Анна (СИ)

 — Люциус Малфой не мой отец, если вы об этом. Мы проверили, — как же раздражает вечное сравнение с говнистой, ой, простите, блондинистой семейкой!
 — А кто сказал, что ты на Малфоя похожа? Даже и близко нет. Блэк ты деточка, Блэк. Только белая.
 — Думаете?
 — Знаю, — отрезала она. — Но лучше сиди тихо, лет до семнадцати, и сможешь потягаться с Малфоем и Тонкс в правах на наследство.
  
 — А чья я дочь, как вы думаете? — спросила я, пока мы неспешно шли в сторону банка.
 — Варианта два — либо Сириуса, либо Альфарда. Может, Белла ещё… — старушка задумалась, — нет, не она, но ты похожа на неё очень сильно. У Беллатрисы сын умер, больше детей у неё не будет. Мужиков хоть и выжгли, но не отсекли. А ты в род не введена, подпитки не получаешь, вот и маленькая такая.
 Действительно, с прошлого года мой рост увеличился ровно на полдюйма! В то время как однокурсницы вытянулись на дюйм или два.
 — А почему тогда меня миссис Малфой под опеку не взяла? — не удержалась я от вопроса. Родственные связи в Хогвартсе учатся на раз-два, девичий кружок и туалет — главные места для получения информации, нужно только уметь слушать.
 — А ты бы пошла? — спросила старушка.
 — Нет, — ответила я, — не хочу быть племенной кобылой. О том, что ждёт меня в качестве жены чистокровного, девочки уже рассказали.
 — Это ты зря. При хорошем муже много чего можно сделать, — ответила старушка, — ну иди-иди, нам за кормом для сов нужно.
 Бабушка Миллисент потянула внучку к «Волшебному зверинцу», а я направилась к банку, размышляя о том, что мне сейчас рассказали. Значит, во мне есть кровь Блэков. А как же кровные родители, которые погибли на пожаре? Или тот сон, который мне снился, был пророческим? Может, меня действительно нашла собака? Странно всё это. То, что я личиком на Нарциссу смахиваю, уже давно шепчутся за спиной. Буду придерживаться линии — родители из России и точка. Мне данный магический мир с его желанием родить побыстрее нафиг не сдался.
 В банке всё было тихо и спокойно. Меня приветствовал пожилой гоблин, который за один галлеон выдал магический путеводитель, а за три галлеона наложил на кошель чары мультивалютности: кладёшь галлеон, произносишь формулу и получаешь доллары или фунты. Каждая дополнительная валюта ещё три галлеона. Грабёж!
 — Уважаемый Грыгозуб, — решила спросить я, — скажите, пожалуйста, почему вы продали мне этот кошелёк за такую малую сумму?
 — С вас взяли стоимость хранения артефакта, — проскрипел гоблин.
 — Скажите, пожалуйста, — не унималась я, — а кто был предыдущим владельцем?
 — Мы не разглашаем такую информацию. Кошелёк возвращается в банк в случае потери или попытке воровства.
 — Но как же вы определили, что я его хозяйка?
 — Артефакт сам знает, кто его хозяева, мы лишь вернули его владельцу, которым теперь являетесь вы.
 — То есть, вы не знаете, кому он принадлежал раньше?
 — Знаем.
 — Но не скажете…
 — Бывший владелец заплатил за дополнительную функцию — чары сокрытия. Мы не имеем права вам рассказать, кто это был.
 — Это кто-то из Блэков?
 — Не имеем права, — проскрипел гоблин.
 Жаль, но нужную информацию я всё же получила — вход в магические места Соединённых Штатов, привязку к доллару и информацию о кошельке. Кому попало данный артефакт не продают — меня уже просветили на этот счет. Получается, что мои мама и папа охрененно чистокровные. Значит, сон был пророческим, и я дочь кого-то там влиятельного. Найти родственничков или нафиг надо? Нужно хорошенько взвесить все «за» и «против».
 С этими мыслями я вышла из банка, попав в цепкие руки Нарианы Булстроуд.
 — Как сходила? Всё взяла? — спросила она, направляясь в сторону кафе Фортескью.
 — Да, — рассеянно отозвалась я, — купила путеводитель и прояснила ситуацию с валютой.
 — И?
 — Грабёж! — возмутилась я. — При обмене галлеонов на доллары комиссия в виде одного галлеона с каждой сотни!
