Светлая в академии Растона: любовь или долг (СИ)

— Асперус ди сальве крхут!
Вспыхнув синим пламенем, сгусток энергии стал бесцветным. Девушка подтолкнула его в сторону охранника. Вскоре послышался мягкий стук и зычный храп.
— Обожаю это, — довольно улыбнулась она и направилась в кабинет куратора шпионского факультета. Поскольку связной, кем бы он ни был, положил в тайник глушитель заклинаний и сотовой связи, она пришла к выводу, что Блэквел, с момента их прошлой встречи, поработал над защитой своего рабочего места. А еще это означает, что в академии она — не единственная шпионка Нолана. Какие миссии выполняют другие агенты — остается загадкой.
Светлая осмотрела дверь. Если хочешь отпугнуть грабителя — достаточно повесить защитные приспособления на видное место: это могут быть провода или датчики сигнализаций, надписи «Охраняется Цербером» или «божьим словом» и т. п. Дверь Этана была чиста, и не выдавала присутствия сигнализации. Тем не менее, Суарес точно знала, что таковая есть. Значит, темный маг поставил перед собой другую цель: обнаружить вора. Что ж. Она не намерена доставлять ему такое удовольствие.
Отточенными движениями светлая настроила глушитель на поиск частоты. Датчик едва слышно кряхтел, отыскивая нужную волну. Леа не боялась быть обнаруженной. В такое время все преподаватели либо дома, либо в своих апартаментах академии. А Блэквел после вечера в беседке явно до самого утра не появится в кабинете. Ему нужно спустить пар с Кристиной или Викторией. Мысли равно неприятные, но в данный момент не нужные.
Зеленый огонек свидетельствовал о том, что частота найдена. Хитрый жук — поставил датчик открывания дверей. Такой бесшумно и незаметно для грабителя отправляет на телефон или планшет владельца уведомление о том, что защищаемая дверь в данный момент открылась. Светлая заблокировала частоту. Теперь сигнал не попадет Блэквелу, и маг не помешает ее плану. Нажав другую кнопку — активировала блокиратор заклинаний.
Приборы подобной блокирующей мощности обладают одним существенным недостатком: чем сильнее глушитель, тем меньше радиус действия. Для надежности Леа поставила аппарат перед дверью.
Отмычки легко юркнули в замок, который через двадцать секунд сдался под умелым натиском тренированных пальчиков. Путь свободен, но интуиция подсказывала девушке, что не все так просто. Этан — темный маг, но помимо этого, любитель старой школы шпионажа, а, значит, он не надеется полностью на заклинания и может работать по старинке. Внутри наверняка установлены дополнительные ловушки. Она повернула ручку и крайне медленно, прислушиваясь к ощущениям, толкнула дверь вперед. Интуиция — особая супер-способность шпионов, даже не обладающих магией.
Они тренируют ее годами и, как правило, безошибочно пользуются. Вот и сейчас она не подвела светлую. Открыв дверь всего на несколько сантиметров, девушка почувствовала едва ощутимое сопротивление. Посмотрела в щель наверх: так и есть. Установлена ловушка. Поддев тросик и сняв его с крючка, светлая даже не вздрогнула, когда в дверь с обратной стороны вгрызлись снаряды. Теперь безопасно и можно открывать.
Действительно, Блэквел установил арбалет. Любой, кто без спроса завалится в его кабинет — получил бы стрелу. Любой, но не опытный агент, который сейчас выполнял миссию. Три уровня установки снарядов, но стрелы без поражающих наконечников. Такие легко вытащить, а рана быстро заживет. Вывод — Блэквел во что бы то ни стало хотел задержать и схватить того, кто проберется к нему. Ее? Плохо старался.
Ящички от рабочего стола вскрыла за пару секунд. Как правило, в таких не устанавливают серьезные запирающие устройства. Стоит ли тратить на них время? Почему-то светлой показалось, что стоит. Блэквел сделал упор на усложнение входа. Вряд ли полагал, что кто-то все же обойдет его сигнальные системы. Для этого требуется специальное оборудование, а у курсантов такого нет. У обычных курсантов…
Не прогадала. Во втором ящичке среди личных вещей и записей она нашла нужную карту, быстро поменяла их местами и, заперев все обратно, закрыла за собой двери. Да, он поймет, что в кабинет вламывались, следы от стрел она при любом раскладе не спрячет. Но вот доказательств кто это был и для какой цели у него не окажется. Довольно улыбнувшись, девушка подняла глаза и замерла.
