Будет жестко (СИ)

Дикое животное. Собирающееся меня сожрать. Какое же счастье, что оно хотя бы в постели уламывает словами. Потому что с его проблемами с головой и силой все могло бы обернуться для меня намного, намного хуже. Пусть лучше подъебывает бесконечно, черт с ним.
Интересно, он сам до этого догадался, или ему в голову вдолбили, как себя в постели правильно вести? Почему тогда не вдолбили, что похищать людей — плохо?
  
Я отвлекаюсь от мыслей, когда чувствую, как чудовище опускает руку и мои пальцы касаются горячей поверхности его члена. В этот раз я более смело смотрю на то, как обхватывает рукой это здоровое достоинство. Господи, какое ж оно реально здоровое в свете дня. Никто даже не догадывается в институте, что у него скрывается в штанах, кроме меня.
Через пятнадцать минут я стою в ванной и мою ручки, мрачно глядя на засос у себя на губе в отражении в зеркале. Профессор появляется следом, встав позади меня и просунув руки в раковину, под струю воды. Затем он наклоняется, ткнувшись носом мне в плечо и наблюдая, как я мою вместе с ним свои ручки. Ой, это так мило, блин. Если не вспоминать, что он делал некоторое время назад со мной, то выглядит почти идиллией.
— Тебя не задалбывает бегать с утра? — интересуюсь я, распаковывая щетку, которую купила вчера, а чудовище, прекратив протирать лицом мое плечо, тоже берет свою щетку и пихает ее в рот. Чудесно, мы теперь вместе чистим зубы. По-семейному прямо.
— Нет. — лаконично отвечает он. — Что там может задалбывать? Просто бежишь и все. Иногда отдыхаешь.
Как у него все просто. А подольше подавить лицом подушку, ради дополнительных драгоценных минут сна? Блин, интересно, кем надо быть, чтобы соответствовать этому монстру и не пасовать перед ним? Потрясающе красивой и спортивной дочкой олигарха, с характером из огня и стали, с острым умом и цепкой хваткой, чтобы одновременно держать в ручке цепь этого животного и весь их семейный бизнес? Таких не существует. Видимо, только поэтому он пока у меня на передержке.
Я вытаскиваю изо рта щетку и полощу рот, прикрывшись сбоку ладошкой.
— Как ты представляешь идеальные отношения? — спрашиваю я у чудовища, закончив с этим, а оно опускает странный взгляд на меня, но не отвечает, продолжая полировать свои зубы. — Просто интересно.
— Цветкова, что за странные опросы? Какой-то тест из интернета? — интересуется он, выплюнув пасту в раковину, а я фыркаю.
— Хочу узнать тебя получше, вот и все. Это нормально. Мы почти нормально не общаемся, не заметил? Пора бы и начинать.
— Никак не представляю. Меня устраивают наши.
Да что ты? Я подозрительно смотрю, как он возвращает щетку в рот, замолчав снова.
— Мы же не очень похожи. Ни по характеру, ни по увлечениям, вообще никак. — бормочу я, не зная, продолжать ли до него докапываться или нет. Он же врушка. Устраивает его все, видите ли. Человек, который пытается конкурировать даже со своим отцом, имея и так кучу денег, вряд ли будет довольствоваться малым и в отношениях.
— Зачем мне кто-то похожий на меня? Чтобы я его однажды прибил?
— Тогда кто-то лучше тебя?
— Таких людей не существует. Что у тебя дальше по списку?
Мои брови удивленно приподнимаются. Да уж, вот кто по-настоящему самоуверенный. Шея-то не устает такую корону на голове носить? Я умываю лицо прохладной водой, чтобы хоть немного стать пободрее и убрать под глазами синяки, а затем, закончив, спрашиваю:
— Все-таки, ответь мне, о чем ты тогда думал, неожиданно предложив мне начать встречаться? Для меня это до сих пор загадка, с чего ты решил так поступить.
Я пока промолчу вообще про обстоятельства, в которых он мне предложил это сделать. У меня миллион вопросов насчет его поведения тогда и его мыслей насчет меня до этого момента, но я как-то еще не готова их услышать, наверное.
Чудовище полощет рот и кидает на место свою щетку после моего вопроса. Затем смотрит на меня в отражении в зеркале.
