Тяжесть измены (СИ)

Алексей медленно выдохнул. Он всё ещё не хотел её отпускать, но знал, что Сергей прав. Он встретился взглядом с Ириной, и она чуть кивнула — не потому, что ей было спокойно, а потому, что понимала: ему нужно идти.
— Я скоро, — пообещал он, нехотя разжимая руки, чувствуя, как её тепло медленно ускользает.
Ирина не ответила, но её пальцы на мгновение сжались на его запястье, прежде чем она убрала руку.
  
Квартира Сергея была просторной. Современный комплекс, панорамные окна, высокие потолки — отсюда открывался вид на город, залитый мягким дневным светом.
Гостиную и кухню разделяла только барная стойка. Всё пространство представляло собой единое открытое помещение, где каждая деталь была продумана до мелочей. Функциональный минимализм. Тёплые оттенки дерева, мягкий свет от встроенных светильников, в углу — широкий диван, на котором могла разместиться целая компания. Большая терраса с панорамными окнами и выходом на улицу делала пространство ещё более открытым.
Спальня была всего одна, но в отличие от остальной квартиры, здесь можно было закрыть дверь — единственное место, где ещё оставалось личное пространство.
Потому что теперь у Сергея был сосед.
В углу гостиной разместилась настоящая штаб-квартира — три монитора, мощный компьютер, провода, разбросанные повсюду, и парень в наушниках, сосредоточенно следивший за какими-то данными на экране.
— Андрей из Нижнего, — коротко пояснил Сергей, заметив, что Ирина смотрит в его сторону. — Приехал летом со мной в Москву, да так и остался.
Андрей обернулся, снял наушники и коротко кивнул, поздоровавшись, прежде чем снова погрузиться в работу.
— Устроил тут себе целый центр управления, — добавил Сергей, проходя мимо и хлопнув Андрея по плечу. — Компьютеры я ему натаскал с фирмы Алексея, а этот… как он там называется?
— Процессор и видеокарта, — не оборачиваясь, ответил Андрей, не отрываясь от мониторов.
— Вот-вот, процессор у него свой, конечно, — хмыкнул Сергей.
Ирина опустилась на диван, чувствуя, как остаточное напряжение от происходящего медленно сжимает грудь.
— Здесь безопасно, — сказал Сергей, наливая и подавая ей стакан воды. — Расслабься.
Она не ответила, пила мелкими глотками воду и просто смотрела на панораму города за окном.
Сергей прошёл на кухню, включил чайник и, прислонившись к барной стойке, задумчиво потер переносицу.
— А над чем он работает? — тихо спросила Ирина, проходя на кухню и кивая в сторону Андрея.
— Садись, расскажу, — сказал он, выдвигая для неё барный стул.
Ирина села, сложив руки в замок, но напряжение в плечах не отпускало. Всё ещё было трудно поверить, что несколько часов назад она сидела в полицейском участке, глядя на фальшивые улики перед собой.
Сергей молча достал две кружки, засыпал в них чай, залил кипятком. Густой травяной аромат быстро наполнил кухню, и от этого стало чуть легче.
— Ты же знаешь, что Мария жаловалась на бывшего?
— В общих чертах. Она говорила Софии, что он её преследовал.
— Не только Софии. Она прислала мне его сообщения.
Ирина удивлённо подняла брови.
— Тебе?
Сергей опустился на соседний стул.
— Да. Прошлой весной, Мария написала мне, что бывший снова выходил на связь. Прислала сообщения, мейлы, скриншоты, аудиозаписи. По её словам, он буквально её преследовал.
— И ты поверил?
Сергей задумчиво качнул головой.
— Тогда — да. Он реально выглядел помешанным. Писал ей угрозы, что она «разрушила ему жизнь», что «она за всё заплатит», что «её жизнь принадлежит ему». Казалось, будто у него реально поехала крыша.
— Вот я и поехал в Нижний к Андрею. Если уж кто и способен провести экспертизу и найти адрес и отправителя, то это он. Он-то первым и заподозрил, что что-то тут не так.
Он взглянул на Андрея, который по-прежнему сидел за своими мониторами, сосредоточенно работая.
