Призраки Эхо (СИ)
— На руднике просто слишком много пациентов, и расстояния между участками немаленькие, — пытался успокоить сестру Ндиди, продолжая изображать неведение по поводу осведомленности домочадцев об истинных намерениях товарища. — Да и комбинат работает круглосуточно.
— Даже рудокопам нельзя находиться в забое больше двенадцати часов, — вымученно улыбалась Эйо, хотя брат прекрасно понимал, что волнуется она не о том.
Все-таки для человека, защищенного спецкостюмом, разовое пребывание в шахте дольше установленного срока несло меньший вред здоровью, нежели ежедневная, хотя и дозированная работа. К тому же большинство рудокопов, желая поддержать семьи, регулярно перерабатывали, поскольку за перевыполненную норму платили в полтора раза дороже.
Савитри невольно подумала о Пэгги и ее товарищах по несчастью. Они оставались на глубине круглосуточно. И хотя в груди ПГ-319 и без того стоял мини-реактор, испарения тяжелых металлов наносили вред даже ей. Впрочем, больше всего Савитри переживала, что «постоялец» Рукодельницы не вернется из своей опасной авантюры. А ведь в их отношениях с Эйо только наметился сдвиг.
— Ты вчера успела объясниться с ним? — спросила Савитри, едва за мужчинами закрылась дверь.
— Почти, — ответила Эйо смущенно, по десятому разу разглаживая несуществующие складки на постели Брендана.
Когда-то в другой жизни Савитри с таким же упоением прижимала к груди вещи, которые надевал Шатругна, или покрывала, на которых он лежал, если оставался на сиесту в ее дворце. Изображая заботливого жениха, он нередко проводил время рядом с ней, но не вместе, предпочитая ее обществу сон или работу. Сейчас Савитри так же самозабвенно убирала постель Ндиди, с горечью осознавая, что разделившая их стена куда прочнее кастовых предрассудков или надменного предубеждения. Впрочем, Ндиди на эту проблему смотрел иначе, полагая, что даже андроиды достойны счастья.
— Я, увы, не сумела твоих домашних надолго отвлечь, — виновато улыбнулась Савитри, вспоминая, как, раздав все заказы, они бесцельно блуждали по уровню, и Ндиди робко держал ее за руку, а Камо канючил, что хочет пройти до конца какую-то голографическую игру.
— Все в порядке, — с благодарностью глянула на подругу Эйо. — Вы вернулись как раз вовремя. Я так разволновалась, что едва все не испортила. А мне не хотелось бы его потерять.
Договорив последнюю фразу, Эйо застыла на месте, а потом задрожала всем телом, вкладывая в случайно сорвавшиеся с уст слова иной смысл. Савитри ее обняла, не ведая, как успокоить. Если бы она вместе с проклятым ключом сгинула на пустоши, сейчас бы никто не рисковал жизнью, и никого не держали бы взаперти на нижнем руднике.
Эйо смахнула слезу и принялась закидывать в бак кустарной стиральной машинки белье. Савитри стала ей помогать, с невольной улыбкой представляя выражение священного ужаса на лице пурохиты и придворных, если бы они случайно застали ее за таким занятием. Прачки относились к одной из варн грязных шудр.
Впрочем, жителей Содружества и окраинных миров жрецы и политики Альянса еще в годы первых контактов априори отнесли к неприкасаемым, сделав исключение лишь для потомков брахманов и кшатриев. А она уже неделю жила в семье Эйо и Ндиди, разделяя с ними еду и кров. С другой стороны, андроидам и вовсе не нашлось места ни в одной из варн. Они просто считались имуществом, занимая промежуточное положение между машинами и животными.
Ох, если бы новое тело дало ей шанс прожить жизнь так, как она хотела: без условностей кастового устройства и без презрения Шатругны, которое жгло, как клеймо, она бы согласилась навсегда остаться в этом городе на планете в системе черной звезды. Копошилась бы, как сейчас, по хозяйству, поджидая с работы любимого мужа, пряла бы шерсть, помогая Эйо создавать ее маленькие шедевры, радовалась возвращению с пустоши Пэгги. Ндиди сказал, что для ее толковой подруги точно нашлось бы место в ремонтной мастерской, но Савитри слишком хорошо знала беспокойный нрав ПГ-319, которой, даже когда у них хватало запчастей и аккумуляторов, на месте не сиделось.
