Новая девушка моего сына (СИ)

Врач врывается в холл частной клиники через минуту, сына тут же перекладывают на каталку и увозят от меня, велев ждать.
Несколько десятков минут показались для меня целой вечностью. Измерил шагами коридор вдоль и поперек. Не выдержав, уселся на сиденье и склонил голову на руки.
Это я виноват. Я. Я вечно был занят работой. Сашка будто рос сам по себе. Без матери. И, считай, без отца. Я старался заработать как можно больше денег, чтобы сын никогда ни в чем не нуждался. А еще глушил работой горечь от потери жены. Сокрушенно тру руками лицо. Сашка, прости меня. Только не оставляй. Черные мысли подавляют сознание и заполоняют собой разум. С каждой минутой надежда будто испаряется в воздухе. Я не смогу жить с этим чувством вины. Не уберечь собственного сына? Как же ты мог, придурок…
Хлопнула дверь. Из реанимации вышел уставший доктор.
Тут же вскакиваю с места и подлетаю к мужчине.
— Что!? Что с ним!?
— Жить будет.
Громко выдыхаю. С плеч будто свалился огромный булыжник.
Господи, спасибо! Спасибо, что не забрал его! Облегченно закрываю глаза, пока доктор продолжает.
— Передозировка наркотиками. Еще бы пол часа и был бы мертв. Вы вовремя успели. Две недели он проведет в клинике, под нашим тщательным присмотром. А затем рекомендую Вам отправить его на принудительное лечение в центр реабилитации наркоманов.
Смотрю на врача пустым взглядом.
— К нему можно?
— Нет, он все еще без сознания. Мы вкололи ему сильное снотворное. Думаю, очнется только завтра. Вам нечего здесь делать сегодня.
Доктор ушел, а я еще минут пятнадцать стоял посреди коридора, осмысливая произошедшее. Мой сын — наркоман. А я этого не знал. Мой сын чуть не умер, и через пол часа любой доктор был бы бессилен. А я мотался по делам и командировкам, пока он бездумно убивал себя.
Вышел из больницы. Охранник тут же подлетел ко мне.
— Как он?
— Жив. — говорю я бесцветным тоном. — Дай сигарету.
Парень протягивает мне пачку Кэмола и достаёт зажигалку. Пятнадцать лет не курил. Думал, навсегда бросил эту пагубную привычку. Затягиваюсь.
Коля молчит и напряженно смотрит на меня.
— Вы тут останетесь? Может привести что-то?
Реальность доносится до меня как-то глухо, будто я под водой.
Разум отказывается принимать происходящее, сопротивляясь изо всех сил.
— Нет.
— Домой?
Вспоминаю картинки, которые я видел в квартире.
— Нет. — ответ вырывается из меня раньше, чем я успеваю подумать.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Но домой я не хочу. Не смогу сидеть там в одиночестве и считать минуты до завтрашнего дня. Сыну ничего не грозит. Это лучшая клиника Москвы, он под надежным присмотром.
— В какой-нибудь клуб.
Охранник кивает, не задавая лишних вопросов.
Бросаю бычок на асфальт и придавливаю ботинком из дорогой кожи.
Модное заведение встречает меня грохочущей музыкой и сигаретным дымом. Администратор проводит к вип столику. Милая официантка подлетела в ту же секунду.
— Бутылку коньяка. Самого дорогого. Быстро.
Девушка кивнула и тут же скрылась из виду.
Через три минуты я уже делаю первый глоток горячительного напитка.
Смотрю на шныряющую мимо молодежь. Сколько из них сейчас под наркотой? Сколько закончит свою жизнь передозом? А ведь каждый из них чей-то сын или дочь.
Закрываю глаза, пытаясь вернуть трезвый рассудок. Но состояние шока незаметно сменяется состоянием сильного алкогольного опьянения.
Смотрю на опустевшую бутылку.
Мысли медленно копошатся в голове.
Не хочу домой. Не хочу оставаться один. Но дикая усталость берет свое и я просто откидываюсь на спинку дивана и кидаю взгляд на танцпол.
