Попал (СИ)

— Ну штрафной я назначил правильно. Петька схватил Платошку руками когда тот хотел пробить по воротам. Так что все по честному.
Архипка насупился. Понятно ему хотелось, чтоб я подсуживал своим.
— Ладно не дуйся! Научу тебя как обыграть мшанских. Вот смотри как вы играете. — Нарисовал палкой на земле эскизик нашего футбольного поля. А надо сказать, что футбольное поле у нас было почти настоящее, только размером чуть больше хоккейной коробки. Три вечера было потрачено на разглаживание и разметку. Выкопали по периметру небольшую канавку и засыпали ее желтым песочком, таким же образом провели среднюю линию. Заморачиваться с разметкой всяких штрафных площадок не стал; во первых, не являясь ни болельщиком ни футболистом, об игре имел самые общие представления; во вторых в детстве мы играли без всяких разметок и ничего азарта и удовольствия от игры было вполне достаточно. Ворота, правда, сделали: вкопали четыре столбика а сверху привязали перекладины. При этом деревенские мальчишки поразили меня тем, что уяснив что нужно изготовить, сделали все бес подсказок и вполне основательно. Конечно, ворота получились кривоватые и немного разные, но это уже не имело никакого значения.
На эскизике я палочками обозначил футболистов и пояснил:
— Вы бегаете толпой за мячом, а поскольку Платошка играет лучше любого из вас, да и бегает быстрее, то отобрав мяч, он вырывается вперед, и вы его всей толпой догнать не можете, а уж забить гол Матоне, когда никто не мешает для него плевое дело. — Свои слова, подражая геройскому комдиву, я иллюстрировал, двигая палочки по нарисованному полю. Архипка, разглядывая мои построения, спросил:
— И че теперь делать?
— А делать надо вот что. Ты играешь в общем не хуже Платошки, тебе и надо быть центральным нападающим. — Я положил одну палочку по центру, по краям еще две палочки. Ближе к воротам и к центру еще две, и возле самых ворот еще две. В ворота торчком поставил еще одну палочку:
— Вот смотри: это — я указал на палочку в воротах — Матоня — вратарь. А эти двое защитники — они всегда находятся ближе всех от своих ворот, за среднюю линию не бегают и мешают прорвавшимся противникам забить гол. Вот это — полузащитники они при необходимости помогают защитникам, когда атакуют ваши ворота или помогают нападающим, когда атакуете вы. Эти трое — нападающие. Ты получаешь мяч и ведешь его к воротам. Мшанские толпой нападают на тебя. Ты не дожидаясь, когда мяч у тебя отберут, пасуешь его, скажем, Антохе на левый край, а сам бежишь сюда. Антоха, когда Платошка, со своими, побежит к нему передает мяч тебе, ты ведешь мяч вперед и в свою очередь пасуешь его Кольке на правый край. Так пасуя мяч друг другу вы добегаете до ворот и забиваете гол. Вы даже не вспотеете, а мшанские языки повысовывают бегая от Антохи до Кольки. Полузащитники вас страхуют, подхватывая мяч, если у вас его отобьют. — Все свои рассуждения я иллюстрировал, двигая своих футболистов по полю.
— Здорово! — восхитился впечатленный Архипка, но поразмыслив сказал:
— Не! Не получится.
— Да почему не получится?
— Пацаны не согласятся. Каждому хочется самому забивать голы, а тут двое вообще за среднюю линию не заходят.
Под этим углом я проблему не рассматривал. Блин! Вот так и рушатся грандиозные планы, не учитывающие интересы исполнителей. А что нужно пацанам от игры? Победить? Не без этого конечно. Но в данном случае девиз: «Главное не победа, а участие» это как раз про них, про сосновских пацанов. Они явно за всякую движуху, которая позволит им отвлечься от скучной и суровой деревенской действительности, побегать и поорать в охотку.
— Ну и какие проблемы? Меняйтесь друг с другом. Можно даже в ходе игры. Договоритесь только заранее.
— Ага! — ожил Архипка. — Так согласятся.
— Только вы потренируйтесь завтра и послезавтра, а потом в субботу вызовите мшанских поиграть.
