Кафедра 2 (СИ)

— В эту же ночь сгорел? — поинтересовался я, понимая, о чём идёт речь.
— Почти. В те же сутки, но наутро. С первыми двумя я легко отбрехался — меня на горло не возьмёшь. Голословные обвинения в свой адрес ни от кого не потерплю, поэтому сразу заявил, что не сделал ничего предосудительного, а исполнял свой долг. Всё по уставу проделано, и Иван Иванович с остальными «Иванчатами» могут своим негодованием подтереться.
  
А то, что сорвали чью-то операцию, так это не нас винить нужно. Мы не привокзальные гадалки, чтобы чужие мысли читать. Поделились бы информацией заранее, скоординировали с жандармским управлением свои действия, глядишь, и не произошло бы конфуза.
Короче, поговорили громко, но предметно. Только вот этот третий хутор Иванову никак покоя не давал. Он то с одной стороны про неё спрашивал, то с другой заходил. И всё норовил выведать имя моего осведомителя. То есть тебя, Родион, искал.
— Ну а вы? — напрягся я, понимая, что дело пахнет керосином.
— Поведал про того самого убиенного разбойника Переплёта, что ты мне подсунул. Пусть проверяет. Я не первый год на службе, поэтому своих истинных помощников никогда не выдаю. А хутор и вправду странным оказался. Тварей там никаких не обнаружилось, но десятка два обгоревших трупов нашлось. Причём все человеческие и померли не от огня, а от различных травм, нанесённых холодным и огнестрельным оружием. То есть ещё до поджога.
— Разбойнички напали? — сделав заинтересованную физиономию, предположил я.
— Там люди тёртые жили, поэтому разбойников должно было быть человек пятьдесят. Но таких банд в округе не водится.
— Бросьте, полковник! У вас даже целые поселения тварей под носом спокойно живут!
— Справедливый упрёк, — кивнул Краснов. — Только сдаётся мне, что было нападавших не больше десятка человек. Одарённых! Как тебе такая версия?
— Более правдоподобная, если честно. Отребье и среди одарённых встречается.
— Я бы не стал их отребьем называть.
— Не понял, Юрий Евдокимович…
— Аккурат в то же самое время в двадцати километрах обнаружилось несколько странных телег, доверху наполненных измождёнными голыми людьми. Страшная картина! Там почти все дети. После того как их врачи немного в чувство привели, все поведали, что их силой похитили или хитростью заманили какие-то тётеньки с дяденьками. Так и оказались в плену, где подвергались нечеловеческим пыткам. Последнее, что помнят из своей тюремной жизни, как наверху раздавались выстрелы. Потом все разом уснули. Ну, а очнулись уже на свободе. Где их в заточении держали, тоже рассказать не могут.
— Жуть.
— И не говори! Но вроде бы какая связь между несчастными пленниками и пожаром на хуторе?
— Время примерно одно и то же, — с готовностью ответил я. — Больше ничего не вижу. Могло быть и совпадение.
— Что-то много совпадений за одни сутки получается. Только вот вчера наши дознаватели, что до сих пор пепелище разгребают, принесли интересный доклад. Оказывается, один из больших погребов был явно переоборудован в темницу. Также нашли остатки баллонов, предположительно из-под сонного газа. Поэтому и уснули все пленники разом. А в лесу неподалёку при прочёсывании нашли присыпанные землицей сожжённые человеческие останки… Почти все детские. По черепам девять человек насчитали.
Так что выходит следующее. Напавшие на хутор не какие-то там кровожадные ублюдки, а настоящие спасители. Душегубов замочили, пленников освободили и даже доставили их поближе к городу.
Но вопрос в другом… Думаешь, Родион, почему я тут пред тобой соловьём заливаюсь, страшные сказки рассказывая?
— Почему?
— Потому что моя чуйка просто вопит, что без тебя дело не обошлось. Вначале нас натравил на две деревни с тварями, а сам в это же время под шумок с хуторянами разобрался. Решил в благородных разбойников поиграть?
— Хутор от деревень далеко находится? — моментально спросил я, понимая, что ещё немного и могу основательно влипнуть.
— Далеко.
