Второй шанс (СИ)

— Ремиссия — это период между приступами, — пояснил ее кавалер. — Давайте начнем с самого начала. Каков патогенез этого заболевания? Вы, Сергей Порфирьевич, да и Вы, Мария Сергеевна, наверняка, тщательно изучили этот вопрос. Не зная этого, болезнь не вылечить.
— Изучали! Только толку-то! Нет единого мнения! Кто считает, что это из-за порченых зубов, кто из-за нейро инфекции, кто из-за паталогических очагов возбуждения в ядрах черепно-лицевых нервов… Короче мнений миллион, а толку мало. Лечения эффективного как не было, так и нет, — вздохнула мама Кати, — одними блокадами и спасаемся.
— Все верно. Нет лечения, потому что все теории данного заболевания неверны, — произнес Старик-Саша задумчиво, вспоминая свою научную молодость, когда он занимался как раз этой проблемой.
— Ну так просвети нас, двух академиков и одну профессоршу, в этой теории! — ехидно ответил вредный старик, и добавил: — Господи, узнает кто, что меня учит школьник, просто засмеют!
— А Вы никому не говорите, — рассмеялся Старик-Саша. — Начнем пожалуй. Скажите, Сергей Порфирьевич, Вы знаете что такое аутоиммунные заболевания?
— Я конечно с логосферой не общаюсь напрямую, — огрызнулся язвительно дедушка Кати, — но в свое время возглавлял секцию биологии Академии Наук СССР! И вообще, имею звание академика! Оно конечно пустое место, перед таким просвещённым как ты, но кое-что я все-таки знаю.
— Саша, а что это за болезни такие? — попыталась прервать саркастический спич деда, любознательная внучка.
— Охотно поясню. С вашего позволения, Сергей Порфирьевич.
Дед небрежно махнул рукой, мол, валяй коли умный такой, а я снизойду до тебя и тоже послушаю. Так и быть.
Корчить из себя обиженку Саша не стал и начал подробно освещать вопрос, в котором сам отлично разбирался когда-то.
— Катюш, давай, для начала, выясним, что такое система иммунитета и для чего она вообще появилась и нужна.
— Это я как раз знаю! — уверенно ответила отличница. — Система иммунитета борется с инфекциями в организме. Для этого она и нужна!
— Это только часть правды, — ответил юноша, деловито включая выпускника медицинского института. — Главной задачей возникновения иммунной системы, являлась борьба с собственными мутированными и раковыми клетками, которые постоянно возникают в нашем организме.
— Прямо так уж и постоянно? — недоверчиво пробубнила Катя, передернув плечами от такой неприятной новости.
— Кто-то утверждает, что тысяча, кто-то — что десять тысяч, таких клеток появляется каждый день, — продолжил Старик-Саша, вспоминая свои научные знания. — Учитывая, что в нашем организме триллионы клеток, это не так уж много. Так вот, первой задачей иммунной системы, является поддержание постоянства внутренней среды и состава большого организма. Это называется сохранение гомеостаз.
— Очень интересно! А я и не знала! — ободряюще улыбнулась ему девушка.
— Это все очень спорно, — буркнул ее дед. — И можно полюбопытствовать? Зачем мне все вот эти очевидные теории? Какое отношение они имеют к моей болезни? Не увлекайся! Так, в своих философствованиях, ты дойдешь до момента зарождения жизни! — дед саркастически хмыкнул, затем, выдавив скупую улыбку и заметно оживившись, обратился к юноше: — Анекдот знаешь:
— Приходит батюшка к врачу в поликлинику. Тот ему и говорит, ну что же рассказываете все с самого начала, имея ввиду историю его болезни! А батюшка вздохнул и начал: — Вначале было слово!
Сам дед громко рассмеялся над собственной шуткой. Вслед за ним, недружно и с некой долей неискренности, рассмеялись и все родственники. Саша юмор деда проигнорировал, но, тем не менее, витавшее в воздухе напряжение спало.
«Вообще-то это был не батюшка, а раввин, хотя какая разница», — подумал Старик-Саша про себя, и продолжил: — Нет, с момента зарождения жизни мы начинать не будем. Так вот, аутоиммунные заболевания — это такое состояние организма, при котором наша иммунная система, по тем или иным причинам, начинает атаковать собственные нормальные, не мутированные или опухолевые, клетки. То, что должно защищать организм, начинает его разрушать!
