Третий Город (СИ)

Несмотря на маску, запах мертвечины все же забивал нос. Лу пыталась дышать в полсилы, отчего заболела голова. Тогда она решила смириться с запахом и вдохнула полной грудью, о чем тут же пожалела. Помогал только ветер, который иногда уносил запахи с собой, и тогда Лу жадно вдыхала чистый воздух.
Командир дал сигнал передышки, разрешив воронам несколько минут посидеть на земле, вдали от выкопанных тел. Каждому была предложена фляжка с водой, после чего Лу зауважала лейтенанта чуть больше. Предложенные лепешки не взял никто.
Напившись воды, Лу с удовольствием бухнулась на землю, вытянув ноги. Посмотрев на руки, она увидела несколько вскрывшихся мозолей, из-под отслоившейся кожицы которых вытекала светлая жидкость. Теперь, вдобавок ко всему, копать будет еще и больно. Тело жутко ломило после вчерашних и сегодняшних приключений, и Лу с грустью понимала — дожить до утра будет ой, как не просто. По ее ощущениям прошло часов шесть, может семь. Это значит — до темноты еще очень долго.
Летая в своих мыслях, девушка не сразу заметила, как стало пасмурно. Солнце закрыли низкие серые тучи, и на горизонте за рекой мелкими всполохами появлялись первые молнии. Когда предгрозовой влажный ветер подхватил выбившуюся прядь волос, Лу с удовольствием и благоговением посмотрела в небо, вдохнув наполненный грозой воздух. Ей всегда нравились грозы. Деревья опасливо зашумели листвой, и командир протрубил отбой отдыха. Вороны, вздыхая и согнувшись, похватали свои лопаты и вновь принялись за нелегкий труд.
* * *
Дождь крупными каплями бил по голове, холодными струйками затекал за шиворот или, сливаясь в виде маленького ручейка, стекал прямо с носа. Все вороны промокли до нитки. Это сначала показалось Лу забавным, но когда подул усилившийся холодный ветер, а на ней не осталось сухого места, она переменила свое мнение. Несмотря на тяжелую физическую работу, Лу все равно мерзла, и ее начинала бить крупная дрожь. Земля, намокнув, стала неподъемной, в выкопанные углубления стекала вода, и становилось непонятно, то ли черпать воду, то ли отбивать прилипающую грязь с лопаты.
Бурча себе под нос все проклятия мира, чувствуя дрожь в конечностях от холода и усталости, Лу из последних сил вбивала острие лопаты в заросший корнями чернозем, когда услышала голос Дармы. У нее не сразу получилось разглядеть его, так как дождь застилал глаза, и ей пришлось несколько раз смахнуть воду с лица рукавом. Она с трудом выпрямила спину, опершись о древко лопаты.
Дарма сидел на сером в яблоках жеребце, в плотном непромокаемом плаще, по которому с упругим звуком во все стороны стекали ручейки. Волосы капитана промокли и потяжелели, по лицу мужчины стекали струи дождя, но это его, по-видимому, нисколько не смущало.
— Прекрасная погода для прогулки, не так ли, леди Мари? — громкий низкий голос был наполнен издевательскими нотками. В его обычно холодных синих глазах пробегали огоньки озорства. «То еще чувство юмора» — решила Лу.
— Погода замечательная, сэр капитан. Только меня теперь зовут Луна, для вас просто Лу.
— Вот как? Замечательно! Итак, леди Лу, не передумали ли вы насчет ваших пристрастий? Возможно, юбка и корсет не такая уж страшная альтернатива подобному занятию? — он взглядом указал на вырытую яму. Лу решила принять правила игры.
— О, сударь, я не приемлю ограничения в свой адрес ни в какой форме! И скорее умру от усталости в этой яме, чем соглашусь на условия дикого времени. Это уже не говоря о том, что меня глубоко удивляет подобный интерес главного военного начальника Форта к моей одежде. Я полагала, у вас есть гораздо большие проблемы, нежели моя юбка. — Веселость покинула капитана в мгновение, и его лицо вновь стало холодной маской.
Лу вовсе не чувствовала, что готова умереть в этой яме. Она была близка к тому, чтобы взмолить о пощаде, но стоило только на горизонте появиться Дарме, как ее тут же подмывало сделать все ему назло. В конце концов, она бы привыкла и к юбке, но природное упрямство мешало вытащить белый флаг перед жестким командиром.
 