— И смысл тогда вас сдёргивать на другой конец пригорода?
— Не знаю, но какой-то смысл был. Вот ты про него мне и расскажешь. Также расскажешь, чем тебя этот чёртов банк «ТМиН» заинтересовал. Мне Иванов приказал к нему и на пушечный выстрел без команды не приближаться. К тебе вообще вопросов много.
— Полковник, я тут ни при чём. Так что зря этот театр с переодеваниями устроили. Могли бы спокойно вызвать к себе в кабинет и уже там официально предъявлять свои безумные обвинения.
— В том-то и дело, — вздохнул Краснов, — что предъявить тебе пока нечего. Да даже если и было бы, то сто раз подумал, прежде чем в камеру сажать. Но я не тот человек, которого можно использовать втёмную. Понял?
— Относительно да, хотя ко мне это не имеет никакого отношения.
— Упёртый ты. На своём до конца стоишь. Тогда давай так. Будет информация — неси. Теперь ты мой официальный осведомитель. Естественно, мелкие шалости наше ведомство не интересуют. Поверь, примитивных стукачей без тебя хватает. А вот что-то серьёзное, связанное с тварями — самое то. И не нужно говорить, будто бы ты не в теме. Пришлось почитать твоё личное дело. Гриф «Секретно» стоит, но даже с ним оно явно неполное.
Поэтому и явился под личиной простого мужика. Иванов несколько раз и про тебя вскользь заикался. Если такому человеку на карандаш попадёшься, то уже с него не соскочишь. А за мной обязательно негласная слежка с месяц вестись будет… Или я ничего не понимаю в сыске. Не поверит Иван Иванович, что я своего информатора сдал. Утрётся подкинутым Переплётом, но не поверит.
— И кто же это за всемогущий Иванов такой, что пинком любые кабинеты открывает? — задал я прямой вопрос. — Уж не князь ли Аничков?
— Он. А говоришь, что простой студент. Нет, Родион, простые про таких особ не ведают.
— Я с его дочерью вместе учусь. Видимо, проверяет информацию по Дашиным однокурсникам.
— Вот как? Но Дарья, хотя ещё та оторва, только вряд ли растрезвонила о деятельности отца. Да про его работу вообще никто, кроме государя, толком ничего сказать не может. То он один из «Иван Ивановичей», то консультант при Торговой палате, то ещё кто-то. Но князь объявляется лишь там, где дела серьёзные творятся.
— Я знаком с князем. Правда, до последнего времени сам считал, что он один из «Ивановых» Тайной полиции.
— И где же вы с ним познакомились?
— В моём личном деле об этом нет?
— Ни строчки. Но я допускаю, что на твоей странной практике. Про размытие Границы там есть немного.
— Тогда вы должны понимать, что я подписывал некоторые неприятные бумаги о неразглашении. На этом и остановимся. Если хотите сотрудничать со мной, то условия такие. Обещать ничего не могу, так как действительно случайно получил информацию. Но если что-то узнаю по вашему ведомству, то сразу же сообщу.
— И что взамен?
— Ничего, господин полковник. Но если мне вдруг понадобится какая-нибудь ответная услуга, то обращусь.
— Дорого берёшь, Родион, и опять втёмную сыграть пытаешься. Но мне почему-то кажется, что отказываться от такой сделки не стоит. Тем более, я сам же её и предложил. Тёмные лошадки, вроде тебя, часто приносят хороший куш. Что ж… Время позднее, пора расходиться. Иди первым.
  
Глава 15
 
Озадачил меня полковник Краснов по полной программе. Хитрый мужик! Вроде ничем особенным не пригрозил, так как имеет только личные, не подкреплённые фактами подозрения, но быстро взял в оборот. Откажись я от сотрудничества, вмиг бы начал глубоко копать под Родиона Булатова. А его пристальное внимание вкупе с интересом князя Аничкова возьмёт меня в такие тиски, из которых сложно будет выкрутиться. Так что пусть полковник лучше в друзьях ходит, чем во врагах. Глядишь, на что-нибудь и сам пригодится.
  
Об этом всём размышлял на кухне, помешивая ложечкой давно остывший чай. Неожиданно из кабинета послышался шум. Войдя в ускорение с верным Тараканом в руке, я быстро переместился туда, готовый в любой момент вступить в бой. Но драться, кажется, ни с кем не нужно.