Невеста для монстра (ЛП)

Мой разум переключается с расчетливой логики на инстинкт. Я спокойна и сосредоточена, и ловлю себя на том, что замечаю вещи, на которые обычно никогда бы не обратила внимания. Мое зрение, слух и обоняние находятся в совершенной гармонии. Бег в темноте поднимает мой внутренний инстинкт самосохранения ближе к поверхности, он стал более сильным и настоящим.
Мое сердце бешено колотится в груди, кровь эхом отдается в ушах. Я все спланировала, и когда я добираюсь до гигантского вяза, я забираюсь туда, где он меня не увидит. Если моя теория верна, то спрятаться у него над головой означает, что он не сможет использовать свое зрение или обоняние, чтобы найти меня.
Мое дыхание прерывистое; единственный другой звук — мягкое шуршание его ног, когда он ступает по лесной подстилке. Спрятавшись среди ветвей, я наблюдаю, как Дрейвен движется по лесу, его шаги не слишком осторожные. Его шаги становятся громче, когда он топает, с шумом отбрасывая камни с тропинки в подлесок.
Выбираясь из своего укрытия, я разворачиваюсь и бегу в противоположном направлении, пробираясь все глубже в лес. Дрейвен бежит за мной, набирая темп, его размашистая походка собственническая и уверенная. Он бежит уверенными шагами, сокращая расстояние между нами, зная, что он в своих владениях.
Оглядываясь через плечо, чтобы проверить, следует ли он за мной, дрожь восторга пробегает по моей спине, когда я вижу, что Дрейвен отстает всего на несколько шагов. Лес — его королевство, и он знает каждый склон и гребень, каждый уголок, каждую трещину, каждую упавшую ветку или препятствие, которые мне еще предстоит найти.
Адреналин заставляет мои руки дрожать, а ноги превращаться в желе. Я бегу изо всех сил, но Дрейвен набирает темп, сокращая разрыв. Он тяжело дышит и подбирается все ближе, пока не ловит меня. Самодовольный смешок срывается с его губ, когда он опускает меня на землю.
Я сопротивляюсь изо всех сил, извиваясь, но он повторяет мои действия.
С каждым толчком Дрейвен сжимает все сильнее. От каждого удара острым локтем, нацеленного ему под ребра, он ворчит, но я смогу одолеть его, только если он мне это позволит. Поскольку я знаю, что он не собирается причинять мне боль, я могу расслабиться и наслаждаться схваткой. Существует только желание; страха нет.
Дрейвен хватает меня за бедра, прижимая спиной к дереву, прижимая свое огромное, мускулистое тело к моему. Лунный свет проникает сквозь крону листьев наверху, освещая его лицо. Его ноздри раздуваются, когда он сканирует меня горящим взглядом. Сама сила его желания заставляет меня дрожать и стонать.
— Теперь ты от меня не убежишь, — рычит он, запуская пальцы в мои волосы.
Я ахаю, когда Дрейвен тянет, но он заглушает звук в потрясающем поцелуе. Его губы прижимаются к моим, твердые и властные, заставляя меня задыхаться и бороться за дыхание.
Дрейвен держит меня за оба запястья одной рукой и поднимает мои руки над головой. Он проводит рукой вниз по моему телу, затем обхватывает мою грудь, разминая и поглаживая.
— То, что я хочу сделать с тобой.
Его хриплый голос заставляет меня таять, и я отдаюсь удовольствию момента, когда он прокладывает дорожку поцелуев вниз по моей шее.
— Это то, чего ты хотела, красавица? Чтобы твой зверь заявил на тебя права прямо здесь, прямо сейчас?
Его грубый голос противоречит той нежности, с которой он прижимается своим лбом к моему.
Дрейвен заставляет меня чувствовать себя самой красивой женщиной на земле. Но более того, он заставляет меня чувствовать себя в безопасности и, что обо мне заботятся. Он твердый, а я промокла насквозь, и он мне нужен. Срочно.
— Возьми меня, — бормочу я. — Я твоя.
Он расстегивает пуговицу на моих брюках и тянет молнию вниз. Он просовывает свои толстые пальцы внутрь, дразня меня, продвигаясь все глубже, когда я выгибаю бедра, умоляя его войти еще глубже. Отчаянно нуждаясь в освобождении, мне нужно больше его, больше трения.
— Сейчас. Пожалуйста, — мой голос, едва громче шепота, застревает у меня в горле.
