Второй шанс (СИ)

В универмаге, Катя быстро нашла обычный мешковатый школьный костюм синего цвета. Конечно, после первого костюма, он выглядел ужасно, но девушка была очень довольна. Быстро рассчитавшись, Катя всунула пакет, обёрнутый бумагой и перехваченный шпагатом, в руки Саше и, подцепив его под руку, потащила, пока он не вздумал возражать, из магазина.
— Ты чего?
— Я раскомплектовала костюмы! — призналась девушка. — Я же не виновата, что у тебе разные размеры в талии и в плечах, и боялась, что нас поймают!
— Ну ты моя разбойница! — попытался обнять ее, расхохотавшийся юноша.
— Иванов, ты что творишь?! Тут же люди кругом! — зашипела, словно дикая кошка, изумленная подружка. — Еще целоваться тут начни!
— Извини, Котенок! Просто мне так приятно, что ты обо мне заботишься! Давно со мной такого не было, — он запнулся, но Катя не предала этой фразе особого значения.
— Ну а как же иначе! — сказала девушка.
Они купили мороженое у мороженицы с холодильником на колесах и, весело переговариваясь, пошли домой. Начинало темнеть, за всеми хлопотами они не заметили, как быстро пролетел день. Юноша проводил девушку до ее подъезда.
— Значит так! — сказала деловым тоном его подружка, — Завтра, в половине девятого, я у тебя! Будь готов. Оденься и приготовь все, что возьмешь с собой в Институт. Ах да! Прими душ и помой голову. Все будет хорошо. Я с тобой!
— Спасибо. Но про душ могла и не напоминать, — он широко улыбнулся. Его забавляла эта детская непосредственность девушки, её светящиеся от счастья глаза с оттенком ясных небес. — Не знаю, что бы я без тебя делал!
— Ясно что! Пропал бы! Но я рядом с тобой. Всегда!
— Теперь моя жизнь и судьба в надежных руках! — рассмеялся Старик-Саша.
— Хорошо! До завтра и спокойной ночи, — сказала девушка и пристально посмотрела на него. Он все правильно понял и поцеловал ее очень осторожно в губы.
— Ты такой развратный, Иванов, — сказала довольная Катя, — если ты на улице такое творишь, что же будет если мы останемся наедине?
— Только то, что ты захочешь сама! Я же обещал! — и он снова потянулся к девушке. Но она положила пальчики своей ладошки на его губы.
— Не все сразу и не так быстро! Я, может быть, все еще сержусь! — рассмеялась его подружка кокетливо.
— Как же мне заслужить твое прощение?
— Выступи завтра так, чтобы они все языки проглотили, и тогда я подумаю о том, как тебя наградить! — лукаво сказала юная прелестница, и добавила: — Чао, какао! До завтра!
И девушка убежала в подъезд.
Через пять минут она ему уже махала из своего окна. Он помахал ей в ответ и направился домой.
Дома его ждал отец. Он разогрел вчерашние отбивные и сварил гречку. За ужином сын все ему рассказал. В том числе и о встрече с мамой.
— Как она выглядит? — спросил отец, вроде как небрежно.
— Хорошо выглядит. Они месяц отдыхали все вместе на Кавказе и в Крыму. Загорелые и отдохнувшие, — не стал ничего скрывать сын.
— Она всегда об этом мечтала, — вздохнул отец.
— Батя, — перевел Саша разговор на другую тему. — Завтра я выступаю в Институте белка перед ученым советом с нашим прототипом изобретения. Ты придешь?
— С твоим изобретением! С твоим, сынок! Это твой триумф, я не буду тебе мешать. Кроме того, мне могут начать задавать вопросы, а я не хочу выглядеть дураком.
— Может быть ты и прав, — задумчиво произнес сын. — Хорошо, я пойду писать черновик отчета для завтрашнего доклада. Отец Кати сказал, чтобы я сам это сделал.
— Это обычная практика, — подтвердил отец.
Саша встал из-за стола, помыл посуду и направился в свою комнату.
Задумчиво повертев головой, первое что он решил сделать, так это тщательно ее обыскать.
  