 
— Какой ужас! — всплеснула рукам Катя. — И что? У дедушки такая болезнь?
— Не торопись, Котенок, — поспешил остановить ее ухажер.
— Какой она тебе «котенок»? — проворчал дед. — Вот молодежь, ни ума ни фантазии нет. Она тебе что, кошка?
Все присутствующие оторопели от подобного выпада старого академика, но вежливо промолчали, решив не усугублять, кроме конечно же самого насупившегося «котёнка».
— Ну деда! А мне нравится, — запротестовала внучка.
— Уй, на сколько же вы, молодежь, банальны сейчас и не оригинальны. Фу! Слушать невозможно: котенок, зайчонок, мышонок, лисенок… спасибо, что не слоненок, — он опять рассмеялся над собственным «остроумием». Котенками этими вашими, многие называют своих девушек, а те и рады.
— Ну а как же, по-вашему, нужно? — с улыбкой спросил юноша и все в ожидании «дико оригинального» ответа, зная своего неугомонного Порфирьевича, уставились на старикашку.
Тот, наслаждаясь вниманием публики, театрально закинул ногу на ногу и откинулся на спинку кресла. По его лицу блуждала ироничная улыбочка.
— Нужно звать ее КАтёнок! Понял, да? Не котёнок, а КАтёнок, так и имя ее сохраняется, и не называет больше никто! — торжествующее заявил дед, а потом вздохнул и добавил уже печально: — Именно так я покойную бабушку Кати называл.
— Деда! — Катя подбежала и обняла дедушку. — Я так скучаю по ней.
— Я тоже, внученька. Одна радость, смотрю на тебя и вижу ее!
— Спасибо, если Катя не против, я могу называть ее так же. Но я продолжу, с Вашего позволения.
Дед только кивнул рукой, уйдя в воспоминания о той, что многие годы была рядом, родила ему дочь и никогда не позволяла унывать.
— Так вот, аутоиммунные заболевания делятся на две группы: истинные и ложные, — продолжил Старик-Саша.
— А это уже интересно, — воскликнул с любопытством, молчавший все это время отец Кати. — Поясни, пожалуйста.
— Истинное аутоиммунное заболевание — это когда происходит сбой в работе иммунной системы, и она разрушает собственные нормальные ткани.
— Ты это уже говорил, — буркнула Мария Сергеевна, потерявшая интерес к очевидным ей пояснениям.
— Эти заболевания очень трудно лечить, — не реагируя на выпады со стороны Катиных родственников, продолжил парень. — Так как исправить этот сбой можно только методами генной инженерии.
— Какой инженерии? — удивился отец Кати.
«Черт! Этого еще не изобрели! Опять поторопился! Это будет только… если не ошибаюсь, в тысяча девятьсот семьдесят втором году!»
— Это… это вмешательство в молекулу ДНК.
— Так этого же никто не делает! — сказал дедушка Кати удивленно.
— Вот поэтому сейчас эти болезни лечить невозможно! — выкрутился юноша. — Но, к счастью, в случае с Сергеем Порфирьевичем, мы имеем дело с другим типом заболеваний, так называемыми ложными аутоиммунными.
— Никогда не слышала об этом, — настороженно и задумчиво, произнесла мама Кати.
— Вы знаете, что в организме существуют так называемые «иммунологически привилегированные зоны»? — продолжил Старик-Саша, не давая им вставить и слова. — Они отделяются от иммунной системы в течении внутриутробного развития раньше, чем она начинает нормально функционировать. Вы не думали, почему вообще иммунная система не разрушает, в норме, свои собственные ткани?
Все молчали. Старик-Саша понял, что снова говорит вещи, о которых те еще не знают. Он вздохнул и продолжил:
— Когда плод развивается, а вместе с ним и его иммунная система, она постоянно контактирует с другими клетками и тканями этого организма, и у нее развивается иммунологическая толерантность. Она и перестает их считать чужеродными.
— А почему? — спросил отец Кати.
— Думаю, иммунная система перегружается огромным количеством нормальных белков и происходит паралич иммунного ответа на них, но точно я не знаю, — честно признался юноша.