Кафедра 2 (СИ)

— Ты просто не знаешь моего господина, — оскалился Тёртый. — Хотя сейчас безумно хочу, чтобы узнал и подох от его руки, но больше сказать тебе нечего. Придёт время, хозяин сам найдёт тебя. И тогда готовься к долгой и очень мучительной смерти! За меня отомстят!
— Да кому ты нахрен нужен, будущая горстка пепла? — усмехнулся я и зашёл в пентаграмму. — А вот мне полезен ещё будешь.
  
Разрезав на груди так и не сумевшего трансформироваться в Сущность Михи тонкую шёлковую сорочку, я начертил около его сердца знак Приобщения. После этого уже привычным ударом вогнал в него Таракана и стал качать в себя энергию Твари. Её оказалось даже больше, чем у Шведа, но в этот раз я намного легче усвоил силу Преисподней. Отрадный факт! Значит, мой внутренний резерв прилично расширился за последнее время.
Вскоре бес Вожделения подох, и я быстро покинул пустырь.
Придя домой, быстро впал в спячку, но она была недолгой. Всего лишь до утра проспал, а не два дня, как после перекачки силы Сени Шведа. Приведя себя в порядок, задумался.
Победа приятная, давшая основательную прокачку, но в остальных смыслах абсолютно бесполезная. Я так и не узнал, кто верховодит столичными Сущностями. Да и ничего не смог заработать. А ещё у Михи Тёртого, уверен, в голове было много интересной информации по структуре местного криминального общества. Но и ею пришлось пожертвовать ради скрытности.
— А неплохо мы с тобой, хозяин, вчера перекусили! — вскочив на кухонный стол, произнёс белкогад.
— Ты чего: тварей не просто убил, а сожрал? — поинтересовался я, не разделяя его бодрости.
— Не! Когда ты беса выпивал, мне тоже часть энергии прилетела. Смотри, как теперь умею!
Тут же Чпок стал таять.
— Ну как? — гордо заявил он, находясь в полупрозрачном состоянии. — Видишь меня?
— Вижу, — обломал я белкогада. — Правда, слабенько.
— Да? Значит, невидимость пока не полная. Давай ещё пару тварей в себя впитаем и тогда…
— Тогда я сдохну, Чпок. Мне бы для начала энергию этой полностью переварить. Чую, что силушки прибавилось, но в состояния жуткого похмелья сейчас нахожусь. И жрать хочется… Ты готовить умеешь?
— Нет, — помотал головой зверёк. — У меня лапы, а не руки.
— Жаль… Надо Дуре приказать элементарную яичницу приготовить,- пошутил я. — А то у тебя лапки, а мне задницу от стула лень оторвать.
Грохот в спальне заставил меня и Чпока насторожиться. Белкогад тут же заскочил на холодильник и, снова став полупрозрачным, приготовился атаковать сбоку. Я же, резко пожалев, что Таракан остался в гостиной, выхватил свой зачарованный кастет, с которым не расстаюсь даже в душе. Ещё по прошлой жизни Ликвидатора Сидо привык иметь при себе хоть какое-то оружие даже в самой мирной обстановке.
Топот бегущих ног всё ближе и ближе… Похож на человеческий, но это ничего не значит. Как только непрошенный гость влетел на кухню, мы с Чпоком сразу же его атаковали. Точнее, хотели атаковать, но в последний момент замерли в лёгком охреневании. Причём Чпок замер прямо в полёте.
Дура! Это она! Не знаю, что её сподвигло после длительного простоя выбраться из шкафа, но мёртвая девка, не обращая на нас никакого внимания, пулей подлетела к плите, с грохотом поставила на неё сковороду и включила газ. Потом метнулась к холодильнику, схватила пару яиц, вернулась к плите и с размаху шмякнула их на сковороду.
— Ыышныца-а-а-а… — словно тужась в туалете, выдавила из себя, ткнув сковородой мне в морду.
Еле успел отшатнуться, иначе ожог был бы обеспечен. А с ним и перелом лицевых костей реально мог заработать.
— Дура! — завопил я, на всякий случай отскакивая в сторону. — Ты совсем охренела⁈
— Ыыш-ш-шныца-а-а-а… Хы-ы- ызаин… Ыышныца-а-а-а…
После такой длинной речи она заткнулась и снова замерла истуканом, не выпуская сковороду из рук.
— Чпок. Что это было?- спросил я у озадаченного белкогада.
