Реконкиста (СИ)

Ничего из перечисленного Сандро не радовало. Первые дни он, и впрямь, ощущал себя никчёмным больным стариком. Но время лечит, как известно. Прошли июнь, июль, август, Совет Федерации провёл выборы, Генрих Клейн обустроился в кресле Верховного Сумматора, Коршунова пробила свою Реконкисту, Асель во главе авангарда отправилась на Медею, а Лорд всё не мог понять: как такое случилось, как он оказался в этом месте? Прежде и мысли не допускал, что закончит жизнь в подобном заведении. Да что там «закончит»! Он был одним из самых молодых пациентов геронтологического санатория. Даже неловко как-то. Словно внезапно снова оказался мальчишкой-стажёром среди умудрённых годами и опытом ветеранов.
Как бы то ни было, от возможности посетить Москву, хоть на час сменить обстановку, отказываться Лорд не собирался. Доктор Ильясов попытался было убедить вице-секретаря Контакт-Центра Апанду Нтомби провести награждение прямо в санатории, но та категорично заявила, что это неприемлемо. Сандро буквально ощущал, как нестерпимо хочется главврачу запретить поездку, как в голове его роятся способы «не пущать» — один нелепей другого. В конце концов Керим-оглы решительно потребовал, чтобы в Москву пациента сопровождала сестра Клементина. Лорд заикнулся было, что способен самостоятельно дойти от корпуса до ТЛП-кабины за главными воротами санатория, и уж тем более — выйти из другой кабины в фойе московского офиса. Попытка была задушена на корню.
Подниматься по лестнице в три сотни ступенек ему не позволили, сестра Клементина припарковала автограв прямо на площадке перед корпусом. Лорд сконфуженно забрался в него, ощущая затылком сочувственные взгляды стариков: «Совсем плох бывший Сумматор», — поди, думают. В самом деле инвалидом себя почувствуешь. Хорошо хоть Клементина не додумалась под ручку взять, чтобы помочь из машины выбраться. Зато адрес места назначения вводила самолично — вдруг у пациента склероз? Или того хуже, маразм. Имени Гакова-Миллера.
В фойе офисе их ждал сотрудник Контакт-Центра — среднего роста и возраста мужчина с заметным брюшком и залысинами. Лицо его показалось Лорду знакомым.
— Добрый день, шеф! — поздоровался встречавший.
Приветствие подтвердило: кто-то из старых сотрудников Кей-Кей. Но имя Сандро вспомнить не мог, хоть убей. Неужто-таки подхватил старческий склероз от соседей по санаторию?!
Мужчина повёл их к вице-секретарю Контакт-Центра, хоть планировку офиса Лорд знал прекрасно. Порадовало, что сидеть в приёмной его не заставили, сразу провели в гостеприимно распахнувшуюся дверь кабинета. А вот Клементину попросили подождать, что тоже вызвало злорадное удовлетворение.
Сандро подозревал, что в кабинете вице-секретаря его поджидает всё руководство Контакт-Центра, большую часть которого он помнил юными стажёрами. Начнут приторно улыбаться, поздравлять, пожимать руку. Справляться о здоровье и желать долгих лет жизни — как без этого! Может, кто-то сдуру и посочувствует приключившемуся с ним несчастью. Или того хуже: в кабинете Нтомби лишь поздоровается, а потом поведёт в зал для торжественных мероприятий, куда по такому случаю собрали сотню-другую ветеранов Контакт-Центра и Кей-Кей. Его выведут на сцену, начнутся долгие речи… тьфу ты!
Он выдохнул облегчённо, когда ни первого, ни второго не случилось. Вице-секретарь вскочила со стула, едва он вошёл, поздоровалась с какой-то натянутой улыбкой. Затем пошарила у себя в столе, извлекла бархатную коробочку, вынула изготовленный из рения значок, — насколько Лорд помнил, выбранный для значка металл должен символизировать силу духа награждаемого или что-то подобное, — подошла, прикрепила к лацкану пиджака. Выглядела она при этом явно смущённой, наверняка покраснела бы до мочек ушей, если бы не тёмная от природы, почти чёрная кожа.