— Ладно, раз так хочешь. Ты ведь не отстанешь? — с этими словами он лениво стаскивает с себя футболку, обнажая шикарный пресс, а я отворачиваюсь. Я-то не отстану, а он может не раздеваться так внезапно, когда ведет серьезный разговор? — Цветкова, ну ты же благодаря моей сестре в курсе, в чем моя проблема. Просто ты тогда предложила ее убить вместо тебя, и мне это понравилось. Решил, что мы поладим и однажды прикончим ее вместе. Твоими руками. Все же, родственников трясут первым делом, если кто-то умирает, мне нельзя этого делать. Только поэтому она пока жива.
Боже, что? Я закатываю глаза.
— Ты издеваешься?
Он тихо смеется за моей спиной.
— Наверное. Цветкова, хорошо. Я просто подумал тогда, что ты достаточно эгоистична, чтобы об тебя вскоре не захотелось вытереть ноги. Так и вышло.
Практически озвучивает мои мысли насчет придверного коврика. Я чувствую, как мои брови взлетают вверх.
— Это дурацкая причина. А еще? — я резко оборачиваюсь и вскрикиваю, увидев, что он почти стянул с себя штаны. Еще б немного — и я б увидела то, что он так настойчиво мне уже второй день пихает в руки. — Нафига ты раздеваешься-то, господи?!
— В душ собираюсь. — отвечает чудовище. — И я не люблю копаться в причинах своих поступков, если честно, но если ты залезешь со мной в душ, я это сделаю ради тебя. Опишу в подробностях, с чего я еще захотел с тобой встречаться, закроем эту тему раз и навсегда.
— Нет. — быстро говорю я, отходя от шока. — Я в институте помоюсь.
— В раковине в туалете, Цветкова? — я слышу, как открывается дверь душевой. — Будешь стоять тут и болтать, пока я принимаю душ?
— Да. — отвечаю я. Вообще я хотела свалить секунду назад, но передумала. — У нас близкие отношения, так что могу так поступить. Тебя что-то смущает? Останусь тут.
— Да нет. Мне как-то плевать.
Блин. В душевой начинает литься водичка, а я пялюсь на стенку напротив, сложив на груди руки. Чувствую себя глупо, оставшись здесь. Но раз я это сделала, надо его потрясти еще немного. Мы ведь и впрямь почти не говорим на серьезные темы, несомтря на то, что встречаемся уже прилично.
— Чего ты добивался, издеваясь надо мной в институте?
— Тебе напомнить твои слова? «Сотри эту ухмылку со своего смазливого лица». — слышу я смешок этого монстра. — Я подумал, что было бы неплохо стереть ее навсегда с твоего лица.
Ой, боже, посмотрите на него, он запомнил и обиделся! Даже я уже плохо помню, что ляпнула ему в первую встречу. Меня захлестывает возмущение.
— Я готова была выпрыгнуть из окна из-за тебя, когда сдавала зачет! Ты, чудовище! — не выдержав, я снова оборачиваюсь, и слава богу, что душевая кабина матовая и через нее ничерта не видно. Поэтому я яростно смотрю в нее, представляя там профессора. — И каждый раз боялась идти на пары, все потому что ты издевался надо мной из-за одной брошенной фразы. У тебя что, ни разу сердце не екнуло?
Дверь душа внезапно отодвигается и я вижу тело ненормального во всей красе. Со стекающими по его рельефу струйками воды.
— Я думал, ты уже неплохо меня знаешь. Нет, конечно. Мне это даже нравилось. Твое плаксивое лицо того стоило. — отвечает мне этот демон, пока я отхожу от шока из-за его внезапного появления перед моими глазами. — Цветкова, сейчас-то какие у тебя претензии? Ты спишь со мной. Я пишу тебе курсовые. Тебе еще страшно?
— Боже, закрой дверь. — я отворачиваюсь, прикрыв лицо руками. — Больше не буду с тобой вообще говорить. Ты ужасен. Где, кстати, моя курсовая?!
— Там же, где и обещанный минет.
Мои глаза закатываются и я делаю шаг к выходу. В этот момент в спину мне летит:
  
— С моего ноутбука себе на почту или в облако отправь ее, Цветкова.
Я выхожу из ванной, прикрыв за собой дверь и протяжно вздыхаю. Блин, иногда с ним немного сложно. Чем больше его узнаю, тем дальше от определения «адекватных» отодвигаются наши отношения.
Окончательно собравшись в институт, я завариваю себе кофе напоследок. А этому говнюку, который торчит сейчас в душе и начал встречаться со мной по максимально тупой причине, кофе заваривать я не буду.