Но Пэгги отправили на нижний рудник, а жизнь самой Савитри зависела только от расторопности службы безопасности и степени попустительства папаши Хайнца. Формально принцесса Сансары считалась его собственностью, и сумма, которую он назначил Ндиди и Брендану в качестве выкупа, могла в любой момент возрасти и стать просто неподъемной. Да и каждый выход на арену мог закончиться для отважных паладинов фатально. Ндиди сколько угодно мог прятать синяки, они с Эйо принимали игру, вздыхая с облегчением, что на этот раз он отделался сравнительно легко. А нынешняя экспедиция Брендана и вовсе выглядела самоубийством. К тому же Савитри вслед за Эйо беспокоилась за маленького Камо, которого в любой момент могли разлучить с матерью.
— И после всего случившегося ты не просто привязана к нему, но видишь в нем смысл своей жизни?
Узнав обстоятельства, предшествовавшие появлению на свет малыша, Савитри не сумела скрыть удивление. Даже на патриархальной Сансаре женщины в таких случаях старались избавиться от плода, и никто их за это не осуждал.
— В первые недели и мне, и моим близким было немного не до того, — с трудом подбирая слова, проговорила Эйо. — Родители боялись, что меня потеряют, поскольку я совсем не хотела жить. А потом, когда врачи завели речь о моей беременности и о возможности ее, пока не поздно, прервать, я увидела маленькое беззащитное существо, часть меня самой. Я решила, что не имею права поступать с ним еще хуже, чем поступили со мной, и двойная ответственность помогла мне выкарабкаться и вновь обрести волю к жизни.
Наблюдая за тем, как Эйо, покончив со стиркой, учит с Камо начальные правила грамматики и арифметики, Савитри с грустью думала о том, что за все три жизни ей так и не довелось изведать радости продолжения рода. А ведь даже фертильных по природе андроидов аристократы Альянса нередко использовали в качестве суррогатных матерей. Савитри вспоминала, как возмущалась этим обстоятельством свободолюбивая Пэгги. При том, что работой в борделе она поначалу не особо тяготилась и во время службы в спецподразделениях Альянса не считала зазорным оказывать интимные услуги товарищам, помогая им снять напряжение и поддерживая боевой дух.
Савитри много раз думала о том, что если бы Шатругна еще при жизни в человеческом теле позволил ей родить ребенка, то, возможно, она осталась бы жива, а династия получила наследника. Впрочем, сейчас андроид Савитри с радостью стала бы матерью ребенка Ндиди. Брендан утверждал, что не так уж сложно создать жизнеспособный эмбрион, соединив их ДНК, и она не имела оснований сомневаться в его словах.
Мысль о Брендане вновь пробудила погребенный под спутанной пряжей разговоров и размышлений липкий, привязчивый страх. Если бы ему удалось освободить хотя бы Пэгги, Савитри чувствовала бы себя куда более защищенной. Впрочем, о чем она сейчас думала? Хоть бы этот непоседа Гип сам остался жив и не угодил на рудник.
Когда белье высохло, Савитри взялась за глажку, давая возможность Эйо закончить работу над двумя новыми палантинами и нарядным шерстяным свитером.
Хотя в каютах разбившихся кораблей охотники находили немало одежды, полностью удовлетворить нужды города эти жалкие крохи не могли. Черная звезда ведь притягивала не только круизные лайнеры. К тому же вечерний и пляжный гардероб почти не имел актуальности даже на верхних уровнях. Та же Кристин, покрасовавшись перед отцом и любимым в нарядах махарани, переоделась в более функциональный комбез. А легкую промышленность в городе почти не развивали. Да и для производства натурального волокна не хватало ресурсов.
Конечно, вещи, которые делала Эйо, оставались штучным товаром, но она вкладывала в работу душу, и ее творения согревали не только теплом шерстяного волокна или птичьего пуха, но и ощущением иллюзорного уюта и напоминанием о большом мире, который видели далеко не все жители города, но о котором неизменно мечтали. Неужели Шатругна настолько ожесточился, что готов разрушить даже эту почти несбыточную мечту?