Двое лгут: Кто-то должен умереть (ЛП)

— Ну, возможно, если бы шеф Адамс не был таким идиотом, у нас было бы и два в год, но ты определенно появился в неудачное время. — Я снова огляделась вокруг. — Как давно ты не был дома? Неделю?
— Я даже не помню. Да и нескоро это будет. В четыре у меня вскрытие твоего отца. Может быть, после этого я поеду домой.
— Удачи, наверное. Насчет возвращения домой и… ну… удачи со вскрытием отца тоже? Уф… Извини. Я уже даже не знаю, что говорю.
— У тебя выдался тяжелый день. Дай себе передышку.
— Ты сообщишь мне, что покажет вскрытие?
— Официально — нет. — Стоун понизил голос и добавил: — Но я заеду к Бернадетт, когда у меня появится возможность. Правда, не раньше, чем через день-два.
— Хорошо. Только не забудь…
— Электричество, — прервал меня Стоун. — Я займусь этим сейчас.
  
Глава 8
 
Я приближалась к знаку «Стоп», когда стреляющая боль пронзила оба виска, а затем все, что удалось разглядеть, — это все та же бело-серая пелена. Я машинально поискала педаль тормоза, но не успела. Машина ударилась обо что-то, но я не могла видеть ничего, кроме помех. С трудом припарковав машину, я заглушила двигатель.
— Давина! Ты в порядке? — услышала я женский крик, прежде чем раздался звук открывающейся водительской двери.
Боль в висках усилилась. Я потерла виски и зашипела.
— Ты ударилась головой? С тобой все в порядке? Может быть, вызвать скорую помощь? — спросила женщина.
Я не могла ее видеть, но все