Третий Город (СИ)

Собиан решил варить сироп у себя дома, иногда заходя в помещение, задержав дыхание, чтобы поправить огонь и помешать зелье. Спать он решил в госпитале. Лу согласно кивнула на первую мысль, но категорически отказалась пускать друга в госпиталь на ночевку. Ей удалось уговорить доктора перебраться на пару дней к ней в гости, пока не выветрятся все ядовитые пары.
Не теряя драгоценного времени, они пошли сразу к Собиану, замочив цветы в чане, чтобы выползли жучки и смылся песок. Вода через пару минут стала темного цвета, и они несколько раз ее меняли. Лу с интересом осмотрела свою одежду — рубашка, как, в общем, и брюки, были непоправимо испорчены — на них засохли коричнево-желтые разводы. Ладно, с одеждой она потом разберется.
Разведя огонь, они подвесили тяжеленный чан над очагом, бросив туда кусковой сахар и цветки, и тут же покинули помещение. Пока вода нагревалась, они переоделись, и стали активно по очереди бегать в дом доктора для проверки отвара. Никого из видевших эту неугомонную парочку, не удивила их бурная деятельность — эти двое всегда что-то творили.
Отварив таким образом цветки в течение пяти часов, Собиан дал добро на розлив сиропа, и им пришлось по очереди задерживать дыхание, бегая к окну и вываливаясь наружу, чтобы глотнуть свежего воздуха. Но то ли это не до конца помогало, то ли недостаток кислорода из-за постоянных задержек дыхания подействовал на них, у обоих разболелась голова.
Закончив разливать содержимое, они спустили бутылочки в подвал к Собиану, засунув их в тайное отделение в стене за железным сейфом. Оставив окна нараспашку, они наконец окончательно покинули ядовитое помещение. Оба были измотаны до дрожи в коленях и с удовольствием улеглись на кроватях у Лу. Она, получив дом, сразу попросила ребят поставить ей еще одну кровать для гостей и теперь была этому очень рада.
В голове Лу пронеслась мысль, что они валялись, как мертвые тараканы. Не было сил даже поесть, хотя есть никому не хотелось. Они точно надышались ядовитых паров! Но Собиан успокоил девушку — этот эффект проходил довольно быстро без последствий, просто им следовало часок поспать, что они и сделали, почувствовав себя после отдыха довольно бодро. Лу, попрыгав на месте от радости, протянула поднятую ладонь, обучая доктора «давать пять» и тот, поняв смысл жеста, с улыбкой дал пять Лу, бесконечно довольный, что все прошло удачно.
  
Глава 44
 
Новость о неурожае Черной жизни прозвучала как гром среди ясного неба. Жители Форта помрачнели, вылазки за стену временно приостановились. Дарма продолжал контролировать Форт, недоумевая, почему медлит совет — они давно должны были прибыть, чтобы наказать или оправдать капитана. Преступники, вырвавшие лекарственные кусты, никак себя не проявляли. Мертвецов больше не становилось — все, казалось, шло хорошо.
В таком подвешенном состоянии прошло еще две недели. Но в один из вечеров к Дарме поступил сигнал — в лесу, недалеко от выезда, замечены люди. Поймать их не удалось. Собрав небольшой отряд, Дарма с солдатами прочесали лес, но никого не нашел. Большая часть отряда рассеялась по лесу, контролируя различные сектора, пятеро остались на дороге, готовые в случае первой необходимости дать сигнал тревоги.
Все, казалось, успокоилось, но в душе Дармы поселилось стойкое ощущение приближения неприятностей. В эту ночь он не смог заснуть, поэтому поехал на своем верном мерине патрулировать улицы Форта. Город спал. Покой и тишина, нарушаемая только безумными трелями цикад.
Дарма остановился недалеко от домика Лу — в нем было темно и тихо. Она наверняка уже крепко спала. Дарма, поборов острое желание постучаться в дверь, решил, что только напугает девушку. Он мысленно пожелал ей прекрасных снов и двинулся дальше, направляясь к выезду — проверить своих ребят. Но оправдались его худшие опасения — еще издали он понял: что-то пошло не так. Двое из пяти его солдат лежали навзничь — черные в ночи пятна крови быстро растекались по светлым рубашкам. Один из них лежал без сознания, без видимых ранений. Еще двое сидели в ступоре, обхватив окровавленные головы.
 
