Реконкиста (СИ)
— Да, я участвовал в их Обряде Узнавания. Одного раза хватило, — неприятное ощущение, что кто-то копается в твоих мозгах, а ты не можешь этому противиться. Единственное, что остаётся — немедленно удрать и впредь держаться подальше. Не поддаться соблазну, что тебе откроется некая сокровенная тайна.
— Вот видишь!..
— С другой стороны, — продолжил доктор, проигнорировав восклицание любимой, — возможно, именно благодаря тому опыту я сумел создать свою методику? Я ведь сам до конца не понимаю, почему у меня получается, откуда я знаю, какие слова говорить пациенту. Когда-то я убедил человечество в своей правоте, мне доверили излечение этих бедолаг, — Генрих мягко закрыл ладонью рот приподнявшейся на локте и готовой возмутиться Коршуновой. — Но после стольких лет и стольких излечений, я всё больше сомневаюсь — действительно ли я их вылечил? Сработает ли моя методика, когда сородичи медеанцев нападут на нас вновь?
Римма убрала ладонь любимого с губ. Спросила, хмурясь:
— Думаешь, паразиты попытаются ещё раз?
— Мы знаем, что у этих существ коллективный разум. Но почему-то сравниваем их с пчелиным ульем, муравейником, прайдом цефеянских волколаков в крайнем случае. А это не так, это чрезвычайно мощный интеллект. Потерпев поражение на Земле, он не может не понять: существование цивилизации, поднявшейся до создания интеллектуальных небиологических существ, для него смертельно опасно. Если он ещё не пришёл к такому выводу, то очень скоро придёт. — Помедлив, спросил: — Думаешь, я не прав?
Коршунова хищно улыбнулась, легла, повернулась на спину. Произнесла, глядя в потолок:
— Однозначно прав. Жаль, не все члены Совета думают так же. Нанести превентивный удар, уничтожить паразитов до последнего, — единственный способ победить в этой войне.
— Тут главное не напороть горячки, — поспешил уточнить Клейн. — События Большого Блэкаута показали, насколько эти существа могут быть опасными и непредсказуемыми.
— Горячку никто не порет. Наоборот, тянут резину. — Помедлив, Коршунова повернулась на бок, пристально посмотрела на любимого: — Вот послушай.
План операции «Реконкиста» существовал лишь в трёх экземплярах: два были распечатаны на бумаге, помещены в картонные папки, а исходные файлы уничтожены, третий хранится в эйдетическом разделе памяти Асель Кодрянской. Папки лежали в сейфах Верховного Сумматора и главы Карантинного Комитета. Римма столько раз просматривала и правила свой вариант, что знала его наизусть, хоть эйдетической памятью не обладала.
Пересказ получился долгим, но Клейн слушал внимательно, ни разу не остановил, не уточнил. Закончив, Римма спросила:
— Что ты думаешь по поводу всего этого?
— Думаю, — доктор кивнул. — Я думаю, как будет лучше: сходить в ресторан, покушать свиных рёбрышек, или заказать доставку чего-нибудь вкусненького? Голодный — жуть. Мы ведь не завтракали по-настоящему, а время обеда давно.
Коршунова резко села, уставилась на него, но Генрих мягко взял её за руку, предотвращая поток возмущения, готовый вырваться из любимой.
— Шучу я, шучу. Если серьёзно, то я, конечно, не специалист в военной стратегии и тактике, но план мне кажется вполне логичным и разумным. Отправка экспедиционного корпуса сэлов на Медею, создание военного форпоста, обнаружение и уничтожение тамошнего роя, поиск в древних храмах информации о планете, откуда пришло заражение — почему бы нет? Вы давно это придумали?
— Начали работу над планом пять лет назад, — Коршунова могла бы объяснить: «Когда меня перевели в оперативный отдел Кей-Кей, и я ближе познакомилась с командиром спецподразделения сэлов Асель Кодрянской». Но ведь Генрих не требовал уточнений? Поэтому Римма ограничилась констатацией факта. — Полгода назад я подала его на рассмотрение Верховному Сумматору через тогдашнего моего начальника ригелианина Са-аха.
— И?
