Сын Тишайшего 7 (СИ)
Всё-таки из меня весьма средний правитель. Многие важные моменты упущены, и потом пришлось их судорожно навёрстывать. Вот взять ту же детско-юношескую литературу. Лет через пять количество учащихся вырастит в несколько раз. Я даже сам не знаю, сколько детей будет учиться в ближайшее время. Школы открываются в каждом городе. Часто на деньги местных меценатов, что несказанно радует. Люди осознали необходимость образования. При этом мы чуть не упустили воспитательную часть. Хорошо, что я вовремя всполошился. Думаю, задача теперь вполне выполнимая.
Только с философскими течениями сложнее. Боюсь, мы не обойдёмся без репрессивных мер. Но это палка о двух концах. Народ любит мучеников и валом попрёт в какие-нибудь тайные общества. Или я смотрю на ситуацию с позиции своего времени? Всё-таки на дворе 17 век. А революционная зараза начала распространяться в России моего времени гораздо позже. И ведь это совпало с ростом образования. Никогда не думал, что буду опасаться роста грамотности населения. Смысл не в боязни за царскую власть. Монархии пока ничего не грозит. Однако процесс разложения общества может начаться в любой момент. Для чего не нужен даже особый повод. Просто власть упустила контроль над ситуацией, отчего империя потом долго харкала кровью.
В общем, очередная проблема, которую я, скорее всего, оставлю потомкам, как и неразрешённый вопрос с расколом. Хуже всего, что этим делом можно заняться плотнее, не перекладывая на подчинённых. Только у меня есть цель. И все силы я брошу на войну с басурманами. Права царь Федя или нет, рассудит время.
[1] Машина Марли (фр. Machine de Marly) была построена голландским архитектором Свалемом Ренкеном в начале 1680-х годов при дворце Марли на территории современного Буживаля по заказу французского короля Людовика XIV для водоснабжения прудов и фонтанов Версальского парка.
Уникальное для своего времени инженерное гидроустройство представляло собой сложную систему из 14 водяных колёс, каждое диаметром 11,5 м (около 38 футов), и приводимого ими в действие 221 насоса, служивших для поднятия воды из Сены по Лувесьенскому акведуку длиной 640 м в большой водоём на высоту около 160 м над уровнем реки и в 5 км от неё. Далее вода по каменному акведуку (8 км расстояния) поступала в Версальский парк. На строительстве было занято 1800 рабочих. Потребовалось 85 т деревянных конструкций, 17 т железа, 850 т свинца и столько же меди. Устройство обеспечивало подачу около 200 кубометров воды в час.
Глава 17
Наверное, на Бельского влияет близость самого большого военного полигона страны и мира. Иначе как объяснить столь необычное представление сельскохозяйственных орудий? Князь расстарался, выделил идеально ровный участок, очищенный от какой либо растительности. На дворе начало апреля, и южная земля уже подсохла для демонстрации новинок русской промышленности.
На самом деле над производством новых образцов трудился целый коллектив, выступавший связующим звеном между ЭХБ, Первым казённым заводом в Туле и ещё десятком предприятий. Ведь мы создавали ни много ни мало, сельхоз-инструмент на будущее.
— Это цилиндрический плуг, размещённый на особой раме, государь, — Андрей Фёдорович светился от удовольствия, описывая параметры механизма.
Между тем коренастый мужичок в потёртом кафтане схватился за ручки плуга, размещённого на двух небольших колёсах, цыкнул запряжённой лошади и начал пахать землю. Чернозём переворачивался споро под воздействием металлического ножа.
— Инженеры добились огромного прогресса. Нам ведь важно было получить орудие из хорошего металла, при этом дешёвое, — продолжал вещать глава хозяйства, с любовью глядя на происходящее.
Истинный фанатик! Заодно родственная душа. Только я также рьяно радею за общий прогресс, а Бельский сосредоточился на аграрном секторе.
