Римлянин. Финал (СИ)
— Внедряй, — разрешил Таргус. — Нужно устранить эту уязвимость как можно быстрее.
— Будет исполнено, Ваше Императорское Величество, — кивнула Зозим.
Увеличение количества Промзон ослабляет информационную безопасность, поэтому старые методы работают недостаточно эффективно, что влечёт утечку бесценной информации о технологических секретах.
Уже установлено, что разведка англосаксов оповещена о грядущей передаче ряда технологий Пруссии, поэтому в Берлине наблюдается резкое повышение концентрации агентуры не только англосаксов, но также франков и иберов.
«Они чувствуют, что не могут догнать», — подумал Таргус и улыбнулся своей мысли.
Главный ужас англосаксов — броненосцы Шлезвига.
Строятся эти морские чудовища на верфи Киля, куда стремятся попасть шпионы любой страны, потому что все хотят узнать масштаб угрозы.
А угрозы-то особой и нет, потому что шлезвигские броненосцы имеют два критических недостатка, не позволяющих их применения в качестве инструмента для доминирования в море.
Первый — их конструкция не позволяет взять с собой достаточно топлива, поэтому далеко в море они ходить просто не могут.
Второй — мореходность у них отвратительная и проблемы начинаются даже при среднем волнении.
В Киле строится новый броненосец, с корпусом из легированной терезианской стали, который станет флагманом имперского броненосного флота. Он будет самым крупным военным кораблём в истории: в длину — 100 метров, в ширину — 23 метра, а в высоту — 25 метров. На нём будет установлено три орудийные башни с одиночными 150-миллиметровыми орудиями. Водоизмещение — 15 000 тонн, являющееся беспрецедентной характеристикой.
Такие корабли ещё не строили, потому что ещё ни у кого не было в распоряжении такого инженерного ресурса, способного спроектировать и построить что-то подобное. А ещё ни у кого не было столько высококачественной стали. Да и мощностей верфей, строивших парусные корабли, просто не хватит на такое.
Этот корабль будет способен выходить в открытое море и автономности его хватит, чтобы добраться до Северной Америки, заправиться там углём и вернуться назад.
Вот этого броненосца англосаксам, иберам и франкам, определённо, стоит опасаться, потому что ни один современный парусный корабль не выстоит против него в открытом бою. В открытом море его не догнать и от него не убежать, что делает его высокоэффективным убийцей флотов.
Всего их будет построено два, но они чрезмерно дороги и сложны в производстве, поэтому первый броненосец будет спущен на воду через два-три года, при условии, что не появится новых подводных камней.
Так долго Таргус ждать не мог, поэтому там же, в Киле, заложены корабли гораздо проще.
На самом деле, это корабли Российского императорского флота, подвергаемые капитальной переделке. Линейные корабли «Святой Пантелеймон», «Кронштадт», «Святой Исаакий» и «Святой Николай» прибыли в Киль и заняли заранее подготовленные сухие доки.
Согласно проекту модернизации, они будут лишены бортовых орудий и оснащены орудийными башнями под 150-миллиметровые орудия. Также они будут обшиты стальной бронёй, а передвигать всё это великолепие будут паровые двигатели. Парусное вооружение, естественно, под снос.
Таргус видел в этих эрзац-решениях охотников на торговцев — в боестолкновения с вражескими военными флотами им вступать будет неразумно. А вот торговцы, которых у потенциальных противников очень много, вполне адекватная цель.
Мощности Киля ограничены, он сможет переделывать по три корабля в полгода, но у Российской империи не так уж и много подходящих под переделку кораблей, а новые строить уже бессмысленно.
У Таргуса, в связи с этим, возникли некоторые проблемы в России — десятки тысяч моряков, корабелов и простых рабочих остались без работы, потому что все заложенные и запланированные корабли были отправлены на слом или отменены, а верфи переквалифицировались на гражданские суда.
