Инженерный парадокс 10 (СИ)

Итого, мы имеем огромную дыру, в которую только чудом никто не ухнул. Дыру, явно не соприкасающуюся с магмой: тогда состав воздуха в ней имел бы характерные включения.
Но, при этом, либо доходящей до внешнего железного ядра планеты — потому что ничем, кроме динамо-эффекта, объяснить магнитное поле в дыре не выходит.
Либо имеющая какой-то собственный генератор, выдающий совершенно дикие параметры напряжённости поля. И я бы, естественно, поверил во второй вариант. Если бы не пробка песчаника и известняка.
  
Чудеса бывают разные, вплоть до того, что ушедшие боги до своего ухода могли пошутить. Но если без чудес — полмиллиона лет плюс-минус сто тысяч у этих отложений.
И рукотворная труба… Ну ведь бред же! Если бы не глубина залегания, я бы был уверен: какие-то имперские эксперименты. Но не на такой глубине.
А вот кто — неясно. От пришельцев до ушедших богов — на последних вообще прекрасно выходит списать все странности. Да банально — запасной выход из подземной кузни для Вулкана или, скорее, для Сварога, с учётом географии.
Сварог, конечно, как бы небесным огнём заведовал, но тут, как ни странно, вопрос точки зрения. Мантийный жар — вполне небесный, если сменить точку зрения.
В общем, из чьих шаловливых рук вышел этот объект — непонятно. Дыра он или отверстие — тоже неясно. Паучок, отправленный на разведку, стал терять связь на километре, еле успел вернуть.
— Марк, это точно не мы. Тут так было! — раз в двадцатый заявлял Бригадир.
— Молод ты для этой дыры, — смерил я его взглядом. — Понятно, что не вы.
— И как нам её закапывать? — почесал затылок глава стройонов.
— Никак. Не надо её закапывать, — отрезал я. — Работы в этом зале сворачиваете, укрепляете стены. И крышку сделаю и пришлю для этой дыры.
— А зал под производства отменяется?
— Да сейчас! — возмутился я. — В сотне метров правее. На северо-запад, если что, копать зал. Пересчётом параметров и железки займусь. А пока занимайтесь другими объектами и укреплением этого зала.
Потому что этот… объект, вообще-то, несмотря на срыв некоторых планов, может оказаться чертовски полезным. Начиная с того, что его бешеное магнитное поле можно конвертировать в энергию.
Заканчивая тем, что это чертовски здоровая и удобная шахта может стать стеной складов, производств… Для особо секретных объектов, например. Которые я не воплощал в материю откровенно опасаясь делать такое на Земле — наткнётся какой-нибудь тип повышенной любопытности, и всё: готов священный поход жадин всея планеты против Марка.
А в этой шахте, теоретически, можно даже оставить схрон. На всякий случай, уже после отлёта. Мало ли — вернусь на Землю, а некоторые инструменты, механизмы и ресурсы тащить на космолёте просто нерационально.
Но вообще, конечно, сначала надо будет исследовать его недра. Так что до поры накрою крышкой, решу текущие задачи, а потом займусь. А то, хватаясь за всё, ни черта не успеешь.
Направился в мастерскую, подключил Икси, пересчитали. Для начала — сканеры, с которыми миньоны обежали все стройки. Понятно, что наличие второго подобного объекта или чего-то похожего на него, да ещё в пределах наших строек — антинаучная фантастика.
Вот только сам этот грешный объект — антинаучен по нескольким направлениям. Так что да хранит моя здоровая паранойя мои начинания от всякой фигни.
Потом спланировал новый зал на новом месте, отправил Бригадиру ТЗ. И, наконец, вернулся к Амазонии. Часть дел вроде проектирования и изготовления транспорта (причём, возможно, не вполне самолёта, кстати говоря) — вопрос будущего.
Но вот база — нужна. И с её наличием часть разведывательной информации можно получить пораньше. И учесть её как раз в планировании и изготовлении.
Человейник Манаус, Амазония, Южноамериканский континент
Медный одновременно с удивлением и брезгливостью разглядывал открывающийся ему и его спутникам вид. Аэропорт был вознесён на платформе на полкилометра над землёй, так что человейник был прекрасно виден, во всей красе. И во всём уродстве.
