Капитан (СИ)

— Спасибо за столь лестную оценку. Так и планирую сделать. Еще одно направление исследований — разработка реактивного и турбовинтового двигателей. Возможности поршневых моторов практически исчерпаны, а кораблям нужны скорость и маневр.
— В значительной степени исследования по этим направлениям ограничиваются технологическими причинами и значительно большей экономичностью.
— Уверен, они решаемы, пусть и не быстро. Зато в части тяговооруженности они будут абсолютно вне конкуренции. А реактивные можно вообще размещать внутри корпуса и надежно бронировать, существенно повышая их защищенность и живучесть в бою. Вам не надо пояснять, какую уязвимость сегодня создает кораблям внешнее, на крыльях-консолях расположение самих моторов и лопастей импеллеров. Поэтому их выбивают первыми!
— С этим спорить никто не станет. Но задача явно вам одному, Колычев, не под силу, — опять счел нужным оппонировать молодому дарованию Колчак. — Не факт, что даже всех ресурсов ОЗК хватит на полноценный прорыв хотя бы в одном реактивном двигателестроении.
— Согласен, нужно объединять ресурсы всех заинтересованных сторон. К слову, вот и еще одна задача для реактивщиков. Артиллерийское вооружение откровенно устаревает. Ему на смену должны прийти ракеты. Для начала неуправляемые, твердотопливные на пороховых зарядах, а затем, быть может лет через десять, и самонаводящиеся, управляемые, способные изменять траекторию движения и развивать скорости в несколько Махов.
— Хотелось бы более подробно остановиться на этом вопросе, — веско не то обозначил, не то просто вежливо приказал Колчак.
— Извольте. На первых порах можно обойтись и без самонаведения ракеты. Выставили корабль носом на цель и произвели пуск. При наличии развитой «сферы» у одаренного капитана это будет достаточно эффективно. Особенно, если произвести групповой залп сразу по нескольким точкам выше-ниже. Корабли маломаневренны по горизонту, зато очень подвижны по высоте, и тут их можно подловить.
Перспективные системы самонаведения следует делать инфракрасными. Полупроводниковые фотодатчики, пусть даже и дорогие, но явно не дороже воздушного корабля. Насколько мне известно, они уже есть в каком-то виде. Лосев создал кристадин и даже не стал его патентовать еще в двадцатых годах.
Думаю, что наведение именно на двигатели наиболее рационально — эффективность удара именно ракетой по бронекорпусу сомнительна. Куда логичней подвести ракету к движкам, подорвать и посечь осколками винты, тем самым обездвижив левиафана. Допускаю, что по бронированной цели артиллерия главного калибра будет работать эффективнее ракет калибром до трехсот миллиметров, как правило, все они осколочные.
— Что ж, приятно услышать, что и классической ствольной артиллерии вы не отказываете в полезности, — не преминул вставить свое замечание Колчак. 
Март слегка пожал плечами.
— К слову, можно двигаться и в этом направлении, создавая активно-реактивные и даже управляемые снаряды для орудий ГК. Но все же именно ракеты станут основным видом оружия в следующие десятилетия. Вернемся к ракетам.
Тепло как источник наведения. Следует учесть, что корабль — не аэроплан-истребитель. Заложить вираж не сможет. Значит, подвергшемуся атаке борту остается только отстреливать тепловые ловушки. В этой теме одна проблема — создание триодов достаточно высокого качества и малого размера. Хотя, для начала и на лампах можно. Если уже есть такие субминиатюрные стержневые радиолампы — отлично. Если еще нет, надо разработать. Как вариант — артефактные.
— Решение, конечно, интересное, я бы даже сказал, изящное, вот только чувствительность к внешним электромагнитным полям — ложка дегтя в вашу бочку меда, — заметил Сикорский, увлеченно слушавший Марта.