— Замечательно! Признаюсь, я надеялся на такой ответ, так как вы, похоже, не до конца понимаете, где оказались и кто стоит перед вами! Эта ночь, я полагаю, поможет вам в понимании происходящего. — Дарма с места поднял коня в галоп и исчез в направлении Форта за стеной дождя.
  
Глава 12
 
Дороги размыло, ручьи воды шумно стекали с оврага в сторону реки, пополняя ее бурные воды. Вороны, выбившись из сил, поскальзываясь в лужах и оступаясь на камнях, везли свою страшную ношу к реке. Дождь немного уменьшил свой напор и теперь неприятно моросил, поддерживая одежды людей в сыром состоянии. Лу на автомате переставляла ноги, чувствуя, что еще немного, и она упадет и не сможет встать. Живя в городе, вдалеке от физического труда, она расценивала себя как очень стойкого, сильного и упорного человека. Сейчас же она не была так уверена в своих силах. Ей вовсе не хотелось умирать, тем более на каторге. Выдавливая из себя последние крохи упрямства, она шла выполнять порученную ей работу. В конце концов, сутки когда-нибудь закончатся. К тому же, она не раз слышала, что ночью выход за стену запрещен, а это значило, что копать могилы ночью не придется. Что же тогда имел в виду Дарма, говоря, что ночь ей все покажет?
Вывалив своих покойников, вороны повернули обратно. Взбираться по залитой водой земле стало неимоверно трудно. Лу несколько раз скользила, оказываясь на коленях в грязи с ног до головы, стесав себе при этом обе коленки и ладонь. Начинало темнеть, и отряд ускорил шаг. На территорию Форта они вошли уже практически окруженные тьмой. Отряд охраны встретил несколько вялых мертвецов, но те не доставили особых проблем.
Расслабиться Лу и другим не дали ни на секунду. Даже защиту люди снимали на ходу. Командир, поторапливая своих подопечных, довольно долго вел их лабиринтом через глубины Форта, добравшись наконец до длинного темного одноэтажного здания, очень похожего на сарай для скота, только без окон.
Лу и других провели через темные, еле освещенные коридоры, а затем — вниз по лестнице, выложенной камнем. Перед ними открылась длинная площадка, представлявшая собой узкий каменный проход и большое количество отверстий по обе стороны от прохода. Лу никогда не видела тюрем такого формата и ее начало знобить в неприятном предчувствии.
Не дав воронам переодеться и даже перевести дух, командующий распределил их на маленькие группы, каждой из которых досталось по несколько ям. Лу сцепила руки, ломая ледяные пальцы в жутком волнении. Ей не нравилось это место — оно пахло не просто смертью — оно насквозь было пропитано страданиями. В воздухе летал запах экскрементов, мочи и гнили. Теперь она понимала, что за яму обещал им лейтенант. Неужели их бросят здесь до утра?
Оказалось, что оставлять их здесь никто не собирался, по крайней мере, пока. Их обязанностью было достать умерших из ям и отвезти на склад временного хранения, откуда уже завтрашние вороны повезут их к реке.
Но сделать это было сложнее, чем показалось на первый взгляд. У каждой ямы была своя веревочная лестница, которую спускали для того, чтобы отправить пленника вниз, или забрать его оттуда. Хотя Лу подозревала, что для спуска пленников не всегда использовали лестницу, особенно, если предполагалось, что пленный оттуда больше никогда не выйдет.
По итогу, чтобы достать труп из ямы, было предложено два варианта. Первый — расчленить тела и вытащить их по лестнице частями; второй — обвязать тело веревкой и вытянуть его сверху. Все единогласно проголосовали за второй вариант, в том числе и Лу. Однако она не учла, что ее недостаточные физические данные мало ценились для вытягивания тела наверх, поэтому в их группе она стала связывателем. Именно ей предстояло спуститься в этот ад и крепко обвязать тело веревкой.
Вздохнув, проклиная Дарму и желая ему увидеть чертей во сне, Лу скинула первую лестницу в темноту. Комок застрял в горле, и она все никак не могла заставить себя начать спускаться. Вмешательство командира, пообещавшего ее туда скинуть, если она не начнет двигаться, сильно взбодрило, и Лу начала спуск.