— И всё. Проект «положили под сукно», как я понимаю. Сумматор не говорит «нет», но не говорит и «да». Вообще увиливает от разговора со мной, общается через помощников. Надеется, что я сама откажусь? Не на такую напал! В конце концов, он не «Император всея Земли»! Я собираюсь выносить вопрос на коллегию Совета Федерации! Ты же меня поддержишь?
— Я-то поддержу, но… тема весьма щекотливая. Ты ведь понимаешь, это первое в галактической истории Земли вооружённое вторжение на чужую планету, полномасштабная война с иной разумной расой…
— Они не «разумная раса», они — паразиты!
— Одно не исключает другое. Подозреваю, большинство членов Совета сошлются на недостаток компетентности, не позволяющий взять на себя ответственность за решение. Предложат собрать Этический Совет. А так как тема секретная… Сама понимаешь, насколько это затянется. Вот если бы операцию поддержал Верховный Сумматор, то и Совет не стал бы противиться.
— «Верховный комбинатор» операцию никогда не поддержит.
— Но почему? Добейся встречи и поговори с глазу на глаз. Пусть выскажет свои аргументы, тогда мы примем контрмеры. Касаемо плана операции, то вот что мне пришло в голову: может оказаться полезным захватить несколько особей живьём. Возможно, лишившись связи с коллективным разумом, они утратят психическое превосходство над людьми, и мы вынудим их сообщить местоположение первоначального логова. Особенно, если захватить кого-то из Старейшин. Так сказать, план «Б», если не получится найти информацию в Холодных Пещерах.
Коршунова помедлила, потом тряхнула волосами.
— Генрих, ты умничка!
Упала на грудь доброму доктору, впилась губами в губы. Затем, прервав на несколько секунд поцелуй, объявила:
— Не хочу никуда идти! Пусть подадут обед прямо в постель!
Глава 4. Сандро Лордкипанидзе. На Земле всё спокойно
Каждый гражданин Земной Федерации знает, что основа власти Верховного Сумматора — его непререкаемый авторитет. Пятнадцать миллиардов землян делегируют свои голоса одному лишь оттого, что доверяют ему, верят в его мудрости. В способность принять правильное решение в обстоятельствах, когда информации для анализа недостаточно и нет времени, чтобы её собрать. Это доверие накапливается десятилетиями безупречной службы человечеству, как было с предыдущим Сумматором, либо оказывается результатом одного единственного поступка, как произошло с Сумматором нынешним. Поступка, решившего судьбу земной цивилизации, спасшего её от уничтожения.
Пятнадцать миллиардов землян не сомневались в мудрости Александра Валерьевича Лордкипанидзе, в его праве быть Верховным Сумматором. А он сам? Когда-то давным-давно друзья юности дали ему прозвище Лорд. Его друзья были настоящими людьми XXVI века: толерантными, дружелюбными, любознательными, верящими в доброту разума и силу прогресса. Поэтому они умерли. Лорд — выжил и победил. Потому что оказался перестраховщиком, «держимордой», ходячим анахронизмом, словно прибывшим откуда-то из начала тысячелетия. Он знал, что вовсе не мудрость помогла ему переиграть галактических паразитов, а типичная в древности, но сегодня так редко встречающаяся в людях подозрительность и недоверчивость. Именно эти качества заставили усомниться в истинных намерениях «благородных дикарей», и они же направили в архивы давно упразднённого и забытого НИИСУБЭЛ. Подозрительности, недоверчивости, вдобавок скрупулёзности, педантичного упорства в стремлении докопаться до сути любой проблемы, любого необъяснимого происшествия Лорду было не занимать. Так родилась когда-то тема «Конкиста».
А вот от добавочной порции мудрости он бы не отказался. Двадцать лет прошло, но Лорд так и не нашёл ответ на вопрос, мучивший все эти годы: почему Старик Кодрянский послал его в Институт физики времени с заданием, с которым справился бы любой оперативник? Ладно, не любой, — хороший оперативник, уровня Тимура Коршунова. Ни тайной, ни «явной» полиции на Земле нет уже несколько веков, но оперативники-то есть! И в Карантинном Комитете, и в Комиссии по чрезвычайным ситуациям, и — самые «засекреченные»! — в Особой Комиссии при Совете Федерации. Верховный Сумматор мог привлечь любого без согласования с непосредственным руководством. Никому не доверял? Кем-кем, а параноиком Старик не был.