Сын Тишайшего 7 (СИ)
Кстати, фон Гаррах может сколько угодно играть лицом, но дворец его поразил. Как и мой кабинет. Есть у царя Фёдора грех. Любит он различные новинки при обустройстве личного кабинета. Недавно я сменил мебель, приказав поставить два весьма удобных кресла и журнальный столик со стеклянной столешницей. Шкафы у меня тоже новые. В общем, использую положение в личных целях.
— Мы знаем, что вы не любите лишних словесных игр. Поэтому хочу сразу перейти к причине моего приезда, — австриец бросил быстрый взгляд на огромный глобус, стоящий слева от моего места.
Посол стоял напротив. Благо на полу кабинета лежит персидский ковёр с длиннющим ворсом, и его старым ногам должно быть полегче. Я решил не играть в гостеприимного хозяина. Тому же венецианскому послу позволили присесть, как и многим моим министрам или полезным людям. В неформальной обстановке, конечно. На публике людям разрешено сидеть в моём присутствии исключительно в театре и на стадионе. Да и то там отдельные царские ложи.
— Его Величество Леопольд предлагает заключить союз. Можно открытый или тайный, сие вторично. Вы хорошо знаете о европейских делах, нам это известно, — граф кивнул в знак признательности, тряхнув буклями парика. — Грядёт большая война. У Священной Римской империи много союзников, но хватает врагов. Один из них, самый сильный, общий для наших стран.
Фердинанд сделал паузу, ожидая реакции. Киваю в знак понимания.
— Я уже говорил про откровенность. Поэтому не буду скрывать, что мы опасаемся удара с востока. Это ослабит армию империи, которой придётся держать в Банате половину состава. Подобная ситуация, в свою очередь, приведёт к затягиванию войны. А мы только недавно подписали мир после весьма затяжного и затратного конфликта.
Угу. А ещё разорвали союз с Венецией, когда не смогли заставить её отказаться от продолжения войны. Заодно позволили османам перебросить полки для удара по русской армии. Прямо такие откровенные товарищи, набивающиеся в друзья. Тем временем посол продолжал:
— Наше предложение весьма простое. Император признаёт присоединение Великого княжества литовского к России, что закрепит в договоре. Также Австрия прекращает любую поддержку Польши и Саксонии, включая запрет на вербовку наёмников и продажу военных товаров. Поверьте, такой шаг станет ударом для курфюрста Августа. Ведь его новое королевство весьма активно поддерживают богемские и иные иудеи, живущие на землях Габсбургов и по всей империи. Их тоже предупредят о нежелательности лезть в польские дела, — фон Гаррах не дождался моей реакции и продолжил вещать своим каркающим голосом: — Частично запреты уже действуют, и вскоре Польша начнёт испытывать затруднения со снабжением оружием. К сожалению, империя не может предложить вам золото. Вы должны понимать, сколько стоит война.
Здесь я понимающе усмехнулся. Сам в последнее время думаю только о деньгах.
Касательно предложения, то оно интересное. Особенно в отношении запрета евреям помогать Августу. Деньги у них есть. А ещё они искренне ненавидят одного царя по имени Федя, разрушившего немало их схем в Литве, заодно изгнав оттуда их большую часть. Такое не прощается.
Удивительно, что ушлые ребята не послали обычного наёмного убийцу, как было бы дешевле. Думаю, в России хватает различных шпионов. С учётом множества европейских купцов, шастающих по стране, можно попробовать меня подловить. Хотя знающие люди сразу забракуют подобный план. Всё-таки моя охрана на пару веков опережает это время. Да и контрразведка работает неплохо.
Только как я проконтролирую обязательство Леопольда? Никак. У меня нет агентуры среди еврейских ростовщиков Богемии.
Международная поддержка Австрии — попросту пшик. Для них предательство — норма. Также ничего не стоит запрет на вербовку или закупку товаров. Нам разрешат выставить свои заслоны на австро-польской границе?
— Что взамен?
— Вы начинаете более активную войну против магометан. Предположим, через год. Россия не претендует на Трансильванию и Валахию, вам остаётся Молдавия, но без Буковины. Также ваша армия не идёт далее Южной Добруджи, — быстро ответил посол.
