Анна (СИ)

 — Привет, — поздоровалась я, — давай помогу?
 — Привет, — сказал мальчишка и обернулся. — Энни?
 — Колин? Ты маг? Вот так встреча!
 — А я летом узнал, что волшебник. Ты уже учишься в Хогвартсе? На каком факультете? Там сложно учиться? А правда, что тут учится Гарри Поттер? Ты его видела?..
 Вопросы сыпались как из рога изобилия. Я дважды пыталась что-то сказать, прежде чем смогла вставить хоть слово.
  
 — Колин! Возьми, пожалуйста, из сундука свой обед, мантию и палочку.
 — Сейчас-сейчас, — заверил меня мальчик и начал лихорадочно нажимать различные комбинации на сундуке.
 Хотелось сделать знаменитый жест «фейспалм», поскольку на перроне уже стоял стол, затем шкаф, потом опять стол, потом кровать.
 — Давай я, — смотреть на пыхтящего ребенка было весело, но быстро надоело.
 — Конечно, давай! Мы с братом не разобрались ещё в этой штуке.
 Вернув сундуку изначальный вид и достав палочку из специального отсека на поясе школьной юбки, я призвала манящими чарами нужные предметы из багажа Колина.
 — Вот, держи и пойдём, сдадим наши вещи.
 — Куда сдадим? Как сдадим? Как будем забирать? Кто их привезёт? А можно мне ещё фотоаппарат достать и блокнот?..
 Криви опять начал задавать вопросы. Пришлось остудить его пыл.
 — Зачем тебе фотоаппарат? Он в Хогвартсе не работает, и фунты тут не принимают, но я могу поменять тебе их на галлеоны.
 — Камера волшебная, — поспешил объяснить Колин, — папа специально такую купил, когда узнал, что не сможет приехать и посмотреть всё сам.
 — Убедил, — ответила я, призывая фотоаппарат и блокнот из сундука.
 Достав нужные вещи, мы дошли до последнего вагона, где поставили багаж на небольшую платформу у края перрона. Раз — и нет сундуков!
 — Ух ты! — восхищённо сказал Колин. — Здорово! А куда они делись?
 — В багажное отделение, — ответила я, держа пушистого троглодита на руках.
 — Как потом будем забирать? — спросил мальчик, держа меня под локоть, пока мы пробирались сквозь толпу народа.
 — Никак — его доставят домовики.
 — Кто?
 — Домовые эльфы. Они вместо прислуги.
 Достигнув нужного вагона, я потянула Криви за собой. Васяндр спрыгнул с моих рук. Он бодренько побежал по коридору и, открыв купе лапой, нагло вошёл. Котик не ошибся — Милли, Мун и сестры Патил там о чём-то беседовали.
 — Энни! — воскликнула Милли.
 — Привет! — хором ответили Падма и Парвати.
 — Это твой родственник? — спросила Мун, посмотрев на смутившегося Колина.
 Да, мы с Криви были немного похожи — светлые волосы, серые глаза, оба худенькие.
 — Привет всем! Это Колин Криви, мой знакомый.
 — Здравствуй, Колин, — сказала Парвати. Следом за ней поздоровались и остальные девочки. — Что у тебя за камера? Она работает?
 — Это колдокамера. Мне папа купил, чтобы я ему высылал фотографии школы. Он маггл, но «Дырявый котёл» видит и движущиеся колдофото тоже, и брат видит, и мама.
 — Ого! Ничего себе, — удивилась Мили. — Видимо, твои родители и брат — сквибы.
 — Не-е-е, Дэннис тоже волшебник. К нам МакГонагалл приходила и сказала, что он тоже в списках есть. Она нас потом в Косой Переулок отвела. Мы с мамой и папой всё купили.
 Колин продолжал болтать, рассказывая о себе и своей семье. Его мама — эмигрантка из Норвегии, выросшая в приюте. Отец рос на ферме у каких-то дальних бездетных родственников, так как родители умерли. Один раз, в детстве, к его папе приезжала бабка — прабабушка Колина, высокая женщина в дорогом платье. Она посмотрела на него, поморщилась, дала денег родне, и больше её не видели.
 Хм, интересно, сквибом чьего рода является Джеймс Криви, отец Колина? Нужно будет поговорить с ним, чтобы он не распространялся насчет родства, а то попытаются навесить всего, как на меня.
 Тем временем разговор перешёл в другое русло — девочки обсуждали школу и домашнее задание, попутно расхваливая Пуффендуй и отговаривая Колина от Гриффиндора. Все прекрасно понимали, что на Слизерине ему быстро найдут родственников, в Когтевран такого наивного не возьмут, а львы просто задавят его. Мальчик горячо спорил, доказывая, что он хочет к Гарри Поттеру, а ещё там Дамблдор учился!