— Кажись, хозяин, не только мне от беса энергии перепало.- задумчиво проговорил он. — Дуре тоже кой-чего прилетело. Ты назвал её по тому имени, что мы дали, и пожелал яичницы. Вот тебе и яичница…
— Вполне возможно, — согласился я. — Но что-то мне больше не хочется отдавать Дур… этой другие приказы. Пойдём-ка на шкаф глянем. У меня нехорошие предчувствия.
И они меня не обманули. Придётся покупать себе новый шкаф. Дура не просто услышала приказ, но ещё и, обработав его в своей мёртвой башке, не стала особо заморачиваться, а вынесла обе створки шкафа. Щепки от них теперь покоятся в другом конце комнаты.
— Да не расстраивайся, хозяин! — попытался поднять моё настроение Чпок. — У тебя ещё парочка есть. Так что наша Дур…
— Не называть её по имени! — резко перебил я, боясь новых телодвижений крестьянки.
— Понял. Так вот: наша девочка спокойно может и в другом спрятаться, когда гости заявятся. Но ты оцени сам факт! Ду… пардон, квартирантка умнеет! Мало того что говорить стала, так ещё почти вспомнила рецепт яичницы. Ну да, эту жижу со скорлупой жрать невозможно, но ведь лиха беда начало!
— Вот именно, что «лиха беда». Теперь ругательство на букву Д с последующими словами будет восприниматься ею как приказ к действию. А если кто-то из моих гостей случайно ругнётся?
— Так ты её выдрессируй, раз послушная, — предложил белкогад.
— И то верно, — согласился я. — Мог бы сам додуматься, но после вчерашнего голова ещё плохо соображает.
Опять вернувшись на кухню, увидел Дуру, стоящую в той же самой позе со сковородой в руках.
— Кивни, если меня понимаешь.
Мёртвая девка кивнула.
— Запоминай мой приказ. Сейчас я тебя отнесу в другой шкаф. В нём спокойно стоишь и не реагируешь на остальные приказы, пока я не открою дверь и лично, глядя в лицо, не скажу, что надо делать. Поняла?
— Ды.
— Молодец. И это… Тебе в шкафу удобно?
— Ды.
— Может, хочешь чего?
— Нэ.
— А голодная? — решил я конкретизировать вопрос.
— Ды.
— Ладно. Сейчас покормлю.
Пока сцеживал кровь в рюмку, пришёл к неутешительному выводу, что Дура в активном состоянии тратит больше энергии, а значит, и кормить её придётся чаще. Так никакой кровушки не напасёшься. Но вслух ничего говорить не стал. А то ещё переклинит очередная отмершая извилина у девки, и она решит сама себя угробить в угоду хозяину. Убирай потом с пола вонючую лужу из гноя… Да и жалко её как-то. Хоть и дохлая, но уже вроде и своей становится.
После кормёжки закинул Дуру на плечо, отнёс в кабинет и запихнул в шкаф. Вовремя успел это сделать. Почти сразу же раздался звонок в дверь. Ко мне влетели довольные Генка и Витька.
— Ну что, Родион? Идёшь с нами на тренировку? — спросил Феклистов.
— Не, парни, — отмахнулся я. — Нужно кой-какие дела порешать.
— Ну, смотри! Скоро учебный год начинается. Дракон нам на кафедре сказал, что два раза в неделю будет и вас гонять. Но уже не как до этого его ассистенты делали, а по-настоящему. Поверь, Родька, пора уже сейчас приходить в нормальную форму. А то печень от перегрузок по кусочкам выплёвывать будешь. У Сергея Витальевича не забалуешь!
— Всё будет хорошо. Не сегодня, но на днях обязательно схожу к вашему крутому мастеру, — пообещал я и закрыл за товарищами дверь.
Да, тренировки — дело хорошее, но у меня и без них сейчас забот хватает. С бандитами на время вроде должно поутихнуть. Но остаются ещё и непонятные «вежливые люди», следящие за мной из соседней парадной. От такого внимания у меня спина между лопаток чешется. Да и надоело крадучись на дело из собственного дома выходить. Беда в том, что таких, как людей Креста, в лесу не прикопаешь.
  
Глава 7
   
Целый день я посвятил тому, чтобы как следует обдумать проблему «шпиков» и найти безболезненное решение этого вопроса. К сожалению, ничего, кроме силовой акции на ум не приходило. Помогло… окно. Подойдя к нему, неожиданно увидел своего коллегу-домовладельца, выходящего из парадной и активно размахивающего руками. Видимо, «бедный еврей» опять остался недоволен суммой арендной платы.