Шарлатан IV (СИ)

— Понял. Не обещаю, но помочь с этим все же попробую. А ты мне бумагу подготовь, укажи в ней, какие именно модели пианино тебе нужны, если знаешь, то и цены… хотя бы ориентировочно…
— Цены не знал, не знаю и знать, откровенно говоря, не хочу. Думаю, то есть убежден, что за один только оптимизирующий компилятор для Лингвы…
— Тоже верно, мне товарищи из Средмаша прекрасные отзывы о нем уже присылали. А если учесть, что именно они там у себя считают… Я постараюсь. А в худшем случае тебе какие-нибудь германские достану, они, говорят, тоже довольно хорошие. Да, а ты хоть знаешь, почему у японцев пианино и рояли настолько замечательные делают, что их вообще мало кто повторить может? Я из простого любопытства интересуюсь.
  
— Знаю, у них там на островах древо чуть ли не лучшее в мире растет. Даже не так: исторически сложилось, что нынешние конструкции роялей и пианин оптимальны как раз при использовании японской древесины. И я даже хотел как-нибудь заняться разработкой программы, которая оптимальные варианты и под другие породы деревьев рассчитать сможет. Дело-то не особо сложное, с алгоритмической точки зрения, и с точки зрения физики, точнее акустики, тоже отнюдь не бином Ньютона. Но совместить здесь физику с математикой — дело все же очень непростое и не самое быстрое, а на такое у меня просто времени нет. И денег, кстати, тоже.
— Денег ни у кого нет, и в обозримом будущем они не появятся. Но, считай, ты меня своими шарлатанскими подходами уломал: обещаю, что пианино японские ты получишь. Еще до лета получишь. Но и ты мне идеологически помоги: руководство в целом твои задачи понимает и готово на них потратить… достаточно. Но если ты сможешь еще парочку народнохозяйственных задач решить, демонстративно так решить, то достаточность эта может очень заметно в размерах вырасти.
— Огласите, пожалуйста, весь список…
— Что?
— Список задач, которые мне нужно демонстративно решить. Я постараюсь выбрать из них наиболее демонстративные, причем такие, которые до лета просчитать мы сможем…
— Завтра получишь, я тебе их курьером пришлю. А ты меня все же потом держи в курсе того, чем заниматься соберешься…
— Безусловно, мне же для решения потребуется очень много информации по текущему состоянию дел в нашей промышленности, а без вас я ее точно не получу…
Спустя неделю Лида во время наших очередных вечерних посиделок заметила:
— Что-то ты в последнее время какой-то скучный стал.
— Разонравился тебе?
— Нет, как ты только подумать такое смог! Ой… Я хотела сказать, что ты какой-то грустный, книжку вон дописать никак не соберешься.
— Работы много, там кое-что рассчитать довольно быстро нужно, я не справляюсь — и это меня, собственно, и печалит.
— А я выучусь и тебе помогу! Не прям вот сразу, а когда выучусь. Но… я тут посмотрела программу техникума, который у вас открывать собрались, и, боюсь, я в него экзамен не сдам. Потому что кое-что, что на экзаменах спрашивать будут, у нас в школе не преподавали… или я пропустила. Ты меня дополнительно подучить не можешь? Там немного, я всего пять тем насчитала, которые непонятны.
— Подучу, конечно.
— Ну и чего ты тут сидишь бесплатно? Учи! Я уже и тетрадочку новую завела, смотри, какую красивую я нашла…
  