— Андрей написал скрипт, который собирал и анализировал сетевые логи. Это только кажется, что всё просто — на деле пришлось перелопатить кучу данных. Все сообщения отправлялись через VPN, использовались фейковые учётки, а IP-адреса постоянно менялись. Всё было сделано так, чтобы запутать следы и не оставить прямой привязки к отправителю. В итоге его скрипт анализировал историю входов: откуда, в какое время и с какими промежутками заходили в почту. А потом сделал контрольную проверку — нашёл момент, когда VPN сбойнули и система зафиксировала реальный IP.
— И?
Сергей усмехнулся.
— Мы думали, что выйдем на Николая, а оказалось… что «бывший» пишет ей из той же квартиры, где живёт Мария.
— То есть…
— То есть либо все эти сообщения она писала сама, либо они всё это время жили вместе и прекрасно себя чувствовали. А нам вешали лапшу на уши. И вся эта история про жуткого преследователя, угрозы, страх… Чистый спектакль.
Ирина закрыла глаза.
— Господи…
— Если бы Андрей тогда не додумался проверить источник, я бы до сих пор верил, что этот неведомый «бывший» реально её преследовал. А она — несчастная забитая жертва.
— И что было дальше?
Сергей сделал ещё глоток чая.
— Дальше случился Питер.
Он не уточнил, но и не нужно было.
Ирина сжала пальцы на чашке, глядя в одну точку.
Они помолчали.
— Я как раз возвращался из Нижнего когда Алексей позвонил и рассказал, что у вас случилось. Вот тогда-то мы и подключили детективное агентство. Уже тогда понимали, что всё это тянет на серьёзную подставу. Алексей связался с инвесторами…
— Подожди… — перебила его Ирина. — Он что отказался от Питерского проекта?
— Он объяснил ситуацию, сказал, что речь идёт о его семье и что он не сможет продолжать в прежнем темпе. Предложил передать проект и наработки другому бюро, но один из ведущих инвесторов, Сергей Викторович Лебедев, выслушал его, обсудил с партнёрами и предложил заморозить проект на полгода.
— Серьёзно? Они так просто отложили проект?
— Им нужен Алексей, — пожал плечами Сергей. — Они видят в нём перспективного партнёра и не хотят терять. Когда поняли, что ситуация непростая, без лишних деталей, конечно, просто предложили помощь и посоветовали московское детективное агентство «Щит».
— И что дальше?
— Алексей связался с Дмитрием Андреевичем Орловым, это их глава. Тот отправил к нам своего лучшего сотрудника — Артёма Соловьёва. Вот он-то и нашёл… бабку Марии.
Ирина нахмурилась.
— Какую бабку?
Сергей усмехнулся.
— Ту, которая, по её словам, была жуткой воспитательницей детдома и гнобила её всю жизнь.
— Подожди… ты хочешь сказать, что она…
— Да. Елизавета Петровна оказалась вовсе не воспитательницей, а Мария воспитывалась вовсе не в детдоме. Елизавета Петровна её бабушка. Учительница. Бывшая директриса школы.
Ирина медленно поставила чашку.
— Но зачем ей было врать?
— Потому что реальная история совсем другая, — спокойно сказал Сергей. — Артём поехал к бабке, разговорил её, и выяснил… что родители Маши живы.
— Что?
— Да, живы и вполне благополучны. Они давно развелись, живут за границей. У каждого своя семья, — Сергей слегка покачал головой. — Бабка не скрывала этого. Наоборот, она говорила об этом спокойно и удивлялась, что кто-то считает иначе.
Ирина пыталась переварить информацию.
— Но… подожди. Она сама говорила Софи, что её родители погибли в автомобильной аварии за границей, когда она была ещё ребёнком.
— Говорила. Но на деле всё было не так. Отец хотел, чтобы они с Машей поддерживали связь. Звал её в гости, приглашал переехать. Хотел, чтобы она познакомилась с его новой семьёй.
— И что?
— Она отказалась. Как раз поступила в университет. А бабке сказала что-то вроде: «На кой мне отцовский спиногрыз».
  
— Спиногрыз… — тихо повторила Ирина, морщась.
— А мать?
— Мать моталась по Европе устраивая личную жизнь. А потом просто исчезла из её жизни.
Ирина провела ладонями по лицу.
— Хорошо. Допустим, родители от неё отвернулись. Но бабка?