Великая Пустошь (СИ)
- Это как посмотреть... Я хотел бы сейчас в Северных, вольных, Землях оказаться. Но, с голой жопой там тоже не весело. Если работы нет, то от голода завоешь. А есть такие работы, что работая на них, тебе рабство у Рамоса раем покажется! Так что, я бы не против к Сегрегору устроиться и навсегда в этих краях поселиться. Но, ваше золото, всё меняет!
- Что именно меняет? - прищурившись, Коляныч смотрел на товарища.
- Да, всё меняет! - в голосе Жереха почувствовался металл. - Не охота мне, при таких раскладах, годами спину гнуть на чёрных работах. Да, здесь безопасно и охотники вряд ли достанут, но, слышал ты поговорку: "вход одна монета, а выход две"?
- Слышал.
- Так вот, думается мне, тут как раз такой случай. Сегрегор нас пригреет, даст работу, еду, защиту. А вот отпустит ли нас с миром, вздумай мы уйти, это вопрос!
- Во-во! - поддакнул Добер.
- И, что ты предлагаешь? - спросил Коляныч.
- Пока не знаю! Надо больше сведений нарыть, как тут с этим делом? Уходит народ из Пустоши или нет? И как, вообще, у них здесь, со сменой места жительства? Надо у этого Алдера это как-то выспросить.
Добер вдруг опять резко вскочил на ноги и быстро направился к двери. Агей на секунду даже подумал, что тот ринулся к старосте, выяснять этот вопрос, но бугай, открыв дверь, позвал в комнату старика.
Когда Елизар уселся рядом с остальными, Добер сказал:
- А ты дед, что вот об этом думаешь? Говори только правду!
- А смысл мне врать? Прямо скажу, мне эта идея, идти на поклон к Сегрегору и жить в Пустоши - не нравится!
- Почему? - напряженно спросил Добер.
- Потому что вам это, может, и подходит. Вы молодые, у вас жизнь ещё впереди. А я старый. Работать как вы, не смогу. Нет, я могу что-то легкое делать, улицу подметать или мусор убирать, но радости мне от этого? Что я в Городище работал и жил в бараке чужаков, что тут буду жить в бараке, где старики свой век доживают - разница небольшая. Поэтому вы решайте, как знаете, а я дальше, в Ковчег, пойду.
- Ну, а Ковчег-то тебе зачем? - раздраженно спросил здоровяк.
- Я про него всю жизнь слышал, и все последние годы думал про него постоянно. Скорее всего, не дойду, но хотя бы попытаюсь. Если вдруг повезёт, и я дойду, то увижу место, о котором всю жизнь мечтал. А тут мне на что смотреть? На сортиры общественные, которыми Сегрегор всю Пустошь застроил?
Добер задумался, а затем перевел взгляд на молодых парней.
- Вот ты, чего думаешь? - посмотрел он на Вилена.
- Я, как все.
- А своё мнение у тебя есть? - скривился бугай.
- Хватит издеваться, - спокойно сказал очкарик. - Моё желание простое и оно точно такое же, как и у тебя!
Библиотекарь пристально посмотрел на бугая и Агей понял, что тот имеет в виду спрятанное золото и желание им обладать. Добер скривился, посмотрел на Агея презрительным взглядом, но не стал ничего спрашивать.
- А нам, ты что посоветуешь? - поинтересовался у старика Жерех.
- Сейчас я предлагаю вот, что, - сказал Елизар. - Давайте не будем горячку пороть. Вспомните: еще пару часов назад мы и понятия ни о чём не имели. А тут уже, вон сколько, информации узнали. Я советую сделать так: сейчас успокоимся, обдумаем всё, и может, ещё чего нового узнаем. А вечером, перед сном, опять совет устроим. Может, что другое нам на ум придёт. Да и завтра ещё у нас день будет, по дороге в Перекрёсток. Обо всём на свете поговорить время будет, ну и решение тогда уже принять.
Агей не мог не признать, что старик правильно сказал. Другие, вероятно, тоже так подумали, поскольку Коляныч сказал:
- Давайте, и правда, спешить не будем, а пока отдохнём и вечером снова всё обсудим.
