая кубки, кружки и тарелки. Коты грациозностью не отличались — в попытке догнать грызуна они переворачивали всё, что стояло на пути. Куча тарелок, ложек, вилок и чашек оказались на полу. Возмущённый гомон со стороны преподавательского стола становился всё сильнее и только Северус Снегг, с невозмутимым видом взяв свою чашку, откинулся на спинку кресла и, проводив взглядом спрыгнувших и скрывшихся в боковом проходе животных, продолжил пить кофе дальше.
 — Это возмутительно! — проговорила МакГоннагал. — Помона, я требую прекратить подкармливать и натравливать…
 — В таком случае, — перебила Стебель, — вы из своего кармана купите школьникам новый инвентарь!
 — Есть же зелья, в конце-то концов! — воскликнула декан Гриффиндора.
 — Миневра, — устало откликнулась наша декан, — если бы всё зависело от зелий и заклинаний, то проблем бы не было! Это же крысы!
 — А что мешает нашему глубокоуважаемому зельевару модифицировать зелье? — вкрадчиво спросил директор и посмотрел на Снегга, который скривился как от зубной боли.
 — Зельевару мешают толпы бездарей и баранов, за которыми приходиться следить, директор, — желчно ответил декан Слизерина.
 Преподаватели переругивались и спорили всё время, пока находились на завтраке. Стебель напирала на то, что крысы — это не её специальность, МакГоннагал возмущалась бездействием Флитвика, а директор — зельевара. Деканы двух факультетов отговаривались занятостью и давали «зелёный свет» книззлам. Хотя, по-моему, они просто решили побесить начальство в виде Дамблдора и МакГоннагал.
 Не прошло и часа, как по Хогвартсу разнеслась новость, что три кота-три хвоста будут продолжать ловить крыс и мышей в замке, так как «Его злейшество» и «Его карликовость» отказались бороться с грызунами, мол, они заняты, некогда им, а у школьников мозгов на данные действия маловато будет.
 Насколько я помню из адаптационной недели и уроков домоводства, заклинания для отпугивания мелких грызунов очень простые, но его нужно произнести раз тридцать-сорок, чтобы был результат и то, не факт, что получится. Грызуны быстро привыкают, понимают, что можно не бояться — ложная тревога и перестают на него реагировать. А зелье — очень токсично при варке и вызывает иммунитет к ядам у грызунов. Зельевару приходится каждый раз добавлять всё больше и больше ядовитых ингредиентов и придумывать новые изощрённые рецепты.
 Все хорошее имеет свойство заканчиваться, так закончился и завтрак, а вместе с ним представление «Конфликт профессоров и руководства школы». Миссис Бейкер, женщина из вспомогательного персонала школы, которая отвечает за чистоту в классах, напомнила, что занятия начинаются через двадцать минут. Разочарованные школьники, которым хотелось «продолжения банкета», горестно вздыхали и покидали Большой Зал.
  
 Без десяти девять студенты третьих курсов Пуффендуя и Когтеврана уже стояли под дверью кабинета, где проводились уроки Защиты от Тёмных Искусств.