Подари мне белые сны
— Говорят, нам снится то место, где нам хорошо.
Кира пожала плечами. Да, в доме, который она сделала частью своей жизни, ей было хорошо. Вместе с ним она нашла гораздо больше, чем просто новое место для проживания.
— А наш ребенок тебе не снился, ясновидящая ты наша?
— Нет, — засмеялась Кира.
Ей во сне ребенок не снился. Он приснился Сереже Тинину, мальчику-гению, путешествующему в своих снах там, где другим неподвластно бывать. Сама она никогда не видела в своих снах себя в роли матери. Но это не удивляло ее, ведь она фактически не планировала беременность. Что ее удивляло, так это то, что ни разу, ни в одном сне она не видела Алекса. Казалось бы, они так много времени проводили вместе, она много думала о нем, он был важной частью ее жизни, теперь вот она даже ждет от него ребенка, это должно было бы как-то отразиться в ее снах. Ведь ее сновидения имеют свойство настолько тесно переплетаться с реальной жизнью, что уже и не разберешь, то ли сны диктуют реальность, то ли реальность внедряется в сны. Почему же она никогда не видела ничего, связанного с ним? Дом, с которого все началось, фактически стал для них связующим звеном, но все же ей было любопытно, почему там нет Алекса. Вопросы, вопросы…
— Пошли спать, Македонский. Завтра у нас день новостей. Идем на УЗИ, сдаем кровь на гормоны беременности, ждем ответа от Эммануила Яковлевича. Надо выспаться перед поворотным днем нашей жизни.
— Что это тебя на патетику потянуло?
— Беременность. Я тебе еще не такие перлы выдам.
…Шутка шуткой, а утро следующего дня и впрямь выдалось оглушительным. Началось все с того, что, едва проснувшись, Кира обнаружила, что версия о беременности была преждевременна. Тревога оказалась ложной, задержка разрешилась самым банальным образом. В отличие от Алекса, который жутко расстроился, она испытала огромное облегчение.
— Милый, все-таки, мне кажется, такие вещи лучше планировать и думать о них заранее. Знаешь, что я теперь сделаю в ближайшие же дни? Полностью обследуюсь. Чтобы в следующий раз, когда я действительно буду ждать ребенка, не умирать от страха и переживаний.
Алекс кивнул, но как-то без энтузиазма.
— Ты не веришь, что я рожу тебе ребенка? Да запросто! Вот обследуюсь — и вперед! Да хоть в следующий же месяц!
— Ну да, поймать бы тебя на слове.
— Лови. Нет, серьезно, в этот раз я поняла, что морально совершенно готова к рождению ребенка. Вот только угроза внематочной беременности меня мучила, но не мысль о ребенке. Честно, честно! Я уже хочу родить ребенка. Все остальное у меня есть.
Она развеселилась и стала тормошить его в кровати. Почему-то ей было легко и весело на сердце, и она действительно верила в то, что говорила.
Ее веселье прервал телефонный звонок. Звонил Эммануил Яковлевич. Голос его был несколько смущенным, словно он и сам растерялся от полученных результатов.
— Кирочка, ну, могу тебя поздравить, все в порядке!
— Как здорово! — облегченно вздохнула Кира. Еще одна хорошая новость! — Значит, вы были правы, беспокоиться не о чем.
— Прав-то прав, но не совсем. У тебя вообще не было этого заболевания. Не было тропических лямблий. Никогда.
— То есть?
Теперь растерялась и Кира.
— Понимаешь, мы можем определить по крови, есть ли у тебя антитела к данному паразиту, это такие следы, который наш иммунитет оставляет в ответ на перенесенные заболевания. Так вот, вышло, что у тебя никогда и не было этого паразита в организме.
— А что же было? Ведь было же что-то, Эммануил Яковлевич! Я же плохо себя чувствовала тогда, после Бали!
— Да это могло быть что угодно — пищевое отравление, усталость, повторяю, что угодно! Теперь мы уже это не выясним, да и нет такой необходимости. Ты здорова!
Кира сжимала трубку, не решаясь задать основной мучивший ее вопрос.
— Так что, Кирочка, извини, что сбил тебя с толку, будь здорова и ни о чем не беспокойся!
— Но как же сны?
— Не забивайте себе голову ерундой! Твои сны — это самовнушение. Если бы я не сказал тебе о возможном заболевании, ты бы спала спокойно и ни о чем таком не думала. Теперь внуши себе, что ты здорова, и навязчивые идеи перестанут мучить тебя, и твои сновидения прекратятся. Уж поверь мне, старому врачу. Я такие случаи самовнушения видел! Даже живот рос от беременности, которой не было и в помине!
— Ну, возможно…
Голос Киры звучал неуверенно. В это трудно было поверить.
— Звони, если что!
— Да, да, спасибо. И вам всего хорошего.
Алекс, увидев ее растерянное лицо, тут же забеспокоился:
— Все в порядке? Кто звонил?
— Эммануил Яковлевич. Все хорошо, да. Очень хорошо. Просто замечательно! Я спущусь, выпью воды. Сейчас приду.
Кира спустилась вниз и остановилась в зале. Лимонно-желтые стены, картины, высокие окна и свет, много света вокруг. Она придумала себе свой мир. От начала и до конца. Она создала свою мечту и поместила ее в сон, чтобы не забывать, к чему ей надо стремиться. Шаг за шагом она шла к этому моменту, шаг за шагом добавляла недостающие детали к картинке счастья. Ей было хорошо во сне, потому что она знала, что в реальности ей чего-то не хватает, что реальность надо срочно менять.
Кира расплылась в довольной улыбке. Не было никаких галлюциногенов. Единственный галлюциноген, властвующий в ее мыслях и создающий ее сны, — это ее стремление к счастью. К счастью, нарисованному ею самой. Мара знала, о чем говорила. «Разобравшись со своим сном, ты решишь попутно даже те проблемы, о наличии которых еще не подозреваешь». Именно так и произошло. Может быть, она не нашла всего, что искала, но нашла самое главное. Она приобрела веру в то, что если для счастья чего-то не хватает, это можно приобрести. Если очень захотеть. Если стремиться к этому. Если верить в свои силы.
Она живет в доме из своего сна с дорогим ей человеком, и она счастлива! Она получила все, что хотела. Вполне возможно, что это не любовь всей ее жизни, но она и не просила этого у судьбы. Она хотела лишь вновь обрести себя, найти свое место в жизни, перестать думать о прошлом и начать двигаться вперед. Она получила все это. У нее все есть. На данный момент, конечно. Интересно, сколько продлится это ощущение? Абсолютное счастье — оно не бывает длительным, только мгновенным. Потому что уже в следующее мгновение чувствуешь, что хочется чего-то еще. Вот сейчас она захочет выпить кофе. Но это мелочи. Это не считается. А по большому счету, она счастлива. Так бывает либо в конце пути, либо в самом начале, когда все настолько неясно, что и не знаешь, в какие слова можно облечь свои желания. А может, заканчивается межсезонье? И она вот-вот перевернет календарь, и начнется новая пора, с новыми вопросами и желаниями? Она получила ответы на многие из вопросов, давно мучивших ее. Но это лишь на какое-то мгновение. Живой человек всегда стремится к чему-нибудь. Он не может быть счастлив больше одной секунды. Абсолютное счастье — оно возможно только во сне. В изумительно красивом белом сне.
Внимание!
Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.
После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.
Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.
