Судьба изменчива, как ветер (СИ)

 - Позвольте обратиться с просьбой, молодой хозяин. Дело-то хоть и невеликое, но суть важное.
 - Говорите, отец Хезер, я слушаю.
 - Всей округе уже известно, что злодей карейский взял и осквернил священную столицу нашу. Скорбию наполнились сердца наши, но вместе гневом праведным. Постановили мы всем миром послезавтра провести большую службу в храме и попросить у Бога помощи в борьбе с врагом. Молодой хозяин, для поднятия нового духа мужества, твердости и надежды в сердцах воинов желаем мы рядом с изображениями божьими видеть в храме лик государя нашего Альберта! Не откажите в просьбе, прикажите доставить в храм портрет короля, рукой вашею писаный!
 - Хорошо, отец Хезер, я привезу портрет, - несколько растерянно проговорил Тефи, смущенный неожиданной просьбой. - Однако же король не бог, всего лишь человек. Разве возможно размещение изображений человека рядом с Богом?
 - Король есть первый после Бога на земле, – убеждённо ответил жрец, - сила необыкновенная от него исходит. Светел лик его и чисты помыслы. Всякий человек, вставший на борьбу с иноземцем, молится ему в эти дни наравне с господом. Не откажите, молодой хозяин, велите доставить портрет в храм.
 - Не беспокойтесь, я завтра же съезжу на Выселки.
 ***
 Вернувшись в поместье, Тефан вынул свернутый в рулон холст и принялся прилаживать к раме. Укрепив полотно, он поставил его перед собой, сел в кресло и долго смотрел на любимое лицо, заново обретая его в своей памяти. Граф не разворачивал портрет с того самого дня, как снял со стены в своей мастерской перед самым нашествием неприятеля, а теперь вот, в этот осенний вечер он с прежней любовью снова вглядывался в синие глаза Альберта, внезапно ясно осознав, как сильно по нему скучал.
 Как бы ни сложились в дальнейшем его отношения с Илаем, но для того, чтобы продолжать жить, ему совершенно необходимо было видеть Альберта, хотя бы так вот, на портрете… Текли минуты, по щекам Тефи бежали редкие слезинки, но он не замечал этого, полностью поглощенный воспоминаниями.
 Первая любовь не проходит бесследно. И через много лет, навсегда потерянная, она остается в памяти болью и печалью, но вместе с тем неувядаемым немеркнущим счастьем. Среди скучных житейских будней, среди череды разочарований и несбывшихся надежд – она не раз напомнит о себе в самые неожиданные моменты. Вздрогнет в смятении чувств сердце, застучит быстрее, краска волнения покроет лицо, и всё это лишь оттого, что мелькнет вдруг в чужой равнодушной толпе похожий профиль…
 - Альберт… Альберт, где ты сейчас? - шептал он, получая щемящее удовольствие от звуков дорогого имени, - Аль, мой хороший... Аль!
 - Я здесь, отец, - голос сына застал Тефи врасплох. Он резко встал и подошел к окну, давая себе время принять обычный спокойный вид. – Я и не знал, что ты уже дома…
 Тефан обернулся и вздрогнул, встретив внимательный взгляд синих глаз своего сына. Точно такие же, как у Альберта на портрете…
 - Что ты тут делаешь один, отец? Для чего ты снова укрепил портрет короля в раму?
 - Отец Хезер просил повесить портрет государя в храм на завтрашнее богослужение, Аликс. Так пожелали крестьяне.
  
 - Я помогу тебе это сделать, папа. Пойдем вместе.
 - Мы сделаем это завтра поутру, милый.
 Сын кивнул, подошел ближе и встал рядом. Некоторое время он молча смотрел на портрет, потом вздохнул, и по его выразительному лицу пробежала тень печали.
 - Как жаль, что ты не написал портрета моего отца, папа, - тихо произнес он. – Я ведь даже не знаю, как он выглядел. Почему ты никогда не рассказываешь мне о нем? Какой он был?
 - Он….- Тефи споткнулся на полуслове и замолчал, решительно не зная, что отвечать сыну. Он давно ожидал от мальчика опасных расспросов, касающихся его происхождения, но так и не подготовился к этому должным образом. Открыть Аликсу правды он не мог, но и лгать ему, выдумывая несуществующие подробности про мифического отца, ему не хотелось. – Он… давай поговорим об этом в другой раз, Аль, хорошо? Сейчас я совсем не расположен вспоминать былое.
 - Ну, как всегда, - огорчился Аликс. – Пожалуй, я пойду. - Он повернулся к дверям, но вдруг передумал. Новая мысль пришла ему в голову. - Папа, а как ты рисовал короля? – заинтересовано спросил он. – Он что, так вот запросто сидел перед тобой, а ты его рисовал? Самого короля?
 - Именно так, милый, - улыбнулся Тефан. – Его Величество позировал мне для портрета по полчаса в день, когда бывал свободен от государственных дел.
 - Как интересно! – мечтательно улыбнулся сын. – Расскажи мне про столицу, пожалуйста! И про короля! Ну же, отец!
 - В придворной жизни нет ничего интересного, Аль, - сдержанно ответил граф, поняв, что на сей раз простыми отговорками от сына ему не отделаться. – Дядя Марлин повез меня посмотреть коронацию короля Альберта, там мы и познакомились с супругом князя Илая, а через его протекцию я получил должность при дворе у брата короля Его Высочества принца Амалия.
 - А что король? – не отставал сын. – Как ты познакомился с королем? Какие у вас были отношения? Каков он как человек?
 - Ой, Аль, сколько вопросов! – засмеялся Тефан. Он полностью успокоился, когда отпала опасная тема тайны рождения сына. – Не знаю, на какой и отвечать-то прежде всего? Наш государь исключительно образованный и воспитанный человек, приятный в общении, необычайно изящный и вежливый. А познакомился я с ним в покоях его брата, с которым он очень дружен.
 Знакомым жестом сын взъерошил волосы, обдумывая услышанное, но не сдвинулся с места. Было видно, что его мучает ещё какая-то мысль, но отчего-то он не решается высказать ее вслух. Тефан молча ждал, не мешая ему.
 «О, небеса, только б не вздумал снова спрашивать меня про своего отца!»
 - Папа, - наконец заговорил сын, - а когда война закончится, князь Илай уедет от нас, да? И мы снова будем жить вдвоём?
 - Думаю, да, - растерянно прошептал Тефи, никак не ожидавший такой перемены в теме беседы. Вот уж поистине день сюрпризов! – А почему ты спрашиваешь меня об этом?