Всё-таки нас продолжают держать за дикарей с большой дубинкой. Сколько пафоса, а на выходе меня хотят откровенно поиметь. Типа денег у нас нет, зато есть международная поддержка. Давай воюй, русский, лей кровь за чужие интересы.
Меня всегда удивлял противоестественный союз между Австрией и Россией моей реальности. Сколько раз нас предавали, но Романовы продолжали исступлённо лезть на кактус. Прямо какой-то мазохизм. Только не в этот раз.
— Ступайте, граф. Я внимательно прочитаю детали предложения и вскоре дам ответ, — машу рукой тут же склонившему голову фон Гарраху.
Дверь за послом закрылась, а я развалился в мягком кресле. Думаю, услышь посол контрпредложение признать за нами не только Добруджу, но и Фракию с частью Македонии, то его хватил бы удар. Про проливы лучше не упоминать.
* * *— Здравствуй, брат. Сиди, — машу рукой Ивану, зайдя в его кабинет.
Быстро оглядываю помещение. Весьма скромная отделка, стол, заваленный бумагами, и керосиновая лампа. Три огромных шкафа, набитых книгами и папками. Два кресла и небольшая кушетка. На стене картина, где изображена его семья. Рабочая атмосфера и немного душновато. Хорошо хоть светло. Я запретил Ване читать и писать при наступлении темноты. Нарушает, конечно. Но Мария внимательно следит за мужем, не позволяя ему лишнего.
На время болезни чета перебралась в Коломенское. Здесь воздух лучше, заодно просто веселее. Особенно детям брата, которых он очень любит. Семейных интриг он всегда сторонился, зато с удовольствием преподаёт племянникам в местной школе, рассказывает им сказки или участвует в театральных постановках. Супруга его тоже придерживается той же позиции, помогая мужу. А они ведь в браке более шестнадцати лет, как и я. Но смогли сохранить прекрасные отношения. Не удивлюсь, если это любовь. Аж завидно стало и в груди ёкнуло.
— Как ты себя чувствуешь? Не рано начал работать?
— Надо прочитать три доклада, а затем…
— Одевайся, обувайся — мы идём гулять. Погода прекрасная, снег только выпал. На улице солнечно, но не холодно. Воздухом подышишь, — начинаю распоряжаться, перебив Ивана.
— Эй, кто там! — поворачиваюсь в сторону двери, где сразу возник секретарь. — Почему не проветриваете комнату? И почему мой брат не соблюдает график?
У Вани есть специальный распорядок. Сам он про него забывает. А Мария на пару дней уехала к матери в Москву.
— Прости, государь, — рухнул на колени человек, затрясшись от моего взгляда. — Более не повторится.
— Знаю, — отвечаю со злой усмешкой и обращаюсь к Истоме, также заглянувшему в кабинет: — Проверишь.
Дивов аж засиял, услышав приказ. Скучно ему. А так можно потиранить приличных людей. Хотя здесь я на его стороне. Брат только оклемался от тяжёлой болезни. Зрение у него более-менее нормальное, но приходится носить очки. Однако начались проблемы с ногами и спиной. Чем-то симптомы похожи на мои мучения. Только я изнуряю себя тренировками и постоянно в движении, а Ваня ведёт сидячий образ жизни. Пришлось приставить к нему в качестве личного тренера одного охранника, контролирующего, чтобы один из самых близких мне людей занимался физкультурой. Нам надо постоянно работать со своим телом, а не только пить настойки.
— Действительно, хорошо! — произнёс Иван, прищурившись и глядя на солнце.
Октябрь мне тоже нравится. Снег пошёл уже второй раз, но пока обошлось без особых морозов.
Мы некоторое время шли по тропикам парка, дышали воздухом и просто молчали.
— Я не просил тебя полностью погружаться в дела министерства, — произношу с укором.
— А как иначе? Ты же себе поблажек не даёшь. Вон, даже сына к делам привлёк, — добро улыбнулся Иван.
— Посмотрим, выйдет ли толк. Пока Саша при министерстве торговли, осваивает азы. Потом переведём к вам в Минфин. Только сейчас речь не об этом. Нам не хватает денег, — меняю тему разговора.