Невинная для Севера

– Не местная, что ли?
– Нет. Приехала учиться.
– Вот оно что… И как? Многому научилась? – в ее голосе отчетливо слышна насмешка, и я, прижав к себе одежду, разворачиваюсь к двери.
– Да ладно, стой! – говорит Лена тут же. – Что, обиделась?
– Мне надо переодеться и пойти к Валентине.
– И что, ты правда думаешь, что сможешь отработать такой долг просто горничной?
Этот вопрос мучает и меня. Но ответа нет. Точнее, есть подозрения, и мне они не нравятся. Так что я просто пожимаю плечами.
  
– Я уже пыталась донести этому вашему Северу, что меня подставили. Но он слишком упрямый и безразличный.
Лена фыркает.
– Неужели ты реально про него совсем ничего не слышала? И то, что он, по сути, хозяин города? И что весь порт принадлежит ему одному?
Снова жму плечами. Может, что-то такое и было. Конечно, девчонки в университете болтали разное. Но я не особенно обращала внимания. В отличие от многих, я студентка на дотации. И если я не буду хорошо сдавать сессию, то меня отчислят. А платить за мое обучение попросту некому – мать давно уже не интересуется моей жизнью, предпочитая этому компанию собутыльников.
– Вот ты даешь, – продолжает между тем Лена. – Он же такой властный и богатый, – мечтательно добавляет. – Мне кажется, любая была бы рада его вниманию.
– А я не рада, – качаю головой. – Мне бы домой вернуться и на учебу. Но отсюда, похоже, не сбежать.
– Ну, вообще-то это не совсем так, – вдруг говорит Лена. – Если знать, то возможность покинуть территорию есть.
– Ты серьёзно? – ухватываюсь за возможность. Мне очень важно попасть в общежитие и суметь как-то договориться с преподавателями, что я буду закрывать долги по учебе после. Или еще что придумать. Найти того же Рената и попросить о помощи. В конце концов, он меня бросил, и должен за это разобраться с Севером.
– Ну да. Если не побоишься, конечно. И в принципе я могла бы тебе помочь, – многозначительно добавляет она. – Но не за просто так.
Лена выжидающе смотрит на меня. А я хоть и понимаю, что это, получается, единственный шанс, но все равно – чувство, что цена окажется для меня слишком уж… непомерной. Вот только какой выбор? Рискнуть? Или остаться здесь расплачиваться за чужую ошибку?
 