Глава 12. Разные неожиданности
 
Саша вошел в свою комнату и внимательно ее оглядел.
«Ну что же, братец, ведь неспроста ты так распереживался, когда зашла речь о замене замка в квартиру. А? Рыльце-то, наверняка, в пушку. И на душеньку младшенького не от праздного безделья „прицел навёл“. Значит что-то ты тут искал или… наоборот клал. А если ход моих мыслей верен, где бы я спрятал так, чтобы никто не нашел, и чтобы быстро можно было забрать и вынести, при необходимости, не привлекая чьего-то внимания?»
 
Начать искать«то — не знаючто», он решил со шкафа своего брата. Но тщательно обследовав его, он ничего не обнаружил. Впрочем, как и осмотр комнаты, который тоже ничего не дал.
— Батя, — он вошел в родительскую спальню, — я ищу свои футболки и не могу найти. Может Леха по ошибке взял? Он ничего тут… не откладывал куда-нибудь? — спросил он наобум, при этом безнадежно озираясь по сторонам, без всякой надежды на успех.
— Не думаю, — ответил отец, не отрывая взгляда от газеты, — у вас разные размеры.
— Понятно, — кивнул Саша и, развернувшись, хотел уже было вернуться в свою комнату, когда вдогонку ему прилетело:
— А знаешь, он зачем-то рылся на балконе, когда уходил. Что он там искал, я так и не понял. Шкаф там есть… встроенный. Правда, не думаю, что ты там найдешь свои футболки, — отец скривил лицо в подобии улыбки. — Там столько хлама скопилось, нужно разобрать и выкинуть. Давай на выходные этим займемся.
— Хорошо, я не против. Но на всякий случай тоже туда загляну.
— Ты сейчас серьёзно? — отец опустил газету и взглянул на сына поверх очков, которые использовал для чтения. — У тебя завтра такой важный день, а ты пойдешь рыться в этом барахле? Может стоит заняться подготовкой к выступлению?
— Чего там готовиться? Я все знаю наизусть! — фыркнул Саша небрежно, и направился на балкон.
Открыв дверцу встроенного самодельного торцевого шкафа, он обнаружил там полностью забитое всяким хламом пространство, от которого отчетливо доносился зловонный запах ветоши и затхлости. Торопливо «пробегаясь» глазами по каждой полке и внимательно цепляя взглядом каждую мелочь, он заметил, что на самой нижней полке ворох тряпья особо беспорядочен. Присев на четвереньки, он почувствовал смердящую вонь более настойчиво въедающуюся в слизистую оболочку глаза. Отчаянно щурясь и пытаясь зажать нос пальцами, свободной рукой он потянулся к небрежно впихнутому барахлу. К счастью, долго рыться в этом бедламе не пришлось. Аккуратно, с некой опаской, выметая содержимое полки на пол, он увидел старый вещевой мешок, от которого не просто смердело, от него разило такой вонью, что пришлось второй ладонью прикрыть рот готовый вывернуть содержимое желудка наружу.
Немного переждав рвотный позыв, парень осмотрелся и, наконец, решившись, аккуратно потянул за торчащую петлю. На вид это был старый изношенный, ничем не примечательный, вещевой мешок, похожий на солдатский, набитый до отказа. Осторожно развязав горловину мешка, он понял, что не ошибся и там действительно какое-то старое вонючее тряпье. С омерзением приподняв его за край, немного покачал в воздухе, оценивая на вес и прекрасно понимая, что там не только тряпки. Вытряхнув содержимое на пол, он вновь поспешил зажать нос пальцами. Последним из мешка выпал плотный пакет из вощёной упаковочной бумаги тщательно перевязанный бечевкой.
Быстро запихав тряпье обратно, и, завязав мешок, чтобы не так сильно воняло, он взял нож и разрезал бичеву. То, что он увидел, заставило изумленно воскликнуть:
— Оба-на! И что это у нас тут такое? И откуда? Да ты мой псевдобрат полон сюрпризов!
Прямо к ногам юноши вывалились пачки десяти и двадцати пяти рублевых купюр, в банковской упаковке.
В накрывающих город сумерках, Саша не сразу разобрал номинал наличных, но склонившись и рассмотрев более основательно, стало очевидно, что деньги новые послереформенные. Теша свое любопытство, он пересчитал пачки. Бухгалтерия удостоверила в том, что в мешке хранилось десять пачек десятирублевок, и двадцать пачек двадцатипятирублевок. А это ни много ни мало «всего каких-то» шестьдесят тысяч рублей. Новыми.