В отражении глаз цвета неба (СИ)

Женя так и ушел с расстёгнутым ремнем, а мне осталось, только улыбаясь обнять подушку и уснуть.
Уже во сне я почувствовала, как Женя лег рядом, притянул меня к себе за талию, уткнулся носом в шею и мирно засопел.
Посреди ночи мы проснулись и вовсе не от вспыхнувшей страсти, а от жуткого стука в дверь.
Женя выскочил из кровати, надел валяющиеся на полу джинсы и распахнул дверь. Я в это время скрылась за дверью в ванную комнату. Если это Маша – я пропала.
- Оля, ты с ума сошла? Дверь чуть не вынесла. Что случилось? – говорит Женя, смотря на перепуганную прислугу.
- Евгений Борисович, нас ограбили.
- Оля, этого не может быть. По периметру дома установлена сигнализация.
- Я все понимаю, но в шкафу нет тех кастрюль…. которые вы просили убрать подальше – последние слова она произносит шепотом.
- Пошли. Посмотрим.
Женя с Ольгой спешно покидают комнату, и я выхожу из своего укрытия. Сначала хотела подождать Женю в спальне, но не вытерпела. Уж слишком сильно я нервничала. Я спустилась на вниз.
На кухне был погром. Из шкафов вытащена вся кухонная утварь. На полу не было места, даже чтобы сделать один шаг.
- Что происходит? – спрашиваю я.
Ольга тушуется, опускает глаза. Боится сболтнуть лишнее при хозяине.
- Пропали кастрюли – поясняет Женя, перекладывая посуду с места на место.
- Кастрюли? А они, что из золота? – пошутила я.
- Почти – совершенно серьезно говорит Женя – в них лежала наличка. Много налички. Так что считай, что они золотые.
- Кто хранит деньги в кастрюлях? – не унимаюсь я, в голове просто не укладывается информация о деньгах в кастрюлях.
- Тот, у кого не однократно пытались вскрыть сейф.
- Многие хранят деньги в плите или в холодильнике – тихо говорит Ольга.
- И кто кроме тебя и Ольги знал об этом? – задаю совершенно уместный вопрос. После которого, в комнате воцарилось молчание. Гнетущую тишину нарушил голос мужчины.
- Моя благоверная супруга - он закрыл глаза на несколько секунд - Неужели она объявилась в городе.
Евгений
- Я вам плачу деньги не за предположения, а за точную информацию – я рычал в трубку сотового, разговаривая с владельцем сыскного агентства.
- Евгений Борисович, вашу жену мы так и не нашли ни в одном городе нашей страны, но при этом знаем точно, что за границу она не выезжала.
- Откуда такие предположения, если вы не знаете, где она сейчас. Она вполне могла выехать из страны по поддельным документам, и по ним же заехать в этот город.
- Но мы отслеживаем, не только документы, но и ее внешность. Ежедневно просматриваем камеры наружного наблюдения всех аэропортов, вокзалов.
- А мне кажется, что вы нихрена не делаете – бросаю трубку на стол, с такой силой, что аппарат разлетается по запчастям – Ира, Ира, Ира, где же ты? Как смогла пробраться в дом, и остаться не замеченной?
- Евгений Борисович, можно? - в дверях застыл начальник моей службы безопасности.
- Входи, Игнат – мужчина – шкаф проходит и присаживается напротив меня – Объясни мне, как это произошло?
- Камеры слежения были отключены на двадцать минут с двадцати трех часов сорока минут до полуночи. Отключили их извне, хакнув программное обеспечение. Я связался с фирмой, которая обслуживает все это, выяснил, что при любой сбое программ, в их офис на центральный пульт должен прийти сигнал, который специалисты обрабатывают мгновенно. В данной ситуации, информация об отключении камер не вышла на центральный пульт. Сигнал просто пропал в пути. Действовал профессионал.
- Понятно, что не студент любитель. Его реально найти?
- Нет. Только если она сам не решит себя обозначить.
- Черт! Получается, что я и моя семья, как на ладони. И где гарантии, что завтрашней ночью подобное не повторится, но уже вместо денег им захочется, украсть у меня дочь или убить меня – от подобных мыслей мозг просто взрывался.
- Ты же прекрасно понимаешь, что все, что связано с электроникой это непредсказуемо и опасно. Если нашелся гений, который разработал супер замок, то и найдется умник, который придумает, как его открыть.
 
