Будет жестко (СИ)

Да, блин, он буквально сказал мне «я всегда прихожу на день рождения примерно в таком виде, как сейчас», но в его случае, «примерно такой вид» — это и так холеная внешность из-за богатой и сытой жизни, дорогие часы, которые делают его образ сразу еще более дорогим, и примерно такие же вещи, но просто кричащие, что их купили за очень большие деньги, и, вероятно, надели в первый раз.
  
В общем, я чувствую себя с ним как-то не так.
Ей-богу… мне стоило надеть платье. С ним только что-то подобное может не померкнуть.
— В чем приедут на день рождения дргие женщины и девушки? — спрашиваю в панике я, когда мы уже едем в машине туда. Чудовище дергает плечом.
— Я откуда знаю? В чем угодно.
— В платьях?
— Ну, часть может.
Да блин!
— Цветкова, я же сказал, чтобы ты не парилась с одеждой. — продолжает оно, пока я схожу с ума от тревоги. — Обычно девушки твоего возраста и женщины немного постарше приходили в том, в чем им комфортно.
— Уверен?
— Это обычный день рождения. Там, в основном, родственники, партнеры и знакомые по бизнесу, и их жены с детьми, друзья, и так далее. Посторонних почти не бывает.
Я задумчиво смотрю на него. Успокоил.
— А как ты обычно справляешь день рождения?
— Поинтереснее. — отвечает он достаточно коротко и неинформативно. Машина в этот момент тормозит на парковке, и он выходит из нее, а я — следом за ним, скинув кофту в машине и оставшись в топе. Мой взгляд падает внезапно на высокую брюнетку в шикарном обтягивающем черном платье, в ушах у которой блестящие за километр бриллиантовые сережки. Как с обложки журнала. Она берет спутника под руку и они идут в здание, пока я переживаю очередной приступ страха.
— Она почти моего возраста. — я показываю пальцем в их сторону, обращая внимание чудовища. Он поднимает взгляд. — Но она в шикарном платье и вообще… может, мне переодеться, пока не поздно? И накраситься по-нормальному?
Он провожает взглядом эту парочку некоторое время. Затем отмирает:
— Это эскортница, Цветкова. Хочешь быть похожей на нее? Давай обойдешься без этого. У меня будут нехорошие ассоциации.
Я приподнимаю брови. Это какие там, блин, ассоциации будут и в связи с чем? Ладно, сейчас не время спрашивать, важнее другое.
— И сколько их таких там? Я буду на их фоне, как…
— Я не думаю, что много, неподходящее для этого мероприятие. Я вообще не знаю того, с кем она. Но, похоже, чей-то сын развлекается.
Все же, как-то…
— Цветкова, можешь расслабиться? Ты адекватно выглядишь. И вообще, ты со мной, я для тебя самое лучшее украшение. Такого больше ни у кого нет.
Вот нарцисс. Я молча хватаюсь за его руку, и без слов продолжаю путь рядом с ним. Самооценка у него, конечно, шикарная, до небес, хоть и впрямь цепляйся за нее и висни.
Внутри я успокаиваюсь, потому что вижу реально разношерстных людей и, в принципе, банкетный зал находится в полутьме, так что вряд ли кто-то будет особо присматриваться ко мне. Кто-то в костюмах, кто-то в обычной одежде, особенно своим образом не заморачивались люди постарше… В конце концов, я расслабляюсь окончательно, когда мы направляемся к отцу профессора, который, как именинник, надел костюм, но рядом с ним стоит какая-то девушка вообще в коротких велосипедках…
Стоит мне подойти поближе, как черный, смутно знакомый хвост поворачивается, и я вижу сестру чудовища собственной персоной. Ах, да. Я опускаю взгляд на гипс и костыли. Ну да, я б могла ее по одной этой детали узнать, но я так нервничала, что не замечала очевидные вещи.
Мда.
— Какая встреча-а. — поет она, протягивая свою ручку и вынуждая меня заключиться к ней в объятия. Блин, она ж вроде говорила, что не хочет беспокоить родителей тем, что сломала ногу, а тут на день рождения пришла. Видимо, отмазаться не удалось? — Ты не представляешь, как я рада увидеть тебя живой и здоровой.
М-м… какой сарказм в ее голосе.
— Угу. Я тебя тоже.