 — Это гоблины, — произнесла бабушка Милли, — они своего не упустят.
 — А почему вообще деньги у них? — поинтересовалась я.
 — В последней войне с ними было принято соглашение о том, что данная раса не будет лезть в политику и жизнь волшебников. Их вотчина — деньги и чеканка монет. Магический контракт распространяется на всех гоблинов, находящихся и прибывающих на территорию Англии. Вам не зря так много рассказывают на Истории магии об этих существах. Я очень рада, что Милли и ты не учитесь на Когтевране.
 — Флитвик? — спросила я.
 — Да. Яблоко никогда не падает далеко от дерева(5). Он полугоблин и воспитывался в традициях своего народа.
 — Поэтому чистокровные не хотят идти к нему на факультет?
 — Многие старые семьи, чьи предки принимали участие в войне с гоблинами, не хотят, чтобы их дети учились на Когтевране. Флитвик бьёт в спину. Держитесь от него подальше, девочки. Надеюсь, вы на факультатив к этому коротышке не ходили?
 — Нет, — ответила я, — маленькие ещё.
 — И не надо, — ответила старушка, присаживаясь на стул в кафе, — страшный он, получеловек.
 — Всё равно, я не понимаю… — начала я.
 — Думаю, что вам достаточно знать, что не нужно с ним связываться, — оборвала меня старушка.
 — Хорошо, — ответила я, — мы скажем, что очень заняты в кружках по рукоделию.
 Дальнейшие разговоры и пребывание в Косом свелись к тому, что мы выбирали пирожные, купили летние мантии, и я продала Малкин пару заколок, галстук и красивую сумочку-собаку. Бабушка Милли довела меня до выхода из Дырявого Котла и отправила домой, посадив в такси.
 * * *
 В аэропорту Гатвика было многолюдно — толпа китайцев, что-то «мяукая», ждала своего переводчика, экономные немцы считали на калькуляторах стоимость покупок в ДьютиФри, испанцы громко разговаривали и размахивали руками, несколько французов читали прессу, японцы были спокойны как удавы — они просто ждали, уткнувшись в газеты или книги.
 Рейс компании BritAir, которым нам лететь в Штаты, задержался на неопределённое время. Если вы думаете, что представители авиаперевозчика предоставили горячее питание и чай, советую поумерить аппетиты.
 Из раздумий меня вывел голос Джессики, которая принесла сэндвичи и сок:
 — Поешь, неизвестно, сколько нам сидеть.
 — Спасибо, — поблагодарила я. — Пока ничего не сказали?
 — Ответили, что по техническим причинам рейс задерживают. Ты бы видела, как раскричались китайцы и испанцы! Я думала, что они весь зал разнесут. Только японцы воспитанные — спокойно всё восприняли…
 — Ага, — перебила я её, — а по прилёту они настрочат кучу жалоб и добьются компенсации раза в два больше, чем стоимость билета.
 — С чего ты так решила? — переспросила опекунша.
 — Менталитет у них такой. Зачем тратить нервную систему, когда есть более выгодные пути? Это нация что-то типа евреев из азиатского мира — своё не упустят. Деньги будут добывать из воздуха, — ответила я и откусила сэндвич с рыбой.
 — Извини, но других не было, — смущённо сказала Джесс, — только рыба.
 — А разница? — не поняла я. — Еда и есть еда.
 — Но ты всегда отдавала рыбу своему коту! — изумилась женщина.
 — Ну, так его сейчас нет, а значит — рыба моя.
 Василий был оставлен соседям. Кот абсолютно не возражал, ведь в этом доме жила его главная «любовь» — персидская кошка Манго. Воровку согласилась взять Миллисент, правда, пришлось купить птичке корма с запасом. Также я написала в школу, чтобы список учебников прислали к Булстроудам — обратный билет в Англию у меня на двадцать девятое августа.
 В аэропорту мы просидели почти три часа, пока хмурый дяденька не дал отмашку на посадку в самолёт.
  
 — Вил, у тебя что, денег нет? — раздражённо спросила я опекуна, наблюдая за перепалкой какого-то итальянца со стюардом. Воздушное путешествие началось отвратительно и продолжалось отвратительно. Сначала задержка рейса, теперь — на высоте нескольких километров — скандал. — Ты мог билеты в бизнес-класс купить?