Искры огненного вихря. Мир Аргалла

Герцог явно был на взводе, а на племянника смотрел с откровенным непониманием. Казалось, ещё мгновение, и не выдержит и попросту сорвётся.
– Дядя, спокойно, – вдруг улыбнулся Эркрит. – Не смотри на меня как на врага. Всё не так ужасно, как тебе сейчас кажется. И никто никому престол Карилии отдавать не собирается. Более того, мне кажется, я знаю, как прекратить то противостояние, что сейчас ведётся между вами и недомагами. Но об этом мы поговорим позже, и я расскажу тебе всё, что о них узнал, а Макс дополнит.
– Макс… Максимилиан, – повернулся к жениху племянницы Литар.
– Можно просто Макс и на «ты», – заметил тот, прямо встречая мечущий молнии взгляд герцога. – И да, коль Эрки настроен настолько решительно, то я полностью его поддержу и расскажу всё, что знаю.
– А вы-то сами кто? Мы выяснили, что ни к магам, ни к людям отнести вас нельзя, – не желал успокаиваться порядком раздражённый Лит, для которого вся эта ситуация с недомагами была ещё и личным вопросом. Этакой больной темой.
Макс же снова посмотрел на притихшего в сторонке подростка, который даже молчал очень выразительно, и вдруг хмыкнул.
– Моя мать – человек, а вот отец – чистокровный эргонец, ну или по-вашему, недомаг. Среди своих я считаюсь полукровкой.
– Ложь! – холодно выдал Литар. – Они не совместимы с людьми. В подобных союзах даже если и рождаются дети, то долго не живут. Их сжигает собственная энергия, к которой хрупкий человеческий организм оказывается неприспособлен. Выживают единицы, но и они с наступлением зрелости просто сходят с ума. Эта энергия, что живёт в них, становится их же убийцей.
Но Макс не собирался отступать.
– Всё так, – кивнул он, не отводя взгляда. – Вы правы почти во всём, и мне, можно сказать, повезло, что моя энергия начала раскрываться позже. Где-то лет в шесть. Именно это сохранило жизнь моей матери. А в шестнадцать, когда я начал тихо чахнуть от непонятной хандры и ни один врач не мог определить мой диагноз, мать поставила в известность отца. Тогда-то я и понял, что не совсем человек.
Максим говорил спокойно, не старался никому ничего доказать. Он просто излагал факты, наверное, именно поэтому его и слушали так внимательно.
– И знаете, Литар, – добавил он, едва заметно усмехнувшись, – как оказалось, всё дело в элементарном блоке, этаком коконе, не позволяющем энергии вырваться. А снять его может только сильный мастер. Так что… люди и недомаги всё же совместимы, хоть здесь всё не так и просто. Но, тем не менее, у эргонцев такие союзы под строжайшим запретом. Хотя полукровки всё равно рождаются, пусть и нечасто. Я лично знаком с пятерыми, но мне известно, что их больше.
Герцог выслушал его молча, даже не став заострять внимание на том, что Макс просто назвал его по имени без должного обращения. Куда больше сейчас его волновала озвученная информация. Да и сам жених племянницы, который на поверку оказался далеко не простым парнем.
– Макс… – обратился к нему Литар, впервые сокращая его имя. – Вы сказали, что можете похвастаться именем своего рода. Чем же так знаменит ваш род?
– Наверное, своей древностью, – улыбнулся парень, которого раньше как-то этот вопрос не особо интересовал. – Мой дед – глава самого крупного поселения нашего народа. Оно носит название Северный Дом, и там постоянно проживает около десяти тысяч эргонцев. Эрикнар – один из сильнейших мастеров и мой учитель. Он-то и утверждал, что наш род древний и когда-то назывался иначе. Кажется… род Белого Шторма. Потом это название сократили, а после и вовсе переделали в фамилию на русский лад. А вот моя бабушка, Руслана, рассказывала, что до замужества имела отношение к роду Жемчужных Гор.
И в это мгновение на лице внимательно слушающего его Эркрита расцвела такая странная улыбочка, что Макс запнулся. Всё же он уже успел неплохо узнать этого парня, и сие выражение на его царственном лице могло означать лишь то, что он узнал нечто поразительно интересное.