Военные заказы кормили все эти верфи, а гражданская сфера всегда была слаба, так как там никогда не было много денег, ведь практически вся мировая торговля либо под англосаксами, либо под голландцами.
Ломоносов начал решать проблему — тратит деньги из казны, чтобы выплачивать временные пособия мастерам и рабочим, а военных моряков отправил в тренировочные лагеря легионов.
Прецедент с выплатой пособий по безработице Таргусу не понравился, ведь он противоречит его замыслу — он хочет «естественным путём» заселять пустующие земли юга и востока. Безработные люди, помыкавшись по городам, рано или поздно, откликнутся на призывы императорской программы по освоению диких земель.
Но Ломоносова винить сложно — он работает в очень нервной обстановке. Мятежи разгораются один за другим, социальная ситуация напряжённая, весной в некоторых губерниях начался голод, что не добавляло спокойствия, поэтому Михаил решил не рисковать с буйными мореходами и не провоцировать их на бунт.
«Нет, он молодец», — подумал Таргус. — «Он разово собрал массу новобранцев, уже имеющих какой-то военный опыт, пусть и на море, а также сконцентрировал потенциально полезных мастеров и рабочих, которых можно направить в нужную область централизованно».
На Кавказе активно строится город Аспий, в котором он видит промышленный центр региона. Там будут основаны оружейные заводы, которые упростят логистику при экспансии сначала на Малую Азию, а затем на Ближний Восток.
— Ваше Императорское Величество, — заговорила Зозим. — Я могу сделать доклад по международной ситуации?
— Можешь, — кивнул Таргус.
— Австрийские Нидерланды — город Брюгге пал, большая часть мятежников сдалась, те, кто не сдался, рассеяны по окрестностям и ими занимаются отряды егерей, — начала доклад герцогиня. — Регион полностью умиротворён. Нам действовать по ранее утверждённому плану?
План по Австрийским Нидерландам заключается в радикальной романизации, экспериментальной её версии, предусматривающей нулевую терпимость к неповиновению. За нарушение законов предполагается лишь одно наказание — отправка в Вену, в лагерь по перевоспитанию.
— А что-то изменилось с тех пор? — нахмурился император.
— Нет, Ваше Императорское Величество, — покачала головой Зозим.
— Тогда действуйте, — ответил Таргус. — Дальше.
— Появились сведения, что англичане с французами начали колониальную войну против Голландии — спор идёт за Малакку, — продолжила Зозим. — Разжигателями войны выступили англичане, желающие забрать голландскую Малакку, но в эту войну вступили французы, имеющие те же притязания.
Вероятно, действия Таргуса вызвали у англосаксов и франков колониальное голодание, поэтому они начали «подъедать» слабых. Голландская Ост-Индская компания выглядит наиболее вероятным кандидатом на избиение и ограбление.
— В Индии англичане претендуют на голландский Цейлон, — сообщила герцогиня. — Но тут на стороне голландцев выступают французы, не желающие чрезмерного усиления англичан в регионе. Мы должны предпринимать какие-либо действия?
— Больше пушек и винтовок Ахмад Шаху, — приказал Таргус. — Он наш стратегический союзник в том регионе и нам выгоднее, чтобы статус-кво сохранялся как можно дольше. А лучше, конечно, чтобы он вышиб всех этих вонючих варварских колонизаторов из Индии…
— Он политически слаб, — вздохнула Зозим. — Боюсь, что из него не получится сильный лидер, способный на решительные действия и не робеющий перед западными колонизаторами.
— Поищи подходящих кандидатов среди его наследников, — сказал Таргус. — Но сделай это быстро — нужно быть готовыми. Дальше.
— Берберы усиливают давление на Францию — они уже почти постоянно у берегов и похищают людей сотнями в день, — продолжила Зозим. — Французский флот начал рейды, но они не дают особого эффекта, так как у берберов начали появляться серьёзные военные корабли — от османов.
Османский султан продолжает грабить Персию и проводит модернизацию армии и флота. Старые корабли он скидывает берберским пиратам, почти бесплатно…