— Гарантирую, это будет работать. Разместим на борту в экранированных боксах. Да, КУ[3] у них небольшой, но зато можно поставить в каскад хоть пять штук, и места потребуют, как пачка папирос, даже с учётом индивидуального экранирования. В любом случае, такие разработки займут довольно много времени. Поэтому начинать можно с наведения на звук работающих моторов. Очень просто — три микрофона, каждый подаёт усиливаемый управляющий сигнал на два противостоящих ему стабилизатора «Y-образного» оперения. Стабилизаторы — «прямо», если ракета или аэроторпеда направлена на источник звука.
 
Защита от них разве что имитаторами. Или временным выключением двигателей и переводом винтов в малошумный режим. Но упадёт тяга — и корабль станет много более уязвим к обычному артиллерийскому и пулемётному огню.
— А как отфильтровать звук двигателей цели от остальных? — теперь уже задал вопрос и Колчак.
— Зачем?! Какие там, поблизости, могут быть близкие по громкости источники? Ну, разве что — имитаторы запускать, но они не слишком-то по стоимости и размерам отличаются от ракет!
— Например, двигатели корабля, выпустившего ракету.
— Микрофоны должны быть направлены не строго в стороны, а вперёд и в стороны. Или режим самонаведения включается не сразу, а на второй половине дистанции. Или пуск производится после уверенного захвата цели всеми тремя микрофонами при грубом наведении на цель в ручном режиме... Ну и можно заложить элементы артефактные в систему, они не дадут ракете изменить цель.
— Акустическое наведение распространено на море, потому что под водой лучше всего распространяется звук, а не свет или радиоволны. В воздухе же звук сильнее рассеивается и затухает, ввиду более разряжённой среды, — глубокомысленно изрек Колчак. — Так что если и браться за дело, то скорее логичнее делать ставку на инфракрасную систему.
— Да, тоже думаю, что звуковое наведение не панацея. Именно как первый этап. Еще можно по тонким лескам-проводам управлять. Эта схема годится на коротких дистанциях, зато и времени отреагировать у противника почти не будет. Заряжаем истребитель. Пилот и штурман — он же оператор ракет. Можно на борт две-три установить и — в бой.
— Звучит здраво и вполне реально, — гроссы переглянулись и почти синхронно качнули головами, изобразив согласие.
— Что же до перспективности ИК-самонаведения, то есть одна тонкость. Оно потребует охлаждения головки жидким азотом. Причём охлаждать надо ещё на этапе прицеливания, то есть объём жидкого азота будет истрачен вне зависимости от успешности наведения и даже от самого факта выстрела! На ракетном корабле понадобится компрессор, могущий сжижать азот. И на аэродроме. А вот микрофоны, ламповые усилители звука — работать будут, и стоят не слишком много. Проводная система — тем более.
Пожалуй, главное — это наращивание дальности. Прямой выстрел неуправляемым боеприпасом ограничен скоростью маневрирования цели. Так что это оружие ближнего боя по факту. Проводная система — уже лучше, но все равно максимум несколько километров, акустическая — добьет на куда большие дистанции, можно говорить о десятках кэмэ. А вот ИК-ракета станет загоризонтной в перспективе. Обнаружили цель локаторами или через «сферу», нацелили и отправили. А там она, войдя в зону поражения и захватив цель, довернет сама. К слову, все то же самое относится и к средствам ПВО. Эффективность ее при перевооружении с артиллерийских систем на ракетные возрастет кратно.
— Что ж, выглядит как полноценная программа на десятки лет вперед. Работа в этом направлении уже ведется, пусть и не столь глобально. Вы, Мартемьян Андреевич, вполне можете в нее включиться, особенно, если получите профильное образование у лучших специалистов нашей страны.
— Да, вероятно так и надо будет поступить. Сейчас я в большей мере настроен на поиск уже действующих ученых, с которыми мы могли бы вести совместную работу.
— Помилуйте, а чем же вы их сможете привлечь?
— Наша компания располагает некоторыми средствами.
— Это очень важно и интересно. Как министр авиации, готов рассмотреть ваши проекты и, если вы убедите меня в их реализуемости, поддержать бюджетными ассигнованиями, а заодно и предоставить вам налоговые послабления.