Быстро сориентировавшись, Дарма помог раненым усесться в седла. Проверил пульс у троих лежачих — он прощупывался только у третьего, которого он не без усилий перевалил через свое седло, тронув небольшой отряд в сторону больницы. Собиан с заспанным лицом встретил гостей, быстро сориентировавшись в сложившейся ситуации. Он, моментально приступая к своим профессиональным обязанностям, завел раненых солдат к себе домой.
Дарма по тревоге поднял солдат Форта, велев им соблюдать тишину, чтобы не пугать гражданских и не спугнуть врага. Они отправились группами патрулировать улицы и вновь прочесали лес, но преступников не нашли.
Дарма, начиная злиться, впервые не знал, что предпринять. В лагере явно есть враги и они, показав зубки, тут же скрывались в тени. Что им нужно? Они хотят гибели Дармы? Для чего нужно было убивать его людей? Чтобы проехать? А что, если они уже в Форте и скрываются в одном из домов? Дарма почувствовал волнение — если бы им нужен был он, они напали бы на него до объявления тревоги, по крайней мере, это было логично. Он полночи болтался в одиночку по улицам. Возможно, они рыскают в поисках Черной жизни.
Решив самостоятельно проверить теорию, Дарма окликнул своих солдат, и они галопом помчались обратно к госпиталю.
Замок больницы был не тронут, окна целые. Внутри — полный порядок, никаких признаков чьего-то присутствия. Зайдя внутрь, Дарма вдохнул запах трав и вспомнил о Лу, тут же почувствовав, как под ложечкой переворачивается неприятный узел. Не может этого быть… Молясь, чтобы он ошибся, капитан бегом направился к дому Лу, уже издалека понимая, что опоздал.
  
Глава 45
 
В тот вечер Лу улеглась в комнате гостей, так как умудрилась пролить на свою постель целый таз воды, вымывая окна. Она переоделась в любимое приталенное ночное платье, доходившее ей до щиколоток, со слегка облегающей фигуру юбкой. Может, она и не любила носить платья днем, но ночью могла позволить себе такую красоту — во сне свобода движений ее не сильно волновала. Оно было необыкновенно удобное, в отличие от костюмов с кучей пуговиц. Расчесав пышные чистые волосы, она с блаженством улеглась в постель, прокручивая в голове нежные воспоминания о капитане.
Была глубокая ночь, когда сквозь сон Лу услышала звук бьющегося стекла в спальне, и ее сердце подпрыгнуло к горлу. Тут же подскочив на ноги, она метнулась к двери и распахнула ее в надежде выбежать на спасительную улицу. К ее ужасу, там ждала черная фигура, тут же схватившая девушку за плечо, заталкивая ее обратно в дом. Лу, сцепив пальцы в замок, с силой ударила незнакомца в лицо и тот, ухнув, убрал руку. Лу пнула его коленом в живот и сделала вторую попытку добежать до двери, но ее схватили за волосы сзади.
Протащившись за рукой несколько шагов назад, Лу случайно дотронулась до ручки сковороды, стоявшей на краю стола, и, схватив ее, с силой опустила за себя, не видя, куда попадает. По звуку и отдаче от удара она поняла, что цель сковорода достигла. Волосы отпустили, но первый преступник уже оклемался и набросился на Лу практически в прыжке. Не заметив его движения в темноте, девушка не успела отпрыгнуть, и они тяжелой массой приземлились на стулья у очага — Лу на стулья, мужчина — на нее. Она больно ушибла спину, но не могла себе позволить ни секунды промедления. Ухватив стул, она с размаху врезала им по сидящему сверху противнику, и тот по инерции скатился в сторону.
Лу, перекатившись, активным движением поползла все к той же двери, но ее схватили за ногу и потянули обратно. Чувствуя, как скользит по полу, Лу закричала в надежде, что рядом окажется кто-то из солдат Дармы. Она брыкалась второй ногой, стараясь попасть в лицо мерзавца. Ее крепко схватили за обе ноги, но Лу с помощью рук поднялась на четвереньки, разворачиваясь, чтобы продолжить борьбу. Чья-то рука больно дернула ее за волосы, наклонив голову девушки на бок, и в тот же миг на ее висок опустился тяжелый кулак. Уже пребывая практически в бессознательном состоянии, она почувствовала, как ее поднимают, переваливая через плечо, и несут в неизвестность. Сопротивляться не было сил, и Лу потеряла сознание.