Опасная связь (ЛП)

— Да, да, заставь меня кончить для тебя, муж, — стонет она, прежде чем разрядиться, оставляя крем своего удовольствия по всему моему лицу.
Я роняю нож, убираю пальцы из ее попки и жадно хватаю обе ее ягодицы, решив вылизать ее до тех пор, пока она не потеряет сознание.
Я не останавливаюсь, пока ее тело не обмякает на матрасе, ее бедра дрожат от истощения. Поздно ночью, оргазм за оргазмом, опустошая ее тело, она наконец засыпает, ее глаза закатываются в орбитах. Ее красивые губы, теперь красные от моих укусов и поцелуев, приоткрываются, когда она утопает в подушках.
  
Я поднимаюсь, долго стою у подножья кровати, смотря на нее, наслаждаясь своими чувствами к ней.
Я удержу ее, сколько бы мужиков мне ни пришлось убить или кастрировать.
Кстати говоря.
Я достаю телефон, чтобы проверить, как там ребята, которые должны прибраться, и подхожу к окну, чтобы поискать их машины.
Но мое внимание отвлекает кое-что другое.
Снаружи, черный фургон отъезжает от бордюра.
Я прищуриваюсь, провожая его взглядом, пока он не исчезает вдалеке.
Этот фургон — это был не я.
Значит, я не единственный, кто следит за Мией.
ГЛАВА V — Призраки прошлого
Миа
Адди ничуть не преувеличивала, описывая дом Деклана. Уровень роскоши здесь переходит все границы здравого смысла. Это не дом, не вилла и даже не симпатичный небольшой шато — это чертов дворец посреди леса, вдали от города, которого нет ни на одной карте или навигаторе. Сюда невозможно просто так добраться — нужно знать дорогу, как, очевидно, знает мой водитель.
Чем дальше он везет меня вглубь леса, тем больше кажется, что меня переносят в другой мир. И когда деревья наконец расходятся, открывая вид на огромный фонтан, удерживаемый массивными, изысканно вырезанными горгульями, и подъездную дорожку, заполненную дорогущими машинами, я осознаю, что попала в совершенно иную реальность.
Здание, возвышающееся за садом, фонтаном и гравийной дорожкой, больше напоминает шотландский замок, чем какой-либо из безумно дорогих домов, которые я видела в Нью-Йорке. Огни, бегущие по стенам в такт музыке, словно льющейся прямо из них, придают месту еще больше сказочной атмосферы. Этот уровень гламура просто сносит крышу.
Несмотря на эксклюзивность мероприятия, подъездная дорожка кишит гостями, большинство из которых в масках. Они бросают ключи в руки парковщиков, пока один за другим не исчезают Porsche, Maserati и Rolls Royce, уезжая вокруг… как это назвать? Дворец? Замок? Останавливаюсь на слове "особняк", чтобы хоть немного остаться в реальности.
Сначала мне показалось странным, что Джакса и Адди не пригласили, ведь Джакс — лучший друг Деклана. Но теперь, глядя на собравшихся для участия в The Rite, я все понимаю.
Женщины здесь явно не жены. А если и жены, то их маски делают их неузнаваемыми, пока они поднимаются по лестнице террасы к открытым дверям. Новоприбывшие присоединяются к гостям, уже стоящим у приветственных столов, где официанты, словно тени, обслуживают их с точностью и грацией.
Модели в кружевных платьях и на высоченных шпильках привлекают все внимание, излучая такую мощную сексуальную энергию, что ей позавидовали бы даже богини. Некоторые из них выглядят так, будто только что вышли из фильмов про BDSM, но их образы дополнены элегантными деталями — как, впрочем, и мой наряд. Тот самый, который мой жених лично выбрал для меня — об этом было сказано в записке, доставленной сегодня днем.
Изначально я собиралась сама выбрать платье для этого события, но Деклан запретил. Утром он сказал, что заметил подозрительную машину возле моего дома, и теперь требует, чтобы я была под круглосуточной защитой, пока он не разберется. Признаюсь, я была бы не против похода по магазинам с Адди и Сиренной. Может, я и стерва, но девчонкам иногда нужно быть просто девчонками. Пришлось довольствоваться видеозвонком, когда парочка женщин в черном с абсолютно каменными лицами доставили мой наряд прямо ко мне домой.