Она отлипает от меня и переводит взгляд на своего брата, выпятив недовольно губы. Они даже не обмениваются приветствиями, игнорируя друг друга. Абсолютно. Для Влада она вообще словно пустое место.
— Добрый вечер. — я здороваюсь с отцом Влада и он приветливо кивает мне. — Поздравляю вас с Днем рождения. Пусть у вас все получается в жизни и ничего не беспокоит. — на этих словах я получаю немного ироничную усмешку, сгорая от стыда. Блин, нафига я это все произнесла? Может, это не принято у богачей?
— Спасибо, Катя.
— Вот ты где. — произносит Влад, когда к нему подбегает какой-то мужчина, передавая в руки папочку. Красивенькую. Профессор переворачивает ее и передает отцу в руки. — Это подарок тебе от нас. С днем рождения.
После этого он приобнимает по-мужски отца, похлопав его по спине. Стоит видеть их лица в этот момент… Холодная, змеиная усмешка профессора, и тревожное выражение на лице его отца, из серии «твою мать, что в этой папке?». Господи, насколько же ему трудно, должно быть, с сыном. Вечный стресс.
— Что это? — интересуется он, когда их милые объятия заканчиваются.
— Посмотри. — мне кажется, что профессор в этот момент очень хотел цыкнуть.
Отец тут же распаковывает папку, доставая документы. Затем читает, и после вскидывает охреневший взгляд на сына.
— Ты…
— Что там? — интересуется сестра Влада, а папа тихо вздыхает.
— Яхта. Попроще ничего не нашлось и поближе, а не в другой стране? Ты в курсе, что я не люблю плавать.
Влад приподнимает брови.
— Нет. Я старался найти тебе самое лучшее. Это подарок. — он говорит это слово таким тоном, что в моей голове это звучит как «жри и не выпендривайся». — Попробуй, вдруг понравится. Надеюсь, ты не продашь ее сразу же? Там тебя ждет сюрприз.
Отец вместо ответа прикрывает лицо папкой, кажется, пряча не самое лучшее выражение.
— Ладно. Развлекайся, спасибо. — произносит он, зато оживает сестра Влада.
— Тц, пиздец какой-то. Ты, как всегда, даже в день рождения… — агрессивно произносит она, кажется, решаясь наехать на брата, но ее прерывает отец.
— Света, мат.
Та закатывает глаза.
— Кать, пойдем, выпьем что-нибудь. — она хватает меня под руку и, пытаясь справиться с костылями, хочет меня увести. Я не очень хочу показывать перед отцом Влада, что не горю желанием общаться с его дочерью, поэтому, скрипнув зубами, позволяю ей себя увести.
Потом просто уйду от нее и все.
— Ну и как у тебя дела? — интересуется она, когда забирает один из напитков. Она передает его мне, и берет себе другой.
— Нормально. — коротко отвечаю я, попробовав алкоголь. Это шампанское и достаточно вкусное.
— До сих пор меня не любишь? Я думала, что мой братик уже достаточно показал себя, чтобы до тебя дошло, что с ним реально что-то не так… нет, вообще все конкретно не так, и что я тебе не врала, не сумасшедшая. Потому что долговато вы вместе. Неужели еще не перестал строить для тебя паиньку?
Я закатываю глаза.
— Я, кажется, уже сказала тебе, что просто не очень хочу общаться с человеком, который, хоть и позиционирует себя нормальным, но выманил меня и бросил со своим ненормальным братом в лесу.
— Кать, он просто тогда использовал шантаж и угрозы. Я, кажется, говорила. — она допивает бокал и берет следующий. — С ним лучше не спорить и, извини, но мне моя жизнь и шкура и впрямь дороже, чем незнакомая девушка. Когда все устаканилось, я попыталась тебя спасти и пойти в деканат.
— Хватит. — перебиваю я ее. — Ты и впрямь описываешь его, как полное чудовище, однако, ты большую часть жизни прожила с ним и все еще жива. Родственников он не явно не трогает.
  
Она смотрит на меня поверх бокала.
— Ты его плохо знаешь.
— Я в курсе про его детство и что он там творил, но он вроде вырос.
— Я не про детство. Как-то мы ним люто поругались, будучи уже взрослыми. Он тогда взял и придушил меня до отключки, а когда я очнулась, сказал, что в следующий раз доведет это до конца. С тех пор я просто так сильно не ругаюсь с ним. Но ты знаешь, в парах без ссор не обойтись. Ты не боишься, что тебя тоже однажды придушат безвозвратно?