В кабинете повисла неловкая пауза. То, что задуманное как торжество мероприятие обернулось простой формальностью, одновременно обрадовало и удивило Лорда. Поэтому он первым нарушил молчание:
— Это всё? Я могу быть свободен?
— Нет-нет! Теперь главное! — поспешно воскликнул оставшийся где-то позади в углу мужчина.
 
Нтомби вздрогнула, выходя из оцепенения, взглянула на сотрудника, кивнула коротко. Отошла в сторону, давая понять, что касательно всего последующего она умывает руки.
Мужчина быстро прошёл через кабинет к другой двери, расположенной позади стола вице-секретаря, незаметной в изысканной драпировке стен. Пригласил:
— Шеф, пожалуйста, пройдите сюда!
Лорд прекрасно знал, что находится за этой дверью: комната межзвёздной связи, откуда вице-секретарь в полной секретности вёл переговоры с представителями Земли на других мирах — как официальными Послами, Посланниками, консулами, так и засекреченными резидентами. Выказав удивление приподнятой бровью, он прошёл за сотрудником.
В комнате этой последний раз Лорду доводилось побывать четверть века назад, вскоре после того, как друг Роман получил должность вице-секретаря. За прошедшее время здесь многое изменилось. Не только аппаратура стала современнее, но и убранство и обстановка претерпели существенное преобразование. Комната межзвёздной связи из сугубо функциональной «подсобки» превратилась в продолжение эстетически-утончённо оформленного кабинета. «Будуар» — всплыло в сознании дурацкое сравнение. Писательница и переводчица с полудюжины инопланетных языков по первому образованию, Апанда Нтомби слыла дамой в высшей степени утончённых вкусов. Что не мешало ей быть первоклассным дипломатом — качество контактёра в нынешнюю эпоху более важное, чем умение метко палить из бластера и выживать в джунглях Гаруды или пустынях Стикса.
Кресло из красного дерева с замшевой обивкой смотрелось вычурно, но на деле оказалось удивительно удобным. И — о чудо! — сидение как раз соответствовало размеру седалища Сандро без всякой эмпатии. Пока он умащивался в кресле, всё ещё безымянный сотрудник проверил работу аппаратуры. Объяснять, что нажимать и куда смотреть не попытался: понимал прекрасно, что бывший глава Карантинного Комитета и бывший Верховный Сумматор пользовался межзвёздной связью несчётное количество раз. Принял первую квантограмму пакета и тихо вышел, плотно затворив за собой дверь. Просить объяснений стало не у кого. Впрочем, объяснения и не требовались. На экране поползли первые строки расшифрованной квантограммы: «Приветствую, друг Сандро! Это Са-ах…»
Обратную дорогу в санаторий Лорд помнил смутно, занятый размышлениями. Кажется, сестра Клементина поздравляла его с награждением, а после возвращения — доктор Ильясов. Сандро отвечал на поздравления автоматически, и добравшись до корпуса, поспешил уединиться в палате. Услышанное от Са-аха требовалось серьёзно обмозговать. И составить план действий.
В который раз он выругал себя за слабость: зациклился на своём Гакове-Миллере, позволил убедить, что «призрак» Старика Кодрянского в туалете — плод больного воображения. Ведь это же очевидно: часть паразитов уцелела в Большом Блэкауте, затаилась и каким-то образом склонила на свою сторону Асель, заместителя главы Карантинного Комитета и общепризнанного лидера сэлов. Оставаться незамеченными два десятилетия паразитам труда не составило, учитывая их способности к мимикрии, и то, что сэлы тихой сапой пробрались в ключевые точки земной безопасности — при его, Верховного Сумматора, попустительстве и протекции. А ведь Илга Кайруне предупреждала в той их давней беседе, что проблему сэлов надо решать…
Почему, собственно, в давней? Незадолго до рокового заседания Совета Федерация она снова писала ему, просила о встрече. А он отложил, посчитал неважным. Вот и поплатился!
Илге он позвонил, запершись в туалете. Никто не мешал проделать это в спальне — палата двухкомнатная, приставленная к нему Клементина сидит в гостиной, или передней, или как там называется первая от входа комната? Тем не менее Лорд рассудил, что как ни совершенен слух у сэлов, подслушивать через две стены всяко труднее, чем через одну. Разумеется, Асель могла распорядиться натыкать жучков… но это уже паранойя.