В субботу сенсации в виде разгромного счета не случилось, но команда Архипки выиграла и выиграла довольно уверенно. Что меня удивило так это возросшее количество зрителей, которые вели себя почти как настоящие болельщики: то есть орали, свистели, размахивали руками, были недовольны судьей, но пока «Судью на мыло» не вопили, не доросли еще. Если так и дальше пойдет, то из судей надо сваливать. А то подтянутся более взрослые болельщики и будет мне кисло. «А ты Митьку научи судить, пусть его попробуют отлупить» — прорезался в голове Ленькин голос. Точно! Надо Митьке предложить судействовать — тогда количеств желающих разобраться с судьей резко уменьшится, а то и вовсе сойдет на нет. Одно дело дать пинка хлипковатому Немтырю и совсем другое дело налететь на уменьшенную копию деда Щербака, который ежедневно машет не легонькой кувалдой, помогая дядьке и отцу в кузне. «Дельное предложение» — мысленно проговариваю — «А ты что в последнее время тихаришься то». «Учусь».
 
А ведь и правда учится. Это он подсказал, как измерять время игры. Пока я мучился, пытаясь сгондобить некое подобие солнечных часов, Ленька, заметив, как льется вода из рассохшейся бочки, предложил проколупать в одном из поливочных ведер маленькую дырочку и посмотреть, как быстро будет выливаться вода. Так и сделали. Получили оригинальные водяные часы, воды в которых хватало минут на двадцать. Следить за ними поручили младшему брату Платошки, восьмилетнему Фильке, который отнесся к делу со всей серьезностью. Получив в руки второй свисток, он звонко подавал команду на начало игры и вынимал затычку, приводя в действие свой хронометр. Если по какой либо причине я игру останавливал, то Филька, вставив затычку на место, останавливал часы. А конец первого тайма или конец игры он отмечал длинной чуть ли не минутной трелью. Так, что судейство у нас было почти на мировом уровне.
Митька судействовать согласился. Я объяснил ему правила игры и даже дал памятку, где на нарисованном футбольном поле карандашом отметил все моменты остановки игры, и особенно те нарушения, за которые назначался девятишаговый штрафной. Девять шагов я выбрал, прежде всего, из-за мяча. Согласитесь, что мяч набитый соломой это не совсем то, что нужно для игры в футбол. Кроме того, двенадцати или тринадцатилетние ребятишки далеко не звезды бразильского футбола, да поле у нас чуть ли не вдвое меньше стандартного.
Митька, на следующей игре побегав со мной первый тайм, во втором тайме уже во всю свистел и даже правильно назначил девятишаговый в ворота Платошкиной команды за игру рукой возле своих ворот. И что характерно, никто не возмутился, и спорить с судьей не стал.
Я же, передав дальнейшее развитие деревенского футбола в надежные руки молотобойца Митьки, взялся за строительство спортивного городка. Под это дело выпросил у деда часть огорода, вкопали с Архипкой два столба под турник. Из старого мешка и соломы сделали боксерскую грушу. Из досок, которые мы с Архипкой напилили, я соорудил уголок для метания ножей. На двух метровый глухой заборчик навесил несколько мишеней из кругов, нарезанных из бревен. Ножи, естественно, отковал Митька. Правда особой нужды в метании ножей не было, но мне с другом нравилось это занятие.
Теперь наше с Архипкой утро начинается с разминки, потом турник, подтягиваемся пока раз по десять, молотим грушу минуты две за один подход и минут десять-пятнадцать в общей сложности; грушу дубасим в рукавицах. С полчаса кидаем ножи. Пока не слишком успешно; втыкаются только три из пяти, но как говорится «терпение и труд все перетрут» и мы не теряем надежды. Потом несколько минут стреляем из арбалетов метров с двадцати. Вот здесь прогресс на лицо: все болты попадают в круг диаметром сантиметров пятнадцать. Потом снова турник с грушей, то есть пока один лупит грушу, другой болтается на турнике и наоборот. Завершаем все пробежкой до речки, ныряем в холодную уже воду и не спеша трусим домой. А днем пилим дрова и пилим доски. В таком режиме мы живем уже месяца полтора. Сначала было тяжеловато, но потом втянулись и даже пока не знаю чем эти упражнения заменить зимой, до которой осталось чуть меньше месяца.