Антибол. Сбитый летчик (СИ)
— А сколько надо будет платить за проживание?
— НИСКОЛЬКО, э… Ахилесс, — ещё один горгонид. Кажется, он без ума от Андромеды. — Это же блин, тренировки! Форма, напитки, энерджайзеры, бутсы — всё за счёт владельца клуба.
Что тут началось… Народные гулянья в особо крупных размерах.
Оказывается, бедолаги платили за любую хрень, а денежки шли в карман владельца.
Я знаю, так делают в бедных клубах: ставят кулеры с платной водой, автоматы с белковыми батончиками, дерут деньги за прачечную…
Но если дон хочет иметь крутую команду — пускай раскошеливается.
И ещё: надо будет поинтересоваться у Лилит: а сколько вообще ребятам платят?
Бедный спортсмен — хреновый спортсмен.
Мысли о хлебе насущном волнуют его сильнее, чем победа.
Деньги, конечно, всех проблем не решают. Но очень способствуют.
И наконец — восьмесенье. День игры.
Нормально, да?
Подзатыльник, Второсорт, Средний Палец, Черви, Пряник, Середняк, Барон Суббота, Воскресший Зомби, Восьмесенье…
Всё не как у людей.
С Эцилопами мы играли у нас, на стадионе «Задница Кингс». Сегодня — та же фигня.
Не у каждой команды имеется свой стадион.
Разумеется, есть «Чашка» — точная копия Лужников на краю города. Я его ещё не видел, Лилит рассказывала. Но в «Чашке» играют только самые важные матчи, а принадлежит он «Сынам Анархии», владельцем которых является… сюрприз-сюрприз… Безумный Макс, шило ему в пятку.
Рано или поздно нам предстоит там играть. С Сынами, мать её за ногу, Анархии.
Но до этого ещё далеко — как до луны пешкодралом, с завязанными глазами, и всё лесом.
А вот дон Коломбо, несмотря на то, что был владельцем самой молодой команды, стадион построил.
Хороший понт дороже денег — это понимают везде, даже в таких психоделических местах, как Сан-Инферно.
А дон хотел выглядеть очень хорошо…
Перед игрой ко мне зашел Лука Брази.
— Тук-тук, это всего лишь я.
— Мне пора на поле.
Я поспешно поднялся из-за стола.
Просто не хотел, чтобы он тут осматривался. Подумает ещё чего…
Но толстяк уже вплыл в мою комнату. В глазках его, утопленных в складках тёмной кожи, читался искренний интерес.
— А ничего так у тебя, — похвалил он. — Уютненько.
— Это всё Лилит, — буркнул я.
Никогда ей в этом не признаюсь, но дурацкий интерьер, который она для меня забабахала, действительно расслаблял.
— Ну, как настрой? — спросил толстяк. — Боевой?
Вытолкав его в коридор, я прикрыл дверь.
— Как у метательной катапульты.
— Добре, добре… Да, дон Коломбо передаёт тебе привет.
Я послал толстяку мрачный тяжелый взгляд.
— Он тоже придёт на игру?
— Он фанат. Ну, не он вообще-то, а донья Карлотта. Чудесная женщина, она тебе точно понравится. Большая поклонница нашей команды.
Я хмыкнул.
Пока что поклоняться попросту нечему.
Я удивлён, что у «Задниц» вообще есть хоть какие-то фанаты, учитывая возраст команды и всей игры в целом.
А потом я задумался. «Передаёт привет»…
Ага, как же.
— Дон Коломбо сказал, что оторвёт мне голову, если мы опять проиграем? — спросил я Луку Брази.
— Фу, как неаппетитно, — поморщился толстяк. — Дон — цивилизованный человек. Он обещал откусить тебе голову.
Я вспомнил, что говорила Лилит. Руперт — племянник дона. И он — дракон. Нетрудно сделать вывод…
Душа ушла в пятки.
Никогда не задумывался, как это происходит на самом деле. И вот что я вам скажу: ничего хорошего в этом нет.
В груди становится пусто, как в железной бочке, зато ноги наливаются такой тяжестью, словно на них уже напялили бетонные башмаки…
— То есть, это не пустая угроза, а реальное предупреждение, — сказал я.
— Ага, — легко согласился Лука Брази. — Дон не любит выглядеть плохо. А если плохо выглядят «Задницы» — плохо выглядит и он.
Ну? Что я говорил?..
— Это всё сраная статья, — буркнул я. — Мы не плохо выглядим. Нам просто нужен шанс.
— Люди хотят заработать, что здесь плохого? — пожал покатыми плечами толстяк. — Просто не мешай им получать прибыль — и тебя будут боготворить.
Ничья, — думал я, пока команды строились на поле в две шеренги. — Хотя бы одно очко, и мы не пролетим, как фанерка над Парижем.
А потом я поднажму. Обучу их всему, всем хитростям и финтам, какие знаю. Если потребуется — выдумаю парочку новых.
Мы должны подняться в таблице. Кровь из носу, должны.
Голову он мне откусит, а?
«Законники» не внушили мне того священного трепета, который я, признаться, испытал перед командой эцилопов.
Они выглядели, как любители.
Была, правда, тройка горгонид и четверо троглодитов… Остальные выглядели, как обычные люди. «Обычными» я называю таких, как я: одна голова, стандартный комплект конечностей, нормальный рост.
Что там у них внутри — судить не берусь. И без того тошно.
Судьёй был всё тот же коротышка, что и на первом матче: мастер Скопик. Ни за что не поверите, но мне сказали, он из Гильдии воров.
Гильдия убийц, Гильдия воров, Гильдия стриптизёрш… Рехнуться можно от счастья.
Так и кажется, что в этом городишке криминал на криминале, и криминалом погоняет.
Ан нет.
Порядок блюдут те самые эцилопы. А так как в основном они — представители племени горгонид, жители ведут себя более чем примерно.
И я их понимаю: сложно представить существо, способное перечить блюстителям закона трёхметрового роста.
К тому же, за любое преступление тут одно наказание: конфискация имущества. В особо тяжких — изгнание с конфискацией.
А добрые граждане Сан-Инферно, как я понял, более всего ценят именно его: имущество. Полновесные золотые монеты, за которые можно приобрести всё, что угодно. Вплоть до здоровья и вечной жизни.
Как только началась игра, я пересмотрел своё мнение о Законниках.
Не скажу, что они играли сильнее или лучше Задниц. Местами — намного хуже, хотя я думал, что сие просто невозможно.
Удивляло другое: они были командой.
Игроки чувствовали друг друга, играли слаженно, не стеснялись отдавать пасы…
Один такой удачный пас был переадресован прямиком в наши ворота.
Ноль-один. На пятнадцатой минуте матча.
Трибуны взвыли.
Надо думать, в основном на матч припёрлись фанаты Задниц. Законникам предлагали целую трибуну, но они не удосужились выкупить билеты.
Огрызки на поле не полетели лишь потому, что их здесь не было в природе.
Как и бутылок — за всё время я не видел ни одной. Выпивку наливали прямо в кружки, ещё в ходу были фляжки. Но не стекло.
И это к лучшему.
Руперт, сидя на скамейке запасных, прожигал меня взглядом. Казалось, его единственный глаз имеет силу в несколько тысяч мегавольт, как у мультяшного робота.