Судьба изменчива, как ветер (СИ)
После переправы Илай был прикомандирован к разведывательному отряду капитана Гори. Ввиду близости врага и отсутствия точных сведений о его расположении приходилось действовать наугад, соблюдая все возможные меры предосторожности.
Армия маневрировала в окрестностях Матары, изнывая от палящей жары, не имея в достатке ни воды, ни хлеба. Разведка рыскала по округе, уточняя быстро меняющуюся обстановку, время шло, но ясности в положении вражеских войск и в позициях не прибывало.
В очередной рейд разведчики Гори выехали на рассвете, двигались медленно, избегая большака, по проселочным дорогам, по лугам и просекам, порой по пояс утопая в густой некошеной траве. Было тихое сонное утро, в лесу пели птицы, стрекотали кузнечики. Среди летнего умиротворения забывалась страшная война, стоявшая у самого порога этого щедрого и благодатного края.
В полдень расположились на отдых в покинутой жителями маленькой деревушке. По обыкновению перед уходом крестьяне сожгли магазин и конюшню, наполовину уничтожили жилые дома, забросали навозом колодцы, увели с собой скотину. Даже огороды были местами вытоптаны, местами попорчены, одна лишь картошка стояла нетронутая, да кое-где жалкими кучками возвышались в поле сжатые ржаные снопы. Подоспела интендантская повозка, роздали сухари и мясо. Солдаты повеселели, начали шутить, негромко переговариваться.
- Час на обед и отдых, потом выступаем, - скомандовал Гори, направляясь к небольшому пруду на окраине деревушки.
Илай и несколько офицеров уже расположились возле воды. Одни, скинув с себя пропахшие потом мундиры, с наслаждением плескались в пруду, смывая с измученных тел многодневную походную пыль, другие лежали после купания в благостной тени прибрежных ракит, отдыхали.
- Проклятый сильвиец, - негромко выругался кто-то, снова возвращаясь к излюбленной теме, - устроил нам эту бессмысленную бешеную гонку.
- Не так уж Рауль и виноват, - резонно возразил Гори, - ничего б этого и не случилось, ежели б государь не доверял ему столь слепо.
- Да, остается лишь пожалеть о том, что наш король не силен в военном деле. Говорят, большого труда стоило генералам убедить его отказаться от губительного плана ведения войны двумя отдельными армиями.
- Слышно, у Матары решительное сражение назначено.
- Скорей бы! Надоело бежать…
Разговор прервало появление унтера Криса. Он привел к офицерам двух чумазых деревенских мальчишек в пыльных рубахах, грозно покрикивая и всерьёз угрожая им ружьем.
- Вот, господин капитан, - обратился он к старшему по званию Гори, - лазутчиков за деревней поймал. В кустах прятались. Говорят, важное донесение имеют до главного командира. Врут, небось, больно рожи – то у них подозрительные! А этот вот и вовсе по-карейски лопотать умеет, а сам в крестьянина обряжен. Неспроста это!
- Какой же ты, однако, недоверчивый, - покачал головой капитан, - лазутчиков нашел! Да опусти ты ружье, это же просто мальчишки, с чего бы им карейцам служить? Ладно, иди, разберусь, что к чему. Ну-с, юноши, вот он я, главный командир, перед вами! Докладывайте - чьи вы, откуда, какое донесение у вас имеется?
- Из этой деревни ведут две дороги, господин офицер, левая большак, обсаженная берёзами, а правая поменьше, она немного в сторону забирает, - звонким голосом начал доклад один из мальчиков, высокий и стройный, тот самый, про которого унтер говорил, что он знает карейский. Второй согласно кивал на каждое слово своего спутника. - Так вот, господин офицер, не ходите малой дорогой, мы разведали - в следующем селении враги засели, засаду вам готовят! – В голосе мальчика появились отчетливо слышимые повелительные нотки, словно за свою недолгую жизнь он привык к подчинению окружающих. - Я слышал их разговоры, подойдете вы, вроде и нет никого, а они с двух сторон накинутся и перебьют вас. Позиция для обороны там очень удобная.
- Откуда про позиции понимаешь? – несколько недоверчиво спросил Гори. – Который год-то тебе, парень?
- Я военные книги читал, - серьезно ответил мальчик, - а что лет мне мало, так это не имеет никакого значения. Я тоже могу на войне пользу принести! Возьмите нас с Нанси в разведчики, не пожалеете! На нас никто не подумает, к самым позициям подберемся, всё нужное разузнаем и вам доложим.
- Так, - сдержанно протянул капитан, - он, стал быть, Нанси. А тебя как величают? Откуда язык вражеский знаешь?
- Я граф Аликс Уллиян, меня с семи лет наукам обучают. Да вы проверьте наши слова, если сомневаетесь. Пошлите на разведку в селение человек двух-трех, только не слева заходите, а справа, в обход перелеска, там у них в бору большой отряд стоит. Дайте мне бумагу и карандаш, я вам нарисую, где у них какие орудия, и сколько человек.
Подошел Илай, только что вышедший из воды. Лицо мальчика, увлеченно рисовавшего позиции врага, показалось ему знакомым, несмотря на обильную пыль и натянутый по самые брови крестьянский картуз. Если бы парня умыть, на кого бы он смахивал?
- Вот, господин офицер, готово, - мальчик протянул листок, прервав мысли Илая. – Здесь у них конница, а это пехотинцы. Пушки здесь и здесь. И еще вот сбоку две, на всякий случай.
- Странно, - задумчиво рассматривая рисунок, протянул Гори, - откуда бы здесь карейцам взяться? Хотя в этой неразберихе всё возможно. Илай, возьми двух человек, проверьте донесение. А вы, - обратился он к юным разведчикам, - бегите пока вон к тому высокому солдату, около крайней избы, видите? Он вас накормит, скажите, командир велел.
***
Через час разведка вернулась, полностью подтвердив сообщение мальчишек. Илай не переставал удивляться, как толково чумазый парень изобразил вражеские позиции, даже масштаб выдержал, хоть и рисовал на коленке тупым обломком карандаша.
- Все точно, капитан, - доложил он командиру, - сила там немаленькая. Надо или в обход идти, или с боем пробиваться.
- Будем пробиваться, - решил Гори, - сейчас же курьера пошлю за подкреплением. Устроим отвлекающий маневр, пока основные силы по другой дороге дальше к Матаре отступать будут. Вы свободны пока, отдыхайте.
- А где юноша этот, который позиции рисовал? Я бы поговорить с ним хотел.