Товарищи разбрелись по кроватям и разлеглись на них. Прошло всего несколько минут, как в дверь раздался стук и в комнату заглянул староста.
- Обед готов, идёмте, - сказал он.
Выйдя из дома, товарищи увидели, что под навесом, на одном из двух столов стоят ряды глиняных тарелок, несколько кастрюль и больших тарелок с резаными овощами и грубым, тёмным хлебом.
Садясь за стол, Агей увидел, что кроме них обедать собираются староста и другие двое начальников. Еду им помогал раскладывать знакомый усатый крестьянин, который тоже присел за стол отобедать вместе со всеми. Молодого парня и старика-крестьянина рядом не наблюдалось.
1.4
В тарелки разлили суп с овощами и принялись за еду. Агей оценил, что суп не сказать, чтобы очень вкусный, но есть вполне можно. Кроме него на тарелках помидоры и перец, а также много хлеба. Вполне сытно. Подумалось: все ли местные жители едят так же?
Во время еды Коляныч, Жерех и Елизар хвалили еду, чтобы сделать приятное хозяевам. Агей и Вилен тоже похвалили. Один Добер молча и сосредоточенно жрал за троих, но с обязательной недовольной мордой.
- Еда у нас не то чтобы очень хорошая, - говорил староста. - Так себе, если честно. В Перекрестке, завтра, вы увидите, что еда у них куда лучше. Но и мы здесь стараемся. Сейчас мы уже почти полностью себя обеспечиваем, а скоро расширять посевы и ферму будем. Я уверен, что года через два, здешняя еда куда лучше будет.
- А два года назад? - спросил Вилен. - Какая еда была?
- Да, примерно такая же, как и сейчас, - усмехнулся Алдер.
Когда обед уже почти подошел к концу, Жерех обратился к плосколицему Харуму:
- Извините за вопрос, но я вижу у вас надписи на руках. Вы что, раньше рабом были? Если вопрос неприятен, можете не отвечать.
Тот только усмехнулся.
- Да, парень, пришлось мне и рабом побывать. И у меня не только на руках надписи.
Он снял с головы косынку-бандану, и все увидели, что и на лбу у него вытатуировано слово РАБ.
- Видали? - сказал старик. - Раньше, в Пустоши, рабство было обычным делом.
- Да, что тут говорить! - откликнулся Алдер. - Мы, если правду сказать, все тут были хуже, чем рабы, пока Сегрегор это всё не прекратил.
- Истинная правда, - кивнул Харум.
После еды Коляныч предложил помощь в деле убирания со стола посуды, но Алдер сослался на то, что они гости и тут есть, кому убраться.
- Пойдёмте, лучше, прогуляемся, - сказал он, увлекая путешественников от стола.
Они отошли к западной части крепости. Там, правее средней западной башни, в стене был проделан проход, к которому вёл наклонный спуск. В арке Агей увидел закрытые решетчатые ворота, рядом с которыми стояли несколько незнакомых рослых крестьян. За воротами виднелись кусты, и Агей понял, что эта сторона крепости стоит на небольшом обрыве.
- Мне хотелось бы показать вам наш посёлок, - сказал Алдер, показывая на ворота. - Но я вам прямо скажу, не хочу я, чтобы люди видели вас. Тут без обид - я не хочу народ зря турсучить. Есть у нас горячие и неразумные головы, которые, если услышат про ваш поход, то могут захотеть с вами идти, а это глупо. Во-первых, нам убыток, если работник уйдёт. А во-вторых, всё равно вы дальше Перекрёстка не уйдёте, и наших тоже вернут назад, так что, только зря все возбудятся.
При этих словах почти все путешественники быстро переглянулись.
- Вам виднее, вы тут хозяева, - сказал Коляныч. - Делайте, как надо.
- Пойдёмте наверх, - предложил староста. - Оттуда видно посёлок.
Он первым направился в башню. Войдя внутрь, им открылся узкий и тёмный проход с крутыми каменными ступенями. Поднимаясь наверх почти на ощупь, миновав несколько пролётов, они оказались в небольшой пустой комнате наверху башни. Левый проход, ведущий к угловой башне с антенной, был забран сетчатой дверью. Но другой проход, на левую стену, открыт, и староста вывел их туда.