— Ты выглядишь как богиня секса, — заявила Адди, когда я показала им платье, а Сиренна, уставившись с открытым ртом, чуть не пролила бокал вина, который держала в руке. Она явно выпила больше обычного, и к середине звонка ее глаза начали закрываться. Но именно тогда ее жесткая маска рухнула, и она начала отпускать такие шутки, что мы с Адди просто валялись от смеха. Хотя, если честно, ее пристрастие к выпивке — это проблема.
С другой стороны, с ее отвратительным мужем и тем дерьмом, что он ей устраивает, удивительно, что она ограничивается только алкоголем.
— Почему я не удивлена, что твой психованный бойфренд сделал тебе предложение с ножом у твоего горла? — наконец выдала она.
Предложение. При звуке этого слова у меня по всему телу встали дыбом самые мелкие волоски. Все внутри стало мягким, и я привалилась к спинке кровати, чтобы не упасть. Перед глазами вспыхнули образы прошлой ночи — как я впускала его, как стальные кольца ощущались внутри меня. Его рука сжимала мою шею, а темно-сладкие слова капали в ухо, пока он забирал меня себе. Я выдохнула, и по довольной улыбке на лице Адди в окошке моего телефона стало ясно, что она прекрасно понимала, что я сейчас чувствую.
Она уже проходила через это. И, честно говоря, я искренне надеялась, что Сиренна тоже однажды это испытает. Да, такая любовь опасна и выматывает, но она до боли прекрасна.
— То, что он дает мне, — прошептала я, — это дерьмово, иногда кажется, будто из самого ада. Но знаешь что? Это божественно. Правда в том, что я никогда не переставала думать о Деклане за все годы, пока убегала от него. Я искала его в каждом мужчине, которого встречала. Подчиняя их, я подсознательно пыталась укротить его. Когда я смотрела на YouTube записи с красных дорожек, где он появлялся, я… — я остановилась, прежде чем проболтаться. Прежде чем признаться, что часто засовывала руку в трусики и трахала себя, глядя на него онлайн.
Я, конечно, не рассказала им, что произошло с Никко той ночью. Чем меньше людей об этом знают, тем лучше. Утром не осталось ни следа от того, как он полз по коридору, оставляя за собой кровавый след, но кто его знает. Я не хочу рисковать и сказать что-то, что могло бы хоть как-то навредить Деклану.
Я скорее сдохну, чем подставлю его. Да, он научился убивать еще тогда, когда другие мальчишки играли в Человека-Паука и Бэтмена. И да, он победил всех своих братьев в жестоких драках, чтобы стать единственным законным наследником империи своего отца. Я понимаю, какого уровня крутизны это требует. Но я также понимаю, какого уровня травму это оставляет. Да, он выкрутился из своих юридических проблем в подполье за то, что сделал с Тимоти, и попутно познакомился с миром, который по жесткости похож на зону боевых действий.
Но его душа… она ранена.
И его душа — мое гребаное извращенное удовольствие. Моя сломанная любовь.
Меня захлестнула волна лояльности. Деклан показал свое истинное лицо той ночью, и это разрушило стену между нами. Он любит меня, и осознание этого свело меня с ума от счастья. Я нырнула в эти чувства, как в темный, бурлящий смолистый водоем, не задумываясь ни на секунду.
Я прикусываю губу, когда чувство внутри становится сильнее. Да, я люблю его, дикою любовью. Слишком долго я отрицала свои настоящие эмоции, и теперь, когда плотину прорвало, они хлещут, как Ниагарский водопад. Я готова принять все, что он мне дает, особенно его абсолютное доминирование. Я жажду этого, как жизненно важного воздуха, которого так долго лишала себя.
Поэтому я гордо несу свой образ, поднимаясь по ступеням террасы, делая из этого настоящее шоу. Шоу, которое, надеюсь, он видит.
С каждым шагом взгляды приковываются ко мне, голоса затихают, уступая место музыке. Все здесь одеты провокационно, в наряды и маски, созданные для возбуждения, но мой наряд — словно вампир, жадно поглощающий внимание. Мое тело прикрывают только кожаные ремни, пересекающиеся на груди и талии, три ремня между ног. Маленькая металлическая пряжка между ними, стоит ее расстегнуть — и все откроется. Пряжки на ремнях, обхватывающих бедра, подчеркивают образ «из темных подземелий». Латексные ботфорты выше колен и маска, скрывающая верхнюю часть лица, завершают наряд. Последняя делает меня неузнаваемой для большинства, хотя при ближайшем рассмотрении кто-то, кто меня знает, мог бы узнать.