Судьба изменчива, как ветер (СИ)

 Он плохо спал, потерял аппетит, почти забросил живопись. К ужину спускался безразличный и унылый. Князь Марлин наблюдал за ним с тревогой, и наконец, к началу зимы решился на большие перемены.
 - Все, хватит тосковать! - бодро объявил он, входя после завтрака в комнату племянника. - Собирайся, Тефи, в город поедем. Сейчас в поместье дел немного, так поживем у родственников до весны. Давно они меня зовут, а я все медлю да откладываю. Пора тебе в свет выходить, самое время.
 Тефану не хотелось ехать в Матару, но и дома оставаться было невыносимо, муки ежедневного ожидания приезда отца или князя Саркиса действовали на него угнетающе. Дорога развеяла, новая обстановка тоже. Супруги Ядвиг и Дорен Берти, дальние родственники князя Марлина, жившие в Матаре, окружили гостей любовью и заботой и сразу же выдали расписание светских приемов на весь сезон. Тефи не слишком рвался на балы, тем более что у него начался первый цикл, но старшие позволили провести дома только несколько дней, пока жизненные показатели не пришли в норму, потом снова повезли юношу по знатным домам, особенно по таким, где были потенциальные женихи-альфы.
 - Скажи, мой милый, - с надеждой вглядываясь в лицо племянника, спрашивал князь Марлин, - неужели тебе никто не понравился? Вчера последний твой партнер по менуэту был так хорош!
 - Да, вежливый, - равнодушно отвечал Тефи, - руку мне поцеловал. Только вот...
 - Только вот - что?
 - Губы у него скользкие и холодные. Неприятное ощущение, аж мурашки по коже побежали.
 Князь отвернулся и незаметно вздохнул. Не нравятся племяннику городские альфы, ни один его сердце не тронул. Ну что ж тут поделаешь?
 ***
 Ближе к весне неожиданно пожаловал еще один гость. Из столицы приехал дядин двоюродный брат, Ясель Берти. Начались радостные объятия, возбужденные разговоры. Всем не терпелось узнать столичные новости, что в этом сезоне носят, как танцуют?
 - Что вы, милые мои, какие теперь танцы? – замахал руками князь Ясель. – Весь город словно бы вымер. Любое большое собрание считается подозрительным. На главных улицах установлены караульные будки, по вечерам разрешено ходить только лекарям по вызову к больным да военным чинам по служебной надобности.
 - Это что ж за строгости такие? – удивлялись наивные провинциалы столь диковинным столичным новостям. – Войны у нас пока не объявлено, с Кареем перемирие. Кто это в столице такие странные порядки установил? Неужто сам король?
 - Кому, как не ему, такая власть дана? – в свою очередь удивился столичный гость. – Все повеления исходят от Его Величества. Касательно же причин такого положения… даже не знаю, как вам и рассказать, дорогие мои. Война что ж, войны, конечно, не объявлено, но столица наша и в самом деле похожа на захваченный неприятелем город. Все ходят невеселые, унылые, каждой тени боятся. Много знатных семейств за границу уехало.
 - Да что ж это такое происходит в столице нашей, Ясель? Откуда же такие повеления?
 - Вы слышали про летний заговор против Его Величества? После того, как все раскрылось, наш король сильно переменился. По городу ползут слухи, что он совсем сошел с ума! Он даже сына своего подозревает в измене и собирается сослать его в дикую местность на север на вечное поселение. Думаю, добром это не кончится, и новый заговор не за горами, сильно уж озлоблены дворяне на Теона.
  
 - Кузен, оставим политику. Расскажи нам лучше про наследника Альберта, - вступил в разговор доселе молчавший супруг хозяина. – Правду ли говорят, что он так необычайно хорош собой?
 - Истинную правду, князь! – мечтательно улыбнулся Ясель. – Я встречал его всего лишь дважды, но до сих пор под впечатлением. Высок, строен, изящен! Прекрасен, словно Бог! Лицо у него такое, что при взгляде на него на сердце становится теплее и радостнее - открытый лоб, ясные глаза, очаровательная улыбка, выражение доброты, мягкости, благорасположения ко всему и подлинно ангельской чистоты! Осанку он имеет благородную и манеры его безупречны, в нем больше от элегантности молодого человека, чем от величия происхождения. Знатные омеги не сводят с него глаз, словно зачарованные, ловят малейшие знаки его внимания. Да что омеги! Я однажды слышал разговор двух его адъютантов – они обожают его, преклоняются перед ним, готовы за него в огонь и в воду!
 - Как ты красиво говоришь… Вон и Тефи заслушался.
 Все обернулись к юноше, и он смущенно потупился под добродушными взглядами родственников.
 - А у нас в Матаре нет ни одного красивого альфы, - покраснев, прошептал он, и все дружно рассмеялись.
 - Как же ты молод, Тефи, - ласково заметил князь Ясель, - сразу видно, что тебя еще ни разу не посетила любовь! Ну, ничего, где-то она уже ходит по этой земле, и скоро ты непременно с ней встретишься! Тогда-то ты заговоришь иначе, твой избранник будет самым прекрасным и замечательным, в целом мире не найдется равного ему! А пока…
 - А пока он у нас помолвлен с князем Саркисом Эйденом, - сурово объявил Марлин, - да вот жених его что-то запропал, равно как и родитель, граф Ярит. Писал я ему, да никакого толка, - ни слуху, ни духу. Ты не слыхал про них в столице, кузен? Может, случилось что-то?
 - Про Ярита я ничего не знаю, - немного подумав, ответил гость, - а Эйдены сейчас в большой немилости. Хозяин под домашним арестом, дети увезены в деревню. А что ж наш Тефи так грустит? За жениха переживает, что ли? Прости меня, не думал я тебя расстроить. Бог милостив, найдется твой любезный князь, приедет за тобой…
 Марлин под столом незаметно толкнул ногой кузена, сделал страшные глаза – тот мгновенно всё понял, осекся на полуслове и отвернулся к стене.
 - Так вот в чем дело, - прошептал он еле слышно, - Знакомая история… когда-то и меня вот так же, не спросив, отдали за нелюбимого… Все повторяется, из рода в род, из поколения в поколение...
 Глава 6 
 Принц Альберт быстро шел по пустым коридорам Главного дворца, направляясь в приемную залу Его Величества. Его сопровождали четверо королевских телохранителей, которые, собственно и явились за ним этим утром в загородную резиденцию. На душе было тягостно и тревожно, ибо неожиданный вызов к отцу не сулил молодому наследнику ничего хорошего.