Невеста Братвы (ЛП)

Он выпрямился, стараясь казаться старше своих девяти лет.
— Да. Я попадаю в мишени, когда мы тренируемся, — с гордостью сказал он.
Она ласково улыбнулась и передала ему нож.
— Это замечательно. Может быть, когда-нибудь мы сможем потренироваться вместе. И ты сможешь показать мне несколько приемов.
— Хорошо! — он широко улыбнулся, схватил нож и побежал показывать его родителям. Вин подмигнул нам обоим, прежде чем погнаться за ним.
Теодоры нигде не было видно, и я мог только догадываться, что она нарвалась на неприятности и теперь наказана. Так наша мама любила поступать с нами, когда мы плохо себя вели. Она ставила нас в угол, где за нами присматривал телохранитель. Если мы пытались пошевелиться, охранник имел право поставить нас на место.
— Твой младший брат слишком милый, — прокомментировала Илиана.
— И он, черт возьми, это знает.
Еще одна группа людей направилась к нам, и я напрягся. Илиана заметила перемену во мне, и её брови нахмурились.
Твою мать.
Габриэлла и ее родители стояли перед нами. Конечно, я знал, что они будут здесь. Отец Габриэллы был одним из наших Капо, в конце концов. Но всё равно мне не хотелось её видеть. Её реакция, когда она узнала, что я не собираюсь на ней жениться, была довольно бурной, как я слышал. Она ругалась матом. Разбрасывала вещи. Визжала во всю глотку. Что, признаться, было довольно неожиданно. Честно говоря, я не думал, что она способна на такое поведение. Но, как мне рассказали несколько моих мужчин, в ней была темная, ядовитая сторона, которая проявилась, когда она узнала, что я не женюсь на ней.
Оказывается, она считала, что право быть замужем за будущим главой Коза Ностры принадлежит ей, учитывая, что она на шесть лет приостановила свою жизнь, ожидая меня.
— Поздравляю, Артуро, — сказала она сладко, не выказывая ни капли злобы, которой, как я слышал, она обладала. Её каштановые волосы были уложены в элегантную прическу, а карие глаза пристально смотрели на мою новую жену. От меня не ускользнуло, что на ней было потрясающее белое платье в пол.
Она наклонилась и поцеловала меня в обе щеки, ее губы слегка коснулись моих, после чего она отступила назад. Повернулась к Илиане и улыбнулась.
— Поздравляю. Я Габриэлла, одна из старых подруг Артуро, приятно познакомиться, — она протянула руку.
Илиана улыбнулась в ответ, но я увидел, как в её глазах вспыхнул гнев. Она пожала ей руку.
— Мне тоже приятно познакомиться.
Габриэлла посмотрела на меня, её глаза пробежались по моему телу, явно демонстрируя свою внимательность.
— Я всегда говорила, что красный — твой цвет, не так ли? — сказала она, слегка проведя пальцами по моему плечу, словно смахивая пылинку.
Этот контакт свидетельствовал о ранней близости, и, судя по тому, как сузились глаза Илианы от этого прикосновения, она этого не упустила.
Я сухо улыбнулся.
— Да.
Энцо и его жена, София, поздравили меня, Энцо — коротко и энергично, а София — тихо и почтительно. Бросив последнюю улыбку в мою сторону, Габриэлла и её семья удалились.
Я поднял палец в воздух, останавливая следующую группу людей, которые собирались подойти, чтобы поздравить меня, и повернулся к Илиане. На её лице не было и следа гнева, но в глазах? Да, в этих блестящих голубых глазах определенно сверкала ярость.
— Насчет Габриэллы…
— Не сейчас, — резко сказала она, на её лице появилась фальшивая улыбка.
Я прищурил глаза.
— Хорошо, тогда обсудим это позже.
— Ещё как обсудим, — проворчала она себе под нос.
Я развернулся и пригласил следующую группу людей пройти вперед.
Через некоторое время все лица, казалось, слились воедино, и мне захотелось, чтобы все это утомительное испытание поскорее закончилось. Нас поприветствовали все ключевые фигуры Коза Ностры и Братвы, каждый из которых сердечно поздравлял с нашим союзом. Но я на это не купился. Нет. Половина, если не все присутствующие здесь люди, возражали против объединения наших семей. Если бы все они не были так напуганы Дмитрием и Алессандро, могу поспорить, что на церемонии они возражали бы довольно громко.