- Что ты предлагаешь?
- Усилить охрану по периметру дома. Знаю, ты не любишь, когда люди мельтешат перед твоими глазами, но придется потерпеть. И установить самую простую сигнализацию, без современных примочек и программ, которые можно взломать. Как говорится «ВКЛ» и «ВЫКЛ».
- Делай, все, что считаешь нужным.
Игнат удаляется, я сижу в кресле своего кабинета, снова и снова прокручивая в голове каждое мгновение этих двадцати минут. Если бы кто – то зашел на кухню в этот момент? Ольга или Аня? Даже страшно думать, что я мог потерять ее сегодня. Уже давно рассвело, а я так и не спал ночью, да и не усну. Не смогу закрыть глаза, зная, что моим девочкам угрожает опасность.
Может переехать в другой дом?
  
Глава 29
 
Анна
Я знала, что Женя не придет ночевать, я его и не ждала, но все равно легла в нашей постели. Долго не могла найти себе место, то подушку взобью, то одеяло переверну, то встану в окно погляжу и снова в кровать. Очень хотелось спуститься к Жене и просто молча посидеть в кресле. Чтобы знал, что я рядом. Но я этого не сделала, потому что была бы там лишней. К нему в кабинет постоянно приходят мужчины, они пытаются разрешить сложившуюся ситуацию. Женщине не место в мужских разговорах. К тому же эти разговоры касаются его жены. Ирина всех поставила на уши тем, что обворовала собственного мужа.
Долежав без сна до шести утра, я все же решила встать. Быстренько приняла душ и когда вышла из ванной комнаты в одном халате, меня ждал сюрприз. На постели свернувшись калачиком, лежала Машенька. Она даже не предала значения тому, что я нахожусь в спальне ее отца, взгляд у нее был потерянный и пустой. Глазки красные и осоловелые.
Я подошла к девочке, и взяла ее за руку. Ладошка у ребенка была очень горячей. Я машинально прижалась губами к ее лбу и ужаснулась. У Маши жар. Как так? Еще вчера мы лежали вместе на диване, и с ней все было хорошо.
- Солнышко, у тебя что – то болит? – я убрала непослушную прядь за ушко и погладила девочку по голове.
В ответ она лишь только кивнула.
- Горло?
- Да – тихо ответила она.
Понятно. Воспаленное горло всегда дает высокую температуру.
- Я схожу за градусником, хорошо? – я привстаю с кровати, но Маша не отпускает мою руку – Милая, я вернусь очень быстро. Без градусника нам никак не обойтись.
- Не уходи – начинает хныкать больной ребенок.
- Давай я папу позову. А пока он с тобой посидит, я сделаю тебе чай с малиной.
- Угу – она разжимает маленькие пальчики с моего запястья. И несусь по лестнице вниз.
- Жень, я могу войти? – я уже стою в дверном проеме его кабинета.
- Конечно, тебе не нужно спрашивать – он старается улыбнуться мне, только натянутая улыбка совершенно не естественная.
- Жень, у Маши температура.
- Где она? – он уже бежит на второй этаж.
- В нашей комнате - и я кричу ему в след.
Поворачиваюсь в сторону кухни и вижу Ольгу, она стоит у дверей и смотрит на меня как – то странно. Тут я понимаю, что сболтнула лишнего, и не просто тихо проболталась, а прокричала на весь дом. В нашей комнате. А ведь могла крикнуть в твоей спальне. Вот ненормальная. Чувствую, как щеки начинают багроветь. И почему мне стыдно за эту фразу? Наверно потому, что мой статус в этом доме даже мне не понятен. Сначала пленница, затем гостья, потом тетя, теперь любимая женщина. Именно любимая женщина, не хочу называть себя любовницей. Я себя ей не ощущаю.
 
- Анют, что случилось? – спрашивает Ольга, смотря на меня уже совсем иначе, как раньше с теплотой и заботой.
- Оля, мне нужен градусник и жаропонижающее. Детское.
Через пять минут со всем необходимым я вернулась в спальню. Женя сидел рядом с дочерью, держал ее за руку, и читал сказки. Малышка едва поднимала веки от слабости, а губы были пересохшими от высокой температуры. Так и хотелось смочить их водой или намазать жирной гигиенической помадой.