Глава 14
 
Девочки остаются девочками независимо от возраста: у меня дочка, будучи заместителем руководителя довольно большой компании и матерью троих уже достаточно взрослых детей тоже радостно мне хвалилась, какую красивую тетрадочку она в магазине ухватила (правда, не для себя, а для младшей дочери, но все же). А сейчас, когда большая часть товаров в магазинах было сугубо утилитарными, даже простая общая тетрадка на сорок восемь листов с картонной обложкой, если на обложке помещалась красивая картинка, доставляла людям радость. Правда, оставался вариант, что Лида откуда-то узнала, что к данной обложке как раз я руку приложил, посоветовав в типографии на ней печатать не только «традиционную» этикетку «тетрадь по», но и вполне конкретную картинку с котятами.
Баловство это было, по большому счету: тетрадей в стране тоже был не избыток и народ любые расхватывал, но если небольшую радость можно людям дать практически бесплатно, то почему бы ее и не дать? В типографии с моим мнением согласились и теперь раз в месяц меняли картинки на обложке, причем выбирали как раз «наиболее умильные» — а вот эту, с четырьмя котятами, все равно неделю в месяц делали: уж больно она людям понравилась. Художник, в типографии работающий, уже с полсотни похожих картинок с котятами нарисовал, и, насколько я узнал, дети (девочки все же в основном) буквально охотились в магазинах на новыми обложками… что создавало уже проблемы для студентов: в школах-то общие тетради мало использовались, а на обычных школьных, на двенадцать листов, пока никто картинок не размещал. Хотя вроде и эту проблему страна быстро решала: в Сибири какой-то огромный ЦБК уже заработал и в Горьковской области Зинаида Михайловна «под дополнительную бумагу» уже почти достроила как раз «тетрадную типографию». В Работках: туда бумагу было нетрудно по Волге возить. Конечно, зимой Волга льдом покрывается, но в Мордовщиково (которое все же как раз переобозвали в Навашино после объединения с соседним поселком) уже заканчивали строительство самоходки-ледокола на тысячу тонн груза. И что-то мне подсказывало, что речной ледокол там строили отнюдь не только для перевозки бумаги на будущую тетрадную фабрику…
А у меня в институте к марту закончили решать одну «демонстрационную» задачку для руководства страны, и, после того, как варианты ее решения были представлены в Совмин, Николай Александрович попросил меня лично некоторые вопросы объяснить. Задачка-то была простой, и результаты расчетов лишь подтвердили высказанное еще товарищем Струмилиным мнение о том, что не нужно в стране строить автозаводы для выпуска легковушек мощностью свыше полусотни тысяч машин в год. И это было понятно — после того, как результаты расчетов были переведены в доступную словесную форму, но еще — что лично меня несколько удивило — что никакую конкретную модель легкового автомобиля производить в количествах свыше сотни тысяч в год была «экономически необоснованно». И это при том, что вроде бы выходило, что степень унификации разных моделей автомобилей одного класса должна составлять не менее семидесяти процентов. Но с последним мне помогли разобраться инженеры-технологи с ГАЗа, так что я товарищу Булганину смог все достаточно доходчиво объяснить, а объяснять пришлось потому, что в правительстве решили, что страна остро нуждается в резком увеличении выпуска автомобилей для населения.
— Относительно мощности заводов тут все получается просто: мы взяли статистику по всем автозаводам в США и в капиталистической Европе и выяснили, что никто более мощные заводы себе не строит просто потому, что нигде на более мощный завод не хватает инфраструктуры для работников таких заводов. Да, мы предполагаем, что заводы будут строиться буквально в чистом поле и вся эта инфраструктура будет создаваться одновременно со строительством самого завода. Однако, даже если строить завод на пустом месте, если город строить в расчете тысяч на тридцать-сорок жителей, то расходы на одного жителя в этом случае окажутся почти что вдвое меньше, чем в городе на сто с лишним тысяч населения.
— А если строить заводы в уже существующих больших городах…
— Получится еще дороже, ведь новых работников с семьями все равно нужно будет в городе селить, а перестройка всей необходимой инфраструктуры обойдется куда как дороже, чем создание ее с нуля. Отмечу, что у американцев были возможности, скажем, в Детройте, строить заводы более мощные — но они там просто ставили несколько относительно небольших заводов, а не создавали автогиганты, и причина этого уже иная, как раз касающаяся вопроса, почему не нужно одинаковые модели выпускать огромными партиями.
  
— Но ведь тот же Форд или Дженерал Моторс…