 
Я пожимал руку каждому, кто появлялся передо мной, даже если не имел ни малейшего понятия, кто этот чертов человек. Илиана была столь же вежлива, улыбалась и вступала в светскую беседу с каждым, кто предлагал своё благословение. И все же я мог видеть напряжение на ее лице после того, как, казалось, тысячный гость поприветствовал нас.
Как раз в тот момент, когда я подумала, что мы, наконец, свободны, глубокий голос заговорил позади нас. Мы оба обернулись и увидели стоящего там Дмитрия с женщиной.
Ха. Немного молода для тебя, Дмитрий, но каждому свое, полагаю.
Я был сбит с толку, почему он снова пришел поздравить нас, пока Иллиана не ответила холодным и бесстрастным голосом.
— Дядя.
Дядя?!
Мне потребовался весь мой самоконтроль, чтобы не отреагировать на это. У Дмитрия есть брат-близнец?! Однояйцевый близнец? Почему мне никогда не говорили об этом? А ещё лучше, какого хуя ни в одной собранной мной информации о семье Волковых об этом не упоминалось?
Дмитрий 2.0 рассмеялся, его большое тело тряслось от веселья, пока он изучал Илиану.
— Akh, moya dorogaya plemyannitsa. Ty vsegda byla v sostoyanii otlichit' nas. Skazhi mne, ditya, v chem tvoy sekret?
Илиана крепко сжала губы, её глаза встретились с его ледяным взглядом. Было до боли очевидно, что этот мужчина ей безразличен.
Внутри меня разгорелось любопытство. Мне до смерти хотелось узнать их историю.
— Ya znayu svoego ottsa, Dominik.
Он вскипел от негодования и насмешливо произнес.
— Ne somnevayus’ v etom. Vse znayut velikogo Dmitriya Volkova. Strashnogo Myasnika bratvi, — он усмехнулся. Его голубые глаза метнулись ко мне, губы скривились в отвращении. — Priznayus’, ya udivlen, chto tvoy otets pozvolil tebe viyti zamuzh za ital'yanskogo psa. Kazhetsya, on daleko otoshyel ot traditsii.
Я зарычал от злости на его слова, мои кулаки сжались по бокам. Он, очевидно, понятия не имел, что я понимаю каждое его чертово слово. Или, может быть, он понимал, и ему просто было все равно. В любом случае, он по-настоящему начинал действовать мне на нервы.
Илиана, казалось, почувствовала мой дискомфорт и легонько похлопала меня по груди в знак поддержки, ни на секунду не отрывая взгляда от Доминика.
— Yesli ya pravil’no pomnyu, dyadyu, ty nikogda ne byl poklonnikom traditsiy.
Она вскинула бровь, бросая ему вызов, чтобы он опроверг её слова.
Он закатил глаза и помахал рукой в воздухе.
— Eta malen'kaya situaciya? Dmitriy vse yeshche plachet iz-za etogo?
Какая ситуация?! Дмитрий плачет?! Что, блять, происходит?!
Илиана напряглась, все её тело замерло. Гнев исходил от нее волнами, вены на ее шее пульсировали от ярости. Я понятия не имел, что именно здесь происходит, но тот факт, что этот чувак расстраивал ее, серьезно выводил меня из себя.
— Может, нам стоит двигаться дальше? А то этот итальянский пес уже проголодался, — ухмыльнулся я.
На лице Доминика отразилось удивление, когда он понял, что я понимаю каждое слово, произнесенное на их родном языке, но ему удалось быстро скрыть это. Выражение его лица стало нейтральным, когда он протянул мне руку.
— Доминик Волков, дядя Илианы.
— Я так и понял, — мрачно ответил я, пожимая его руку.
Его челюсть сжалась, и он сжал мою ладонь… сильно. Но я никак не отреагировал. Просто нагло улыбнулся.
Он повернулся лицом к молодой женщине, которая сопровождала его.
— Это моя дочь, Рейна.
Прежде чем я успел произнести хоть слово, маленькая женщина шагнула вперед и крепко обняла меня. На мгновение я застыл на месте. Почему у меня такое ощущение, что это пиздец как странно? Как будто я не должен прикасаться к ней. Я получил ответ на свой вопрос, когда отстранился и мельком взглянул на лицо Илианы.