 
— Господин Блэквел! — оторопела светлая, но тут же нашла, как выкрутиться. — Я надеялась, что застану вас здесь.
— Вот как? Застала, что дальше?
— Не делайте вид, что ничего не происходит.
— А что происходит, Леа? — он скрестил руки на широкой груди. Верхние пуговицы на рубашке расстегнуты, волосы взъерошены. Неужели ее предположение оказалось верным, и он был с Викторией или Кристиной? Впрочем, что-то слишком быстро управился…
— То притяжение, что искрит между нами, — она томно улыбнулась и, чуть опустив ресницы, провела пальчиком от ямочки между ключицами до первой застегнутой пуговицы куратора. Какая горячая и упругая кожа. Ей остро захотелось проделать тоже самое… языком. Она даже губу прикусила.
Сжав ладошку светлой, Блэквел убрал ее от себя и холодно отчеканил:
— Кажется, я предельно четко выразился по этому поводу, курсант Суарес.
— Четко, да. Но не убедительно, — снова улыбнулась Леа и провела свободной ладошкой по щеке темного мага. — Совсем не убедительно.
— А отчисление за неподобающее поведение будет убедительным?
— Да, — согласилась она. — Вы окончательно убедите меня в собственной правоте.
— Курсант Суарес, я повторяю первый и последний раз. Как женщина вы меня не интересуете.
— Правда? — прошептала светлая, победно улыбаясь. — А руку-то не убрал.
Мужчина опомнился и отстранил ладонь Леа от лица. Между ними разве что не искрило. И, хотя слова темного мага были холодными, даже ледяными, его тело — разгоряченное и податливое, тянулось навстречу к ней. Желало обладать.
— Это единственная причина, по которой вы здесь? — изменившимся низким голосом прохрипел Этан.
— Разве нужны еще причины? — Леа сделала еще один шажок навстречу, положив ладошку на грудь мужчины. Спина Блэквела уперлась в стену — отступать некуда.
— И добавить больше нечего? — он явно на что-то намекал. Точнее, Леа даже догадывалась на что — куратор не верил, что она пришла ради соблазнения, но хотел услышать чистосердечное признание. Да, ее, можно сказать, раскрыли, но с поличным не поймали. Он не может знать наверняка, что она делала в его кабинете. А, если подмена карты осталась необнаруженной — ее миссия выполнена успешно.
Опытный шпион знает, если взялся врать — будь убедительным и действуй до конца. Так что, улыбнувшись и приблизившись настолько, что грудь светлой касалась Блэквела, она ответила:
— Мне есть, что добавить. Да только ты сопротивляешься…
— Ты что, пила? — наконец, не выдержал он. — Ты ведешь себя неадекватно.
— Меня пьянит твоя близость.
— Пьянит, значит? — рыкнул он и, резко развернувшись, прижал светлую к стене, сжав ее запястья и подняв над головой. — Ты этого хотела?
Мужчина впился горячим поцелуем в лебединую шейку, освободил одну руку и с силой сжал ягодицы девушки, сам прижимаясь к ней пахом.
— Грубости, страсти, огня?
— Да, — прошептала она. Глаза Леа горели страстью, такой, какой он прежде в них не видел. Блэквелу едва хватало сил, чтобы сдержать свой порыв. Мягкое податливое тело тянулось навстречу его рукам, грубо и беспорядочно бродившим по телу девушки. Наконец, он отстранился, также резко, как и набросился.
— Тебе лучше уйти. Сейчас. Если не хочешь нарваться на грубость.
Леа закусила губу и тяжело дышала. Сейчас как никогда ей хотелось продолжения. Остро, невыносимо. Так, что внизу живота все скручивалось узлом, а между ног болезненно ныло. Она хотела стать его женщиной. Впервые в жизни она вообще хотела близости с мужчиной. По-настоящему, по собственной воле…
— Ты не представляешь, от чего отказываешься, — довольно мурлыкнула светлая и развернулась. Отлично. Ее миссия выполнена. Осталось дело за малым — унять бешено рвущееся из груди сердце и положить карту в первую урну по пути в комнату.