Двое лгут: Кто-то должен умереть (ЛП)

— С каждым мгновением это становится все более странным, — закусив нижнюю губу, проговорила я.
Оливия развернула свой ноутбук на столе, сидя в одном из кресел для гостей.
— Мы разберемся с этим. Теперь, когда мы закончили расставлять мебель, я могу снова вернуться в режим поиска.
— Я захватил с собой ноутбук, — сообщил Кемп. — Если мне разрешат занять стол, я смогу помочь с поисками несколько часов.
— Можешь воспользоваться моим, — предложила я, вставая. — Я отправляюсь к Бернадетт. Я не принимала душ с тех пор, как вчера плавала в бассейне Остина. Меня тошнит от запаха хлорки.
Я протянула ладонь Ноа, и кивнула на свою сумочку, которая все еще висела у него на плече.
Ноа посмотрел вниз и ухмыльнулся, передавая мне сумочку. Я достала свой телефон, взглянув на дисплей. У меня были десятки текстовых и голосовых сообщений. Полагаю, большинство из них содержали угрозы или предупреждения от моих ненавистников.
— Не подбросишь меня до мамы? — спросил Ноа, вставая и доставая мои ключи из переднего кармана. — Я приехал сюда на твоей машине.
— Конечно, — ответила я, передавая ему свой телефон в обмен на ключи. — Если только ты по дороге разберешься с этим безобразием. Мне сейчас совсем не хочется слушать и читать, что обо мне думают окружающие.
Ноа посмотрел на телефон и нахмурился.
  
Глава 38
 
К тому времени, когда я отвезла Ноа к дому его матери, он удалил все неприятные текстовые сообщения и прочитал вслух те, в которых выражалась поддержка. Сообщения голосовой почты все еще требовали проверки, но я сказала ему, что разберусь с ними позже.
По дороге к Бернадетт я обдумывала всю информацию, которую на меня вывалили. Вся моя жизнь представлялась сплошным обманом. Все, что я знала о своей семье, теперь стояло под большим жирным знаком вопроса.
Подъехав к дому, я с удивлением обнаружила, как Санни и Тауни вырывают сорняки на запущенных клумбах. Я вылезла из машины, подняв руку, чтобы заслонить солнечные блики.
— Вам не нужно этого делать.
— Нам было чем заняться, — ответила Санни, пожав плечами. — Я не хотела заходить в дом без разрешения, поэтому мы убивали время, дожидаясь твоего возвращения.
Я взяла в руки свой телефон.
— Меня арестовали вчера, так что еще не было времени прослушать сообщения голосовой почты. Странно, что Джеки не сказала тебе, что я в тюрьме.
— Мы оставили ей сообщение всего десять минут назад. Мы здесь не так давно. — Санни замялась, обменявшись нервным взглядом с Тауни. — Ты в порядке? Мы можем что-нибудь сделать?
— Все хорошо. Мне просто нужен душ, — ответила я, ведя их к двери.
Перейдя через комнату и шагнув через панельный вход на другую сторону, я остановилась, почувствовав, что там кто-то был. Тауни напряженно замерла рядом со мной.
Санни, ничего не почувствовав, врезалась в нас.
— Ой, извините.
— Здесь кто-то был, — отметила Тауни.
— Оставайтесь у двери, — велела я, проходя дальше в комнату. — Я осмотрюсь.
— Ни за что, — возразила Тауни, подбегая. — Мы пойдем вместе.
Когда мы обходили комнату, я направила свою энергию в пространство. В воздухе что-то витало. Как и накануне, это походило на дуновение энергии. Сильнее всего она ощущалась возле стола, но там никого не было. Более того, на столе вообще ничего не оказалось.
Я повернулась и посмотрела через всю комнату на стол Бернадетт. Ее ноутбук исчез. Я повернулась по кругу, но нигде не увидела ни своего блокнота, ни семейной книги Куэйдов, ни ноутбука Бернадетт.
— Пропали мои документы и семейная книга.
Я достала свой телефон и позвонила Оливии. Она сообщила что у нее нет ни одного из пропавших предметов. Затем я набрала Стоуна и спросила, обыскивала ли полиция дом Бернадетт. После того как он ответил, что нет, я объяснила какие вещи пропали. Стоун пообещал послать Айзека осмотреть дом.
Отключившись, я оставила телефон в руке, готовая вызвать помощь, пока поднималась по лестнице. За мной следовали Тауни и Санни. На втором этаже ощущалась та же самая энергия, но по мере продвижения по коридору она становилась все сильнее. Я прошла мимо их комнаты в свою, когда они скрылись в гостевой спальне.
 