5 Алина
 
– Так, я не поняла – мне вас долго еще ждать? – вдруг врывается в комнату Валентина, и разговор приходится свернуть. Лена выразительно хмыкает и тут же улыбается той.
– Валя, ну чего ты, девочка новая, пока все расскажешь.
– А ты лучше делом займись – уборку на втором этаже никто не отменял, – строго возражает Валентина. – Новенькая – за мной.
Естественно, я подчиняюсь, но пока иду вслед за женщиной, не перестаю думать о словах Лены. Судя по всему, она восхищается этим Севером. Что, как по мне – странно. Человек он пугающий. И холодный.
Как можно хотеть внимания такого мужчины? Не понимаю.
– Значит, так, – говорит между тем Валентина, приводя меня в небольшое подсобное помещение. – Здесь можешь переодеться. А после занимаешься уборкой на первом этаже. Надеюсь, руки из правильного места растут, и объяснять, как и что мыть – не надо?
Она цепко смотрит на меня, и я тут же киваю. Уж что-что, а убираться я точно умею. Мама этим не особенно занималась дома. У нее были другие интересы, а меня воротило от того бардака, что порой оставался после их попоек. Радовало, что хотя бы не каждый день, а  иногда она просто уходила к своим дружкам, и тогда у меня выходило несколько дней покоя.
– Хорошо. Естественно, если что-то прикарманишь, наказание будет жестким. Воровкам здесь не место.
– Я  бы и не…
– Все вы “не”, – передразнивает меня Валентина. – Правила простые – делай работу молча и качественно. И все будет в порядке.
– А вы не знаете – надолго я здесь? – осторожно спрашиваю у женщины. Та лишь брезгливо морщится.
– Откуда? Мне Сергей Александрович не докладывает о своих планах. Впрочем, с такой мордашкой пристроишься быстро.
– Я не хочу, – мотаю головой. – Мне бы просто домой. Понимаете?
Она лишь отмахивается, явно не веря мне.
– Все вы принципиальные поначалу и готовые драить полы. Да что-то быстро сдаетесь. Пара недель, и все. Согласны уже совсем на другие условия.
Так вот как это работает… Значит, Север отправил меня работать горничной, чтобы я сдалась и согласилась на те самые аукционы, а он поимел с этого денег?
– Я не все, – упрямо повторяю. – И мне другие условия не нужны.
Валентина вздергивает бровь недоверчиво.
– Милочка, знаешь, сколько тут таких, как ты, было? В комнате, где тебя поселили, жила вот одна. Знаешь, где она теперь?
– Лида? – догадываюсь, сложив два и два.
– Лида-Лида, – кивает Валентина. – Так вот месяц продержалась. Тоже была вся из себя гордая и “не такая”.
– А теперь?
– Теперь раздвигает ноги перед толстосумом, – кривится она. – Так что не надо тут громких слов, Алина. Все вы одинаковые.
Меня коробит от ее цинизма, но я больше не спорю. Просто нет смысла. Похоже, тут никто не верит, что у человека может быть самоуважение.
– А можно подробнее перечислить, что именно мне надо делать? – уточню, оглядываясь по сторонам и прикидывая, что где взять.
– Сухая и влажная уборка. Ванные комнаты тоже. Но здесь на этаже их всего две. Естественно, технику влажными тряпками не протирать – для этого есть специальные салфетки. Пылесос и швабра – в том углу, – инструктирует Валентина. – Питаться будешь со всеми на кухне. Лена позовет, когда будет готово. Ну, или сама приходи – по расписанию в два часа обед, в шесть ужин. Все понятно?
– Да.
– На второй этаж не ходи. Но если вдруг забудешь, – усмехается женщина, – то в дальнюю комнату не суйся.
– Да я и не собираюсь…
– И еще – если ты уж и правда не такая, – хмыкает Валентина, – не крути жопой перед охранниками. Тебя тут защищать некому, девочка. Зажмут в углу  и попользуют, если дашь повод.
– А если не дам, а они все равно зажмут? – напряженно спрашиваю, вспоминая, как тот самый Кирилл на меня навалился сегодня.
– Мужики здесь тренированные в этом смысле. Просто так трогать не будут. Так что сама смотри – хочешь адреналина, потом не жалуйся. Ни Кирилл, ни Марк разбираться не станут, и слезы тебе утирать некому будет.
После этого она уходит, а я переодеваюсь и приступаю к уборке. Вообще людей в доме довольно мало – хотя особняк просто огромный. Зачем такой, я не понимаю.
Но это и не мое дело.
Лену я до конца дня больше не вижу – даже во время обеда. Когда прихожу поесть, на кухне, которую я нахожу далеко не с первого раза, только Валентина, Мария – кухарка. И все. Еще заходят двое ребят из охраны. Заинтересованно поглядывают на меня, но когда Валентина их осекает, быстро уходят.
Еще пару раз натыкаюсь на Кирилла – тот бросает на меня мрачные взгляды, но ни слова не говорит.
В целом день проходит спокойно. Только у меня никак не выходит встретиться с Леной и уточнить, что она имела в виду про возможность сбежать за ворота. Я ведь уже целый план успеваю придумать – как свяжусь с Ренатом и попрошу его о помощи. Он же обещал защищать меня и быть рядом.
После ужина Валентина строго спрашивает, убралась ли я в библиотеке. И на мой ответ “нет” отправляет, что называется, дорабатывать. Я уже так устала, что с радостью бы наплевала на эту самую библиотеку, но в то же время я помню ее слова про то, как быстро сдаются девочки, выбирая другой путь, и это помогает держаться.
Лучше уставать и мыть полы, чем продавать свое тело.
Поэтому приношу стремянку и, поставив ту к высокому книжному шкафу, достающему почти до потолка, забираюсь на нее, чтобы протереть пыль с корешков.
  
Занятие это довольно монотонное, но на очередной полке я торможу, Заметив очень редкое издание по истории культурологии. Зависаю, разглядывая его. На лекциях преподаватель рассказывал про эту книгу, но я даже подумать не могла, что дома у такого, как Север, может оказаться нечто подобное.