Дрейвен отпускает мои запястья, расстегивает молнию на брюках и обхватывает мои бедра обеими руками. Его набухшая головка касается моего отверстия, он подставляет свой член. Наши глаза встречаются, когда он проникает в меня, погружаясь глубоко в мое податливое тело. Он толкается глубже, двигая бедрами, его движения мощные и требовательные.
  
Я отдаюсь ему, моя спина выгибается, мое тело изгибается, беспомощное перед натиском желания. Мое освобождение разворачивается, и я откидываю голову назад и стону в ночное небо, когда наслаждение разрывает меня на части.
Наше совокупление по животному дикое, но такое правильное. Такое чистое. Я охотно отдаю ему свое сердце и душу на всю вечность.
— Я люблю тебя, — выдыхаю я, почти падая в обморок, когда он берет все, что ему нужно.
Моя спина царапается о грубую кору дерева, но озорной изгиб его губ заставляет меня забыть обо всем. Все, что я чувствую, — это удовольствие и глубокое удовлетворение.
Жизнь до Дрейвена — как в тумане. Трудно вспомнить, кем я была и что делала. У меня такое чувство, словно я просыпаюсь от долгого сна и обнаруживаю, что Дрейвен — это все, что мне нужно. Мы можем быть счастливы вместе в Кричащем Лесу.
Будущее кажется нам светлым, но мне нужно разобраться со своим прошлым, прежде чем мы сможем двигаться вперед. Иначе я всегда буду оглядываться через плечо.
Глава 9
Дрейвен
— Она единственная, — рычу я, упираясь кулаками в стол и наклоняюсь поближе к огромному монитору, который разработал специально для меня миллиардер и по совместительству коллега — монстр Аттикус Хант. — Это она.
Художественный отдел запечатлел ее в совершенстве. Бездонные, смеющиеся голубые глаза Далии смотрят на меня с экрана, ее медные волосы волнами ниспадают на спину. Она выглядит красивой и свирепой — именно такой тип женщины, ради защиты которой вы бы вступили в войну. Именно тот тип женщины, который способен объединить мир, опустошенный войной.
— Должен ли я одобрить это, сэр? — спрашивает Марджори Киллборн.
Я сомневаюсь, разрываясь между желанием немедленно сказать «да» и необходимостью сначала обсудить это с Далией. Я не думаю, что она будет в восторге, когда узнает, что я использовал ее изображение в видеоигре без ее согласия. Не говоря уже о том, что я никогда не передам это своим инвесторам без ее одобрения.
— Пока нет. Я дам тебе знать.
— Да, сэр.
Я заканчиваю разговор с главой художественного отдела, а затем набираю номер Далии.
— Да? — немедленно отвечает она.
Мой член увеличивается, как только я слышу ее голос, и мои мысли мгновенно возвращаются к лесу. Блядь. Я не могу поверить, что моя маленькая шалунья позволила мне преследовать ее в темноте, как дикое животное. Мы трахались в течение нескольких часов после того, как я поймал ее, мы оба были в отчаянии и страдали. Мы были дикие и раскованные.
— Ты мне нужна.
— Ты это уже говорил мне десять минут назад, Дрейвен.
— На этот раз я серьезно.
Она тихо смеется.
— Ты тоже так говорил.
Я безмолвно рычу.
— Не заставляй меня искать тебя, красавица. Маме не понравится, если она увидит, как я трахаю тебя, склонившуюся над любым ближайшим предметом мебели, возле которого я поймаю тебя, когда доберусь до тебя.
— Дрейвен, — стонет Далия.
— В мой кабинет. Сейчас же.
— Не командуй, — отчитывает она. — Это грубо.
— Тебе нравится, когда я груб.
— Не делай этого.
Мы оба знаем, что она обманывает, но я позволю ей выйти сухой из воды. Есть мало из того, что не может сойти с рук этой женщине. Каждая минута, которую я провожу с ней, все глубже окутывает меня ее чарами. Я никогда не был так счастлив, и мне так хорошо… восхитительно, твою мать, счастлив. Я чувствую себя чертовой диснеевской принцессой. Я насвистываю, когда прогуливаюсь по этому гребаному лесу. Я слушаю, как поют птицы. Я гребаный монстр, который свистит и ему нравятся птицы. Если бы другие, кто изменился, увидели меня, они бы подумали, что я сошел с ума. А я просто, блядь, улыбнулся бы им в лицо.