Глаза выцепляют юную девушку. Маленькую, хрупкую, извивается посреди танцпола и смотрит на меня в упор. Свет софитов скользит по ней, то освещая красивое лицо, то скрывая его в полумраке. Девушка улыбается. Большие глазища отчетливо видны даже с такого расстояния. Улыбаюсь в ответ. Зеленый свет. Девушка прекращает танец и направляется к вип столикам.
 
— Привет. — улыбка озаряет лицо.
— Здравствуй. — в глазах уже начинает двоиться, но я упорно делаю глоток за глотком.
— К тебе или ко мне? — девушка самоуверенно смотрит мне прямо в глаза.
— Ко мне.
Поднимаюсь с дивана, обхватывая незнакомку за талию.
Все остальное я помню смутно. Помню, как в машине, почти отрубился, запрокинув голову на удобное сиденье. А затем темнота.
Проснулся утром один. Бабы нет. Коля сказал, что ушла через час, после того, как мы приехали. Ну и хрен с ней. Немедля ни минуты, поехал в больницу. Сашка очнулся.
Захожу в палату к сыну и вижу перед собой бледного худого подростка со впалыми щеками и кругами под глазами, вместо почти что взрослого мужчины.
Сажусь на кресло возле больничной койки. Сын смотрит на меня испуганными глазами.
— Папа, прости, ладно? — голос дрожит.
— Саша, как же так?
Слезы текут по щекам парня.
— Пап, я не знаю как так вышло. Я не наркоман, клянусь. Просто с подругой после клуба решили повеселиться.
Но в моем сердце сейчас нет места осуждению. Я благодарен судьбе за то, что сын остался жив. Крепко сжимаю руку парня.
— Пап, это не все.
— Что еще? — плохое предчувствие снова накатывает изнутри.
— Там… в квартире… наркотики. Очень много. Но я взял их в долг. На картах денег не осталось, я хотел у тебя попросить. Я сегодня должен отдать. Иначе… Это серьезные люди, понимаешь?
Тяжело выдыхаю.
— У тебя на карте было пол ляма неделю назад, ты все просрал на наркоту?
Парень испуганно вжимает голову в плечи.
— Кто продал тебе эту дрянь? Господи, ты ведь еще ребенок! Тебе же даже восемнадцати нет!
— Пап, у них серьезный бизнес! Им плевать кому продавать, лишь бы бабки капали. Деньги надо отдать. Иначе…
— Я сам разберусь с этими бизнесменами.
Пробыв с сыном еще пару часов, отправился обратно домой. Сначала надо избавиться от наркоты, а затем вызвать клининг, и поднять всех своих на уши, чтобы нашли этих отморозков, торгующих белой смертью. Черт, места живого от них не оставлю!
В квартире до сих пор стоит жуткий запах. Открываю шторы и замечаю, что на столике в гостиной нет пакета с дрянью. Вчера он был тут. Я точно помню. Перевернув все вещи, понимаю, что наркоты в доме нет.
В голову приходит одна единственная догадка. Девчонка. Она взяла. Больше некому.
Через два часа звонит взъерошенный охранник.
— Андрей Витальевич, извините, где находится найти не удалось. Надо больше времени. Но номер пробили. Отправлять?
— Давай.
Набираю цифры. Гудки не заставили долго ждать.
Сонный голосок промычал в трубку «Алло».
— Значит так, слушай меня внимательно, если сейчас же не приедешь и не вернешь, то что взяла, отвечать будешь своей шкурой, поняла меня?
Девчонка молчит в трубку, и я буквально чувствую, как в ее голове со скрипом начинают вертеться шестерёнки.
— Я ничего не брала.
— Пакет кокаина, блядь! Чтоб через час был у меня.
— Нет его уже! Потеряла! — голос девушки дрожит.
— Ты что, блядь, плохо слышишь? — дешевых спектаклей мне только еще не хватало.
— Нет, я хорошо слышу. А вот ты видимо плохо соображаешь. Мой папа большая шишка. А ты трахал несовершеннолетнюю. Можешь найти меня, я даже паспорт покажу, убедишься. Только вот если что-то сделаешь мне, сидеть тебе на нарах долго, но не очень счастливо.