Башни центральной части упирались в зенит, достигая двухкилометровой высоты. Но вот вокруг них, кольцами, находились производственные, рабочие и даже трущобные районы, часть из которых были прекрасно видны: ржавчина, стены из бумаги на проволоке…
Нижний город, конечно, был тем ещё местом. Но даже там дом из бумаги и проволоки был невозможен. А тут… Причём на высоте сотен метров над землёй!
Что выглядело особо диковато, так это роскошные, видные даже с высоты платформы аэропорта особняки, окружающие аркологию. Видимо, что-то вроде дач для богатеев Манауса, зарабатывающих богатства в центральных башнях.
Медного сопровождала пара бойцов — сам он считал, что он не хуже них справится со своей защитой, благо Марк щедро наделил его «подарочками» для этого задания. Но и сам Марк, и Кирпич на присутствии охраны настояли. И сейчас, смотря на Манаус, Медный признавал их правоту.
— Сеньоры! Сеньоры! Самые дешевые… — загомонили вдруг разновозрастные и разнополые типы, всех оттенков кожи — от угольно-чёрного до голубовато-белого.
Бойцы, опустив забрала, сомкнулись перед Медным, выставив вперёд ладони и положив руки на кобуры. Медный оценил как синхронность действий, так и своевременность, окончательно смиряясь с «няньками».
— Ты! — указал он пальцем в одного парня из толпы, которые явно были водителями. — Да, ты. С самой приличной рожей!
Бойцам данного указания было достаточно: из десяток рож не пройдошистых не было. Но наименее пройдошистая угадывалась на раз-два, так что через несколько секунд парень, которого присмотрел Медный, был у них за спинами, кланяясь Медному. Правда, тут же возникла некоторая проблема языкового барьера, которую Медный решил программой-переводчиком.
И, через несколько минут, троица стояла на одном из ярусов человейника. А ещё через несколько секунд Медный отвешивал смачного пинка какому-то мальчишке, буквально облапавшего его.
— Тьфу! — сплюнул Медный вслед. — Извращенец мелкий!
— Гыг! Ей, Медный, он тебя грабануть хотел!
— А то я не знаю! Дебил! И место — помойка!
— Ты же в Нижнем родился, — отметил один из бойцов, ветеранов «второго набора Марка».
— Именно поэтому я авторитетно заявляю — тут помойка! — ворчал Медный, слегка усмехнувшись. — Нижний — трущобы, но такого бардака, из говна и палок в прямом смысле — нет!
— Так тут теплее… Хотя гавно в тепле сильнее воняет, гы-гы!
— Во-во! А этот криворукий ворюга⁈
— Ой, вот не надо только говорить, что у нас не воруют!
— Воруют, а не лапают! У нас дебила, который полез бы в карман, не проверив, есть ли вообще этот карман — прибили бы давно! А этот, с татуировками, типа «опытный»… Помойка! Одно слово — человейник!
— Слышь, Медный, если ты понудил — давай делом заниматься.
На последнее предложение Медный не нашёл что ответить, кроме как и вправду заняться делом. Своё неудовольствие этой командировкой он уже выплеснул: как-то Марк очень резко, без предупреждения сорвал. Так ещё что-то про «отпуск» говорил… Ага, отпуск… В помойке этой!
И около часа поисков подтвердили это звание. Сеть не давала ничего, кроме лживого спама — все попытки найти какое-нибудь агентство недвижимости приводили троицу к наркопритону или борделю. Один раз из десяти — к оружейной лавке, торгующей настолько дрянным оружием, что кроме звания «ржавый металлолом» этот «товар» никак не назовёшь.
— И как нам тут искать арендный ангар? — риторически спросил сопровождающих Медный.
Ответа, кроме пожатия плечами, не последовало. И ладно бы площади для Марка — это было нужно, но запас времени был. А место для ночлега?
  
— Можно и в борделе, — глубокомысленно заявил боец.
— За счёт Гаража, — хмыкнул Медный.
— Ага! — раздался довольный, хоровой ответ.
И тут к ним подскочил тип лет тридцати. Одетый вызывающе богато, сверкая золотом украшений, зубов… С зализанными волосами на голове и шерстью на груди, демонстрируя укладку в расстёгнутой до пупа пёстрой шёлковой рубахе.