Антибол. Сбитый летчик (СИ)

— А я настаиваю на своём неотъемлемом праве на личную жизнь, — возразил я.
Хомяк задумчиво покрутил носиком.
— Нет такого права, — наконец сказал он. — Жизнь знаменитостей — такое же достояние общественности, как… свет Ока Люцифера, взносы в Гильдию и право пользование общественными уборными.
— Не видел в Сан-Инферно ни одной общественной уборной.
  
— Потому что их нет, — хомяк с достоинством выпрямился. — Но право пользования — имеется, и у нас его никто не отнимет.
Я прикрыл глаза и немного подышал.
— Хрен с ними, с уборными. Ты опять ничего не написал про футбол. Про саму игру.
— Но я же выписал вас, тренер в самом привлекательном свете! — возмущению хомяка не было предела. — Я назвал вас прекрасным, замечательным человеком!
— И что мне, поцеловать тебя за это?
— К сожалению, я женат, — хомяк от меня отодвинулся. — Моя супруга — святая женщина, инкуб в пятом поколении, всю кровь у меня уже выпила… Если, не дай Люцифер, она узнает, что у меня роман на стороне…
Закатив глаза, я поднялся и потопал вниз по ступенькам. Газету я выбросил в мусорный бак.
За спиной раздалось возмущенное верещание хомяка и грохот заслонки бака. По-моему, он полез её доставать…
Вдоль кромки поля двигалась знакомая грузная фигура в сером мятом плаще.
Я улыбнулся.
Несмотря на возросшую популярность, как команды так и мою, друзей у меня не прибавилось. И видеть Луку Брази я был рад по-настоящему.
— Привет, привет, это всего лишь я…
Рука у него была широкая, коричневая, покрытая множеством морщин и складок.
Манжет рубашки украшен затейливой запонкой, и ослепительно бел.
— Новая шляпа?
Глупо получилось. Но Лука Брази как раз обратил внимание на поле — и на то, что игроков там несколько больше, чем обычно. И я чуток занервничал.
— Тебя и впрямь волнует этот вопрос? — ласково улыбнулся толстяк. Лицо, и так похожее на морду шар-пея, пошло глубокими складками.
— Иди в жопу.
— Так-то лучше. Слушай, тренер… — он заговорщицки наклонил голову. — Я от Папы.
Где-то за грудиной сделалось пусто.
— И?..
— И он… Хочет выразить тебе свою благодарность.
Я растерялся.
— Да вроде пока не за что.
— Это уж ему решать, — Лука Брази вновь улыбнулся. Я пожал плечами.
— Ладно. Спасибо. Что-нибудь ещё?
Краем глаза я всё время следил за ребятами.
После победы над «Ворами» они изменились. Если обрисовать это изменение кратко — «Задницы» стали гораздо увереннее в себе. Я имею в виду команду в целом.
Осталось превратить эту уверенность в веру — и тогда нас никто не сможет обойти.
Но одна победа это сделать не способна…
— Вечером дон Коломбо ждёт тебя у себя.
До меня не сразу дошло…
— Чего?
— Дон Коломбо, — терпеливо повторил Лука Брази. — Устраивает в твою честь торжественный ужин. Сегодня вечером. В «Чистилище».
И протянул мне два пригласительных билета.
Ёрш твою медь.
— Но у нас тренировка! — я растерянно повертел в руках картонки. Золотых завитушек на них было, как на свадебном торте.
Толстяк задумчиво сложил губы куриной гузкой и задрал редкие брови.
— Ты действительно хочешь, чтобы я ему так и сказал? У тренера, мол, тренировка, посему ужинайте без него…
— Во даёт! — у колена возник мелкий демон с пухлыми щечками. — Самый главный дракон измерения зовёт его в гости, а он ещё и репу морщит! Ты крут, тренер! Читатели будут в восторге.
Я вовремя успел ухватить его за круглое и мягкое ухо…
— Подслушиваешь, паршивец.
— Ай-яй-яй!!! — заверещал демон на высокой ноте. Хвост его, длинный и гибкий, как хлыст, обернулся вокруг моего запястья и начал давить… Пальцы сразу онемели, хомяк шмякнулся на траву и хотел сбежать, но хвост не отпустил.
Я поднял руку повыше.
Так он и качался в воздухе, кверху пухлой попкой, дрыгая куриными лапками и жалко помаргивая.
— Это что за явление? — Лука Брази выглядел искренне удивлённым.
— Я не явление, — строго поправил хомяк. — Я журналист. Заявляю со всей ответственностью: если вы меня не отпустите, будете иметь дело с Гильдией Словесников и Прописатников в полном объёме! Они вас так пропишут…
— И прописают, я уже понял, — с каменным лицом кивнул Лука Брази.
— Тебя никто не держит, чучел, — сжалившись, сказал я.
С трудом повернув голову, хомяк посмотрел на свой хвост.
— О. Пардоньте, — демон ослабил хватку и неуклюже приземлился на трёхпалые лапки. — Безусловный рефлекс, инстинктивная реакция, — он смущенно спрятал хвост за спину. А потом искательно посмотрел на Луку Брази. — Мне бы пропуск… — сказал хомяк и захлопал сливовыми глазками.
— Куда? — толстяк был ещё не в теме, но быстро схватывал.
— На вышеозвученное мероприятие, конечно, — с достоинством ответил корреспондент. — Разве вы не хотите, чтобы его освещала компетентная, непредвзятая, и, я хочу это особенно подчеркнуть, — лояльная пресса?..
Лука Брази прищурился. А потом наклонился и подхватил хомяка двумя пальцами за воротник. Тот, не смутившись, продолжал что-то доказывать, а я ушел.
Всё равно поговорить при посторонних не получится, а главное — не удастся убедить Луку Брази в том, что мне не надо идти на приём.
Вито Коломбо — хозяин клуба «Задница Кингс». И как мой работодатель, имеет право вызывать меня на ковёр тогда и столько раз, сколько ему вздумается.
Не прийти на вечеринку в честь меня самого — это будет уже сверхнаглость.
Я отчётливо заскрипел зубами. Пробегающий мимо Тарара остановился и с тревогой заглянул мне в лицо.
— Всё в порядке, тренер? Мы что-то делаем не так?
Хороший слух однако.
— Всё путём, Тарара.
И тут я вспомнил про одно дело, которое всё время откладывал и откладывал — никак не мог набраться духу. Но видать, день сегодня такой, невезучий. Компенсация за победу.
— Тарара, подойди на минутку.
Ящер уже разогнался, и теперь ему пришлось тормозить — очень забавно проворачивая чешуйчатые лапки в воздухе… Ну совсем, как игрушечная игуана, прости меня Господи.
— Да, тренер.
— Слушай, Тарара… А ты никогда не хотел перейти в другой клуб?
Как-то мы со Светкой повели Глазастика на море, в Пицунду. Так вот она, играя на пляже, любила оставлять на песке следы своих босых ножек, и наблюдать, как быстро они заполняются солёной водой.
  
Вот и сейчас: глаза троглодита наполнились слезами также быстро, как ямки в песке. Вода перелилась через край и закапала с длинного крокодильего носа…
— Я вам больше не нужен, тренер?
— Что? — я малость офигел. А потом прокрутил в голове то, что сказал. — Да нет же, нет! — троглодит затрясся и пошел трупными синюшными пятнами. Что ж за день сегодня такой… — Я хочу сказать, ты — ценный и незаменимый член Задниц! — Господи, прости меня, грешного… — В смысле, мы тебя очень любим, Тарара. Ты — отличный футболист и мастерски владеешь мечом… — Остапа несло.