— Обрати внимание на отличие этого плуга от предыдущего. У него почти плоский лемех, позволяющий пахать сухие и жёсткие почвы. Но и это ещё не всё, — воскликнул князь, — Перед нами пятиножный плуг, способный за раз вспахивать гораздо больший участок. Пусть он требует двух лошадей в упряжку, и не абы каких, а очень сильных. Только результат может заметить даже человек, далёкий от земледелия. Сей механизм равнозначен десяти обычным пахарям!
Я внимательно рассматривал новый экспонат и машинально кивал словам князя. Именно сейчас понимаешь, насколько не прав мой сын. Правитель попросту обязан вникать в такие подробности. Всё-таки сейчас не XXI век, когда разнообразие промышленности и иных сфер экономики сложно оценить даже профессионалу. У нас пока всё весьма скромно. А ещё производство сельскохозяйственного инструмента тесно связано с общим развитием науки и промышленности страны. Выточить такие ножи для плуга очень сложно. Приходятся использовать самые современные станки, которых пока нет даже в Голландии и Франции. Надеюсь, что в ближайшие лет пятьдесят они у конкурентов не появятся.
Здесь всё взаимосвязано. Ко всему прочему надо добавить высокий уровень развития нашей металлургии и науки. Я ведь не просто так создал этакий вариант конструкторских бюро, занимающихся, как военными, так и гражданскими разработками. И вот результат налицо.
Тем временем на сцену вышли новые участники сегодняшнего шоу.
— Мы не стали мудрить и улучшил уже имеющуюся борону. Только сделали её более широкой и добавили зубов. Что сразу принесло результат. Но всё показанное меркнет перед нашей новой сеялкой, — Бельский продолжал лучиться позитивом, — По проекту, урожай увеличится, чуть ли не в три раза. Если сравнивать с обычным севом, конечно.
Для кого-то восторженные слова князя могут показаться сущей глупостью. Однако любой государственный человек прекрасно понимает, о чём речь. Сейчас мы стоим у истоков доминирования русского сельского хозяйства. А это не просто банальный экспорт продукции, причём весьма широкого ассортимента. Мы создаём продовольственную базу для огромной страны с растущим населением. Учитывая новаторские методики хранения зерна, переработку мяса, а также распространение картофеля, Россия может забыть об ужасе под названием голод. Думаю, такое достижение перекроет все предыдущие проекты и реформы. Хотя оно станет их продолжением. Понятно, что мои прогнозы пока теоретические, вот и опробуем задумки на практике.
— А это отчёсываемая жатка, — тон князя уже больше напоминал благоговение, — За основу мы взяли так называемую галльскую жатку и затем переработали. Получился вот такой механизм, толкаемый вперёд двумя лошадьми. Подобная конструкция хороша именно для южных губерний, где летом жарко, стебель пересыхает и становится ломким. За день этот механизм способен собрать хлеб с четырёх десятин!
Разглядываю короб на четырёх колёсах. Лошади впрягались сзади, а колосья ломал лопастный битер, вымолачивая зёрна в специальный контейнер. Чудеса! Ещё и производительность, какая-то сумасшедшая!
Когда я ставил задачу серьёзно заняться улучшением сельскохозяйственной техники, то рассчитывал на более скромные результаты. Успех Бельского и компании невероятен ещё тем, что в России не было никакой базы для создания механизмов. Кстати, нынешняя Европа тоже применяет весьма скудные технологии. Мы же фактически от серпов и деревянных граблей скакнули, чуть ли не сто пятьдесят лет вперёд. Насколько я помню, прорыв в развитии сельхозтехники придётся на середину XIX века. Потом производители будут только улучшать уже созданное и заменят конную тягу двигателями.
Представление продолжалось, а Бельский, казалось, готов описывать свои игрушки до бесконечности. После жатки настала пора молотилки и веялки. Ведь зерно надо не только собрать и отделить от колоса, но и провеять. То есть проветрить, отделив от разных примесей. Это с виду кажется, что хлеб — простая культура. На самом деле до попадания на стол покупателя проделывается колоссальная работа. Поэтому я никогда не понимал людей, которые могли бросить кусок хлеба на пол. Должно быть, какое-то уважение к труду людей. Положи его на лавочку, путь птички склюют, или есть мусорный бак. Но недопустимо топтать такой продукт ногами.