– «Жемчужные Горы» в переводе на древнеишерский звучит очень знакомо… – сказал он, поворачиваясь почему-то к Ориен. – Знаешь, как?
 
Она отрицательно мотнула головой и посмотрела на него с откровенным непониманием. Затем перевела взгляд на супруга, который теперь тоже выглядел таким же загадочным, как и его племянник.
– Орте Гриан, – задумчиво пояснил он. – Подумать только. А ведь…
Литар внимательно посмотрел на Макса, снова повернулся к Ориен… перевёл взгляд на окончательно сбитого с толку сына и как-то совершенно непривычно хмыкнул.
– А я почти уверен, дядя, что твоя догадка верна, – протянул Эркрит. – Но ведь это же легко проверить, сам знаешь, каким способом.
Вот теперь напрягся Макс. Уж он-то не понаслышке знал о болезненной тяге Эркрита к разного рода экспериментам, большинство из которых заканчивалось не самым удачным образом. И у него не было никакого желания принимать в них участие.
– Эрки, – в голосе Максима явно слышалась угроза. – Не впутывай меня никуда.
– Поздно, – самодовольно заявил принц. – Ты уже сам впутался, когда связался с моей сестрой. И не надо отнекиваться. Поверь, родство с ишерским княжеским кланом пойдёт тебе только на пользу.
– С кем?!
– Орте Гриан относится к княжескому клану Орте, – произнесла немало озадаченная Ориен, тоже внимательно рассматривая Макса. – Это не правящая семья, но в родстве с князем всё же состоит. И, судя по всему, Максимилиан, вы имеете отношение к этому роду.
– Очень интересно, как вы это определили? – тоном матёрого скептика поинтересовался парень. Затем переплёл руки перед грудью и добавил. – На Земле для выявления родства проводят специальный анализ, да и тот не даёт стопроцентной гарантии. А вам достаточно моих слов о фамилии бабушки?
После этого заявления Литар стал смотреть на гостя как-то иначе, а в его взгляде даже на мгновение промелькнуло нечто похожее на уважение.
– У представителей расы ишау есть один верный способ определения своих родственников, – пояснил он, продолжая разглядывать гостя. Но вдруг осёкся и, заострив внимание на его волосах, спросил. – Максимилиан, заранее извиняюсь, если вы посчитаете мой вопрос бестактным, но всё же, почему у вас некоторые пряди имеют такие странные оттенки?
Мика сдержанно хихикнула, прикрывая свою улыбку рукой, а вот Эрки, наоборот, улыбнулся даже как-то немного злорадно и тут же обратился к несколько опешившему Максиму.
– Макс, давай всё же срежем их, а? – весёлым тоном предложил он. – Здесь не поймут. А учитывая, что ты и не маг-то толком, и на человека похож только внешне, то могут и прибить с испугу.
Тот же посмотрел на Эркрита с откровенным недовольством, потом почему-то перевёл взгляд на герцога, который всё ещё ожидал ответа, и тяжело вздохнул.
– Это просто краска, – пояснил парень. – Обыкновенная краска для волос. В ней нет ничего страшного.
– Максик, срезать всё равно надо. Мне-то плевать, что там у тебя на голове, но другие не столь демократичны, – чуть более серьёзным тоном добавил Эрки, хотя улыбаться не перестал. – Вообще нужно всю твою «неформальность» как-то удалить. Надеюсь, «татух» у тебя нет.
– Есть, – ответила вместо него Микаэлья. – На спине. Красная саламандра в окружении всполохов огня. А ещё надпись на предплечье ближе к запястью.
Литар недовольно вздохнул и посмотрел на парня с осуждением. Причём куда сильнее самого наличия на его теле татуировок дядю Микаэльи волновал вопрос, откуда о них так хорошо осведомлена его племянница.
– Что ещё за надпись? – раздражённо бросил он.
– «Believe in yourself» – ответил ему Максим.
– И что это значит? – с невозмутимым видом уточнил Литар.
– «Верь в себя», – перевёл Эркрит. – Это на английском. К слову, на Земле очень много разных языков. Этот же считается чем-то вроде универсального. Но… – он снова повернулся к Максу и пояснил. – Саламандру ещё можно будет как-то объяснить, а вот надпись могут принять за проявление тёмной магии. Язык-то никому здесь не знаком.