 — Гарри Поттер обычная знаменитость, задирающая нос, — сказала одна из Патил.
 — А у нас,— добавила Мун, — кухня рядом и тепло.
 Девочки вновь стали нахваливать Пуффендуй и рассказывать мальчику, как уговорить шляпу отправить его к барсукам.
 — Ну, раз там так хорошо, — послышалось от дверей, — я тогда к вам приду.
 Бледная беловолосая девочка с глазами навыкате и странной улыбкой обвела всех мечтательным взглядом и, закрыв дверь, ушла.
 — Это что сейчас было? — не поняла Мили.
 — Не что, а кто, — сказала Падма.
 — Это была девочка, — поставил точку Колин. — А хотите, я вас сфотографирую?
 — Было бы здорово, — ответила я, гладя Ваську.
 Колин достал колдофотоаппарат и понеслось! Я с Васей, сестры Патил в обнимку, Милли в шляпе, я с Миллисент. Мы так увлеклись, что пропустили тележку со сладостями. Пришлось доставать свои припасы. Общий стол получился очень интересным и вкусным — тут и сосиска в тесте, и сэндвичи с курицей, салат Цезарь, какие-то национальные блюда от сестёр Патил, ким-чи от Мун, кола и картошка от меня. Васяндр не остался в стороне и решил попробовать всего понемногу, включая капусту. Псих, а не котяра — сожрал ким-чи и не поморщился.
 После импровизированного обеда меня потянуло в сон, а девочки продолжили просвещать Колина о правилах в школе, не забывая нагнетать жути про Гриффиндор и Слизерин, а также предостерегая его от распространения информации о родителях. На змеином факультете магглорождённых не было — всем искали родню и, самое интересное, находили. Обмен летними впечатлениями как-то отошёл на второй план. Меня разбудили за пять минут до прибытия. Накинув на себя мантии, мы все, включая Васю, отправились на выход из вагона, а затем разделились — Колин ушел к первокурсникам, а наша четвёрка к каретам со странными чёрными лошадками.
 В этот раз нас никто не встречал и не пересчитывал. Толпа школьников торопливо поднималась по ступенькам и заходила в Большой Зал, рассаживаясь за факультетскими столами. Василий, сбежавший ещё на перроне в Хогсмите, уже гордо восседал на больших факультетских часах, рассматривая свысока входящих школьников. Нет, ну каков нахал! Оголодавшие студенты по сторонам не смотрели, а спешили поскорее сесть на своё место. Еще несколько минут, и в зал вводят перепуганных первокурсников. Шляпа открывает рот, поёт песню и распределение начинается! Первый ученик отправился на Гриффиндор. Стол ало-золотых приветствовал его громкими аплодисментами. Следующий ушел к воронам. На Колина Криви подействовала пропаганда, и мальчик оказался за нашим столом.
 — Энни, Энни, — кричал он мне, — я сфотографировал Хогвартс!
 — Не нужно так кричать, — одёрнула мальчика староста.
 Распределение продолжалось. Беловолосую девочку, которую мы видели, звали Полумна Лавгуд. Она сидела минуты три на стуле, прежде чем шляпа крикнула: «Пуффендуй»! Ещё на распределении была маленькая рыжая Джиневра, видимо, сестра четверых Уизли, учащихся в Гриффиндоре. Никто и не сомневался, что девочка попадёт к ало-золотым. Пир по случаю начала учебного года был великолепен — много мяса и овощей, пирогов и рыбы. Жаль, что завтра всё будет более чем скромно.
 — Как лето? — спросила Боунс, сидящая рядом.
 — В США была. Мне, как сироте, положена раз в год путевка в оздоровительный лагерь. Опекуны добавили денежек, и мы улетели оздоровляться в Штаты.
 — И как там?
  
 — Здорово! Даже пожалела, что в Хогвартсе учусь.
 — Почему? — это уже Диана Вэйн.
 — Там проще. За слово «грязнокровка» штраф в триста долларов, терпимое отношение к магглорождённым и полукровкам, больше возможностей сделать карьеру. Короче, в Магической Америке небо голубее и трава зеленее! — сказала я и принялась за восхитительный рыбный стейк.