Я огляделась, но не увидела и не почувствовала ничего необычного.
Когда я вернулась в коридор, Тауни вышла обратно, уставившись на декоративный нож в своих руках.
— Он лежал у меня под подушкой.
Я узнала нож. Подобный нож был в руках моего отца.
Санни стояла за спиной Тауни, готовая броситься наутек.
— Положи нож на пол, Тауни, — велела я ей. — Санни, собери остальные вещи. Вы переезжаете в гостиницу. Здесь небезопасно.
Тауни опустила нож на пол.
— Зачем кому-то понадобилось засовывать нож мне под подушку?
— Я не знаю, но Айзек уже едет. Он может упаковать нож и проверить его на отпечатки пальцев.
После того как Санни уложила все вещи в сумку, мы вернулись на первый этаж и вышли на крыльцо. Я пригласила дрожащую Тауни сесть рядом со мной на ступеньки крыльца.
— Ты должна поехать с нами в гостиницу, — заявила Санни, сидя на две ступеньки выше нас. — Я заплачу за твою комнату.
— Я ценю твое предложение, но мне кажется, что тот, кто оставил нож, хотел напугать Тауни. Ей будет спокойнее, если меня не будет рядом.
Я посмотрела в сторону дороги и услышала звук приближающейся машины. К дому подъехал полицейский внедорожник и припарковался рядом с моим грузовиком. Айзек вышел из автомобиля и подошел к нам.
— Как быстро, — удивилась я.
— Я был на той дороге, — объяснил Айзек, повернувшись к Пайпер-роуд. — Допрашивал одного из соседей. Что случилось?
После того как мы рассказали о пропавших вещах и ноже в комнате Тауни, Айзек с обеспокоенным выражением лица оглядел дом, почесывая затылок.
— Я звоню Стоуну. Нож превращает это дело в серьезную проблему.
Стоун велел Айзеку не входить в дом, и мы все сидели в тишине и ждали. Не прошло и пяти минут, как мы услышали, как по изрытой колеями подъездной дорожке мчится машина, вздымая клубы пыли, которые пробивались сквозь верхушки деревьев.
За последним поворотом дороги показался джип Остина с Оливией за рулем. Кемп с паническим выражением лица сидел на пассажирском сиденье, вцепившись в приборную панель. Оливия выкрутила руль, нажав на тормоз. Мы все подняли руки и отвернули лица, когда облако пыли покатилось в нашу сторону.
— Прошу прощения за это! — крикнула Оливия, выпрыгивая из машины. — Джип справляется с выбоинами гораздо лучше, чем «Хонда» Фрэнсиса.
— Скажи это тому механику, который в итоге будет чинить стойки на джипе, — помахал рукой Айзек в сторону поднявшейся пыли. — Я должен выписать тебе штраф.
— Давай, — широко улыбнулась Оливия, присев на нижнюю ступеньку крыльца. — Это частная дорога. Брейдон добьется, чтобы штраф аннулировали.
— Я больше никогда не поеду с тобой, женщина, — объявил Кемп, вылезая из джипа.
— Да, и я так говорила не раз за эти годы, — сообщила я ему с улыбкой.
После объяснения Кемпу и Оливии, почему мы печемся на полуденном солнце, они сели на крыльцо, чтобы подождать вместе с нами.
Уже через несколько минут Оливия начала жаловаться.
— Я не могу этого вынести. Я сейчас растаю.
— Ты же ничего не видела, — заметил Айзек. — По-моему, было бы правильно, если бы ты ушла.
— Я не оставлю Давину наедине с полицией. И чтоб ты знал, я написала Брейдону. Он уже в пути. Он не хочет, чтобы она отвечала на вопросы, до его приезда.
— Мне не нужен Брейдон, — заявила я. — На этот раз у меня есть алиби. Я находилась в тюрьме, когда кто-то вломился в дом.
— Не помешает, если он будет здесь, — твердо сказала Оливия.
— Ты уверена? Потому что я уже задолжала Брейдону кучу баллов. Скоро мне придется выдать несколько твоих самых постыдных секретов. Как думаешь, чем мне стоит поделиться с ним в следующий раз?
Оливия надулась, посмотрев вниз на свои туфли, затем просветлела.