Кафедра 2 (СИ)

Почти затёрла. Вошедший слуга, увидев её и лужу крови на полу, тут же поднял тревогу. Ну а дальше: больничная палата, медики, капельницы… Кстати, мне они реально были необходимы.
Очухалась примерно через неделю. Ещё немного попритворялась беспомощным бревном, осваиваясь в новом теле и с памятью Аничковой. Тогда же смогла восстановить картину последних минут Дарьи.
Она очень сильно боялась отца. Так боялась, что предпочитала от своих страхов скрываться в алкогольном и наркотическом безумии. Все её выходки тоже оттуда растут.
  
В один из дней, накидавшись наркотой, Дарья стащила из семейной библиотеки какую-то жутко запрещённую книгу и нашла в ней схему, которая поможет переместиться в Преисподнюю. Знаешь, зачем?
— Потому что обдолбанная была? — сразу же выдал я наиболее очевидную версию.
— И это тоже, иначе бы не напутала в пентаграмме часть линий, — кивнула девушка. — В её воспалённом мозгу возникла идея, что только из Иного Тумана… Блин! Нужно отвыкать от старых словечек, чтобы снова не проколоться, как с тобой! Из Преисподней можно убить отца.
— Действительно, сильно обдолбалась.
— Да. Этого не отнять. Но… Знаешь, что самое интересное, Родион? Вся память Даши во мне сейчас, только в ней есть серьёзные пробелы. И все они связаны именно с отцом.
— Ментальные блоки? — вынес предположение я, основываясь на опыте Ликвидатора Сидо. — Причём такие, что чужое сознание, даже переселившись в тело, не смогло их вскрыть?
— Сразу чувствуется профессионал, — улыбнулась Дарья. — Мне, чтобы прийти к подобным выводам, понадобилось несколько недель. Вначале думала, что это все провалы в памяти связаны с наркотиками. Ох… Долго же я от зависимости избавлялась! Шесть ночей провела в пентаграмме Очищения! Поверь, держать концентрацию во время «ломок» — ещё то удовольствие. Думала, что умру от нервного и физического истощения.
— Поэтому даже алкоголь теперь не употребляешь?
— Да. Второй раз пойти на такой подвиг я не способна. Так что любые дурманящие вещества теперь на дух не переношу. Вернее, опасаюсь их. Но разговор о другом. Дарья очень боялась отца, и в ней стоят серьёзные блоки, связанные с князем. Причём страх и блоки появились, когда девочке исполнилось одиннадцать лет. Сразу же, когда она обзавелась «критическими днями».
— Половое созревание… — задумался я. — В этот момент начинает формироваться Дар. Неспроста такое!
— Да. И, судя по памяти Даши, фобии и желание забыться тоже стали проявляться именно в это время. Правда, вразнос она пошла лишь в четырнадцать лет. Но мысли о самоубийстве два раза чуть было не осуществила ещё в нежном возрасте. Спасли случайности, и никто о попытках не узнал. Получается, что отец и дочь связаны некой страшной тайной.
Инцест и педофилию исключаем: тут, согласно воспоминаниям, всё чисто. Но князь как-то использовал Дар Дарьи. Причём в таком извращённом варианте, что лучше бы трахал, как бы ни мерзко это звучало. Для Аничкова дочь — всего лишь инструмент. Для чего? Не знаю. Но подложить Дарью под необходимый объект в виде тебя он может легко.
— Мне надо обдумать твои слова, — признался я. — Сейчас сложно говорить конкретно.
— Думай, Родион, — согласилась Дарья. — Но что нам с тобой делать? Признайся, мы мешаем друг другу идти к власти.
— Независимости, — поправил я. — Почему-то мне кажется, что ты совсем не ориентируешься в местных реалиях.
— А когда изучать было новый мир? — развела руки в стороны княжна. — Приводила себя в порядок, потом выходила на полный Дар Аничковой, который она, к несчастью, совсем не развивала. И это всё под строгим присмотром слуг нашего дворца. Пределы его тоже почти не покидала. Когда услышала, что меня направляют в Академию, то чуть не расплакалась от счастья.
Ты представить себе не можешь, насколько утомительно сидеть в «золотой клетке»! В Школе Ликвидаторов, несмотря на казарменное положение, и то было легче! Но… Как ты узнал, что я неопытна в местной жизни?
— Ты слишком самоуверенна. Поверь, этот мир хоть и отстал от нашего во многих вещах, но тут есть свои сложности. Страха, как перед всевидящим оком Вечного Императора, никто не испытывает, поэтому все схемы власти запутаны донельзя. И некоторые работают удивительно чётко.
Меня уже талантливо обложили со всех сторон и твой папенька, и жандармское управление. Криминал не обошёл стороной. Уверен, что полиция тоже имеет досье на некоего Родиона Булатова.
К тому же ты ориентируешься на силу своего прежнего мира. Она у обоих нас не та. Новые тела ещё прокачать необходимо.
На данном этапе становления мы нужны друг другу. Поверь, с моим опытом и твоим титулом можем достичь многого. Враждовать сейчас — дело бесперспективное. Лучше заключить временное соглашение и продвигаться в паре.
— Временное? — переспросила Дарья.
— Да. Доверять тебе полностью не могу. Впрочем, как и ты мне. Но предлагаю заключить союз. Когда возникнет конфликт интересов — тогда снова поговорим на эту тему. Согласна?
Аничкова думала долго, уставившись в зелёную гладь пруда. Наконец она пришла к определённому решению.
— Согласна, Родион.
— Отлично. Два ликвидатора Вечного в одной Российской империи могут достичь многого.
— Тогда поехали отсюда, — впервые за весь день улыбнулась Дарья. — Родя… Скажи честно. Если бы я отказалась, то чтобы ты сейчас сделал?
— Убил тебя и бросил в этот вонючий пруд.
— Ха! Ещё не факт, что в нём оказалась бы я! — усмехнулась девушка, незаметным движением доставая из рукава явно зачарованный узкий стилет.
— Да. Шансом у меня не было, — спокойно согласился я.
— Родион… Вот так просто? Ты не припас для меня смертельную ловушку? Признавайся, что у тебя есть?
— Исключительно мужское обаяние, — наигранно самодовольно произнёс я и добавил уже серьёзно: — Твоя смерть, конечно, тоже. Ты до сих пор остаёшься самоуверенной девчонкой. Не повторяй своих прошлых ошибок. Лучше скажи, как объяснишь отцу нашу прогулку? Водитель обязательно доложит о ней, а устранять его пока нецелесообразно.
— Скажу, что ты влюбился в меня с первого взгляда. Расслюнявился тут в комплиментах и чуть ли не валялся у моих ног. Я же, помня папочкино наставление втереться в доверие, затеяла игру с тобой.
— Отличная идея! — произнёс я, вставая на колени и целуя руку Аничковой.
— Родион… — оторопела от такого девушка. — Ты сбрендил?
— Шофёр может незаметно следить за нами. Так что поваляюсь у твоих ног по-настоящему. Готовься на втором свидании к поцелую, чтобы совсем взаправду было.
— Фу! — скривилась Даша. — Я помню тебя ещё в прошлом обличье. Но… Вообще-то ты красавчик! К тому же мало кто из наших девчонок мог похвастаться, что соблазнила самого легендарного Ликвидатора Сидо.
— Из тех никто не может, — подмигнул я. — Но учти, тут у тебя конкуренция будет большая. А теперь сделай смущённую позу и дай мне подняться, пока соком травы колени не испачкал. Отстирывай потом.
— Никакой романтики… Ладно. Вставай, молодой старик, и поехали в Петербург. Мне не терпится отчитаться перед папулечкой и посмотреть на его реакцию.
  
Глава 19
 
Уже дома я долго размышлял над сегодняшней встречей. Всё неожиданно даже для меня. Приятно, что Миа, переродившись в Дарью, не утратила мозги и не пошла вразнос. Девочка действительно умна и не зря была лучшей ученицей в Школе Ликвидаторов.
Удивила реакция Вечного Императора на моё самоубийство. Видимо, Меч Душ представляет собой совсем не тот артефакт, о котором официально заявлено. Скорее всего, он может не только давать свободу душам, но и порабощать их. Чем и пользуется Вечный для каких-то своих целей.
  
Но сейчас это уже неважно. Я навсегда расстался с прошлой жизнью и миром. А вот в новом… Князь Аничков! Всё больше и больше вопросов по этому персонажу. И все они тревожные.
Зачем он, словно акула кружится вокруг меня? С возможностями князя можно легко раздавить студентика Булатова. Но вместо этого подсылает свою дочь. Которая к тому же его боится и имеет в голове серьёзные блоки в памяти.