Меж двух миров (СИ)

  
Глава 21
 
Когда слепок поврежденной и здоровой ноги были у нее, Алвис спросил:
‒ Тебе еще нужно что-то помимо камней для работы?
Лана замялась. С одной стороны это просто ее прихоть, и не стоит злоупотреблять хорошим отношением к ней. А с другой привычка — вторая натура, и без этого работа затянется. Решив, что ничего страшного от простого уточнения не будет, спросила:
  
‒ Где у вас можно найти яблоки?
‒ Яблоки? ‒ брови Алвиса поползли вверх.
‒ Да, ‒ Лана засмущалась, чуть ли не шаркая ножкой по полу, ‒ я привыкла грызть яблоки, когда думаю. Подскажите, у кого могут с осени остаться, я куплю.
Эстер улыбнулась, а Алвис рассмеялся.
‒ Обещать ничего не буду, но если найдутся, то тебе передадут.
‒ Спасибо, ‒ тихо поблагодарила в ответ.
Они вышли из комнаты, и первое, что увидела Лана, это опирающегося плечом о стену Видара. Он стоял, скрестив руки, и смотрел на нее изучающим взглядом из-под нахмуренных бровей. Она повернулась к Алвису и Эстер, с интересом наблюдавших за ними, игнорируя опять чем-то недовольного оборотня за спиной.
‒ Хотя знаешь что, ‒ чрезмерно радостно сказал Алвис, ‒ пусть Видар тебе покажет деревню!
Видар на это нахмурился еще сильнее и пытался взглядом прожечь дыру в вожаке. Который широко скалился, явно довольный своей идеей, не обращая никакого внимания на попытки его испепелить.
‒ Отведи ее к Ивару, девушке нужно кое-что купить, ‒ с издевкой выделив последнее слово, Алвис хлопнул Видара по плечу и, склонившись к нему, с улыбкой добавил: ‒ Раз она под твоей опекой, то и рассчитаешься с ним сам.
Видар еле слышно зарычал, а Алвис, полностью игнорируя его реакцию, развернулся и, приобняв жену за талию, пошел на выход, постукивая тростью. Лана перевела взгляд на Видара. Он стоял, все так же опираясь плечом о стену, поджав губы и прикрыв глаза, пытаясь успокоиться.
Лана весь их диалог и переглядывания не особо поняла. Кроме того, что Алвис поиздевался над Видаром, что ему поручено приглядывать за ней, а тот этому совсем не рад. И почему это Видар должен расплачиваться за нее? Она сама может прекрасно расплатиться за себя.
Пока она размышляла, Видар пришел в себя, открыв глаза. Выпрямившись, и с каким-то безнадежным видом человека, который обречен на вечные муки и ничего уже не может с этим поделать, тихо сказал:
‒ Пойдем.
Не задумываясь, положил ладонь ей на спину, аккуратно поворачивая в сторону выхода, но сразу же отдернул руку, словно обжегшись.
Лана бросил на него быстрый взгляд, чтобы понять откуда такая реакция, но увидела только досадливо поджатые губы. И снова какое-то непонятное недовольство. Прокручивая события с первой встречи, она задумалась: а он вообще хоть когда-нибудь бывает доволен? Похоже в няньки ей приставили самого угрюмого и хмурого оборотня.
Они вышли из зала на улицу. Воздух еще сырой и прохладный, но уже ощущается наступление весны. Она мимолетно касалась щек теплыми поцелуями, чтобы в следующую секунду уступить прохладе. Скоро проклюнутся почки и станет теплее, а пока Лана застегнула куртку и с интересом уставилась на своего сопровождающего. Или надсмотрщика? Видар шел в одной рубашке и черной кожаной жилетке, явно не испытывая никаких удобств по поводу низкой температуры.
Лекарь и исследователь в ней тут же с любопытством подняли головы. Эх, провести бы тесты и обследование, да только кто ж ей позволит. Как она и предполагала, судя по осмотру уже здорового Эмиля, у оборотней повышенная температура тела. С чем это связано? Просто особенность, как вида? Или более высокая интенсивность обмена веществ? Скорее всего и то, и другое. На оборот в звериную форму наверняка требуется прорва энергии, да и масса тела увеличивается раза в полтора. Но это в любом случае не объясняет, почему оборотням комфортно в одной рубашке ранней весной. Ладно если бы шерстью были покрыты, и она помимо высокой температуры так же помогала хранить тепло. Но без шерсти, чтобы не мерзнуть в такую погоду какая должна быть температура тела? Сорок пять? Ну ладно пусть будет сорок два. Но у здорового Эмиля температура была тридцать восемь, максимум тридцать девять. Так почему не мерзнут?!
Лана досадливо вздохнула. Интересно, конечно, до жути, только задавать вопросы о строении и организме оборотней ей однозначно не стоит. Неправильно поймут. В то, что она интересуется исключительно из-за собственного любопытства, а не ради вреда, не поверят.
А женщины оборотни тоже имеют высокую температуру или это только мужская особенность? По прибытии ей было как-то не до того, чтобы разглядывать, насколько тепло одеты оборотни вокруг.
Лана вынырнула из собственных размышлений и наткнулась на провожающие их с Видаром взгляды. Настороженные, недоверчивые, злые. Правда после того, как она вылечила Эмиля, направленной на нее ненависти стало меньше. Или же ей просто хотелось, чтобы так было.
Она заглядывала некоторым оборотням в глаза, удерживая взгляд не слишком долго, чтобы не бросать вызов. Но и не отводила быстро, чтобы не показаться жертвой.
Жертвой… Ее наставник как-то преподал ей урок, когда она еще не научилась терпеть боль, прячась от ударов.
“Мелания, ты когда-нибудь видела, как стая волков раздирает пса?” — спросил он ее в самом начале обучения, когда она, всхлипывая, баюкала ушибленную руку, сидя у стены. Поморщившись, она промолчала, украдкой вытирая выступившие от боли слезы. Да откуда бы ей видеть подобное зрелище. Она и так должна сидеть на шелковых диванчиках с пяльцами и иголкой в руках, а не учиться драться на старых протертых матах в каком-то подвале, если бы не отец. Да, Тревиса Хеллворта хотелось порадовать, поэтому она исправно приходила на занятия к старому вояке, который вышибал из нее дух до треска костей. Лана даже его имени не знала, для нее он просто ‒ наставник. Узнай об этом в академии, и ей точно не отмыться от позора и шепотков в спину. Но отец настаивал.
Мужчине ее ответ не особо был нужен, впрочем, как и всегда. Присев рядом с ней у стены, он продолжил:
‒ Стая загоняет пса в угол не ради добычи, а просто для забавы. Цапают его за лапы и хвост, пугают оскалом и рыком, бросаются, нагоняя страх и соревнуясь кто первый прокусит до крови. В общем развлекаются как могут.
Наставник, задумавшись, поскреб ногтями по щетине на подбородке, создавая характерный треск.
‒ Выживет ли пес, зависит не от кровожадности волков или их количества, ‒ продолжил он не особо приятный рассказ, ‒ а от самого пса. Пока он огрызается несмотря на боль и превосходящие силы, у него есть шанс выжить и дождаться, когда волкам наскучит забава. Но стоит лишь на секунду дать слабину…
Мужчина поджал губы и покачал головой.
‒ Один тихий скулеж, и пса раздерут на куски. Потому что пес сам признал, что он добыча. Жертва.
Стальной недовольный взгляд впился в Лану, отчего она с трудом удержалась, чтобы не поежиться.
‒ Каждый раз, как ты начинаешь скулить, вжимаешь голову в плечи и так явно показываешь страх в глазах, ‒ мужская ладонь сжалась в кулак, сворачивая невидимую шею, ‒ тебя хочется удавить. Потому что ты признаешь свою слабость и надеешься, что тебя пожалеют. Вот только жертв не жалеют, их раздирают на куски.
‒ Но мне больно, ‒ простонала Лана.
Наставник со вздохом встал с пола, уперев руки в колени и склонив голову ближе к ней, с нажимом произнес:
‒ Всем больно, ‒ и схватив Лану за травмированную руку выдернул ее на маты…
Воспоминание помогло собраться и напомнило ей, что она не на курорте отдыхает. Она маг в деревне, полной оборотней. Где каждый взгляд оценивал и провожал ее, если не с ненавистью, то с опаской. Ведь если смотреть на урок наставника глобальнее и шире, то стая волков может оказаться кем угодно. Группкой избалованных аристократок, сворой бродячих собак, компанией воров или подвыпивших мужчин… Оборотнями. Почему нет?
  
А вот жертва всегда ведет себя и выглядит одинаково. И, как только она выберется отсюда, нужно будет обязательно найти наставника и поблагодарить его за то, что выбил из нее подобное поведение. Отцу она уже спасибо сказать не сможет, разве что мысленно пожелать ему спокойного забвения. Дальновидности Тревиса стоит только завидовать, не зря он считался одним из лучших стратегов Креасальской империи. Ведь как она ненавидела эти уроки, кто бы знал, но именно они помогли ей выжить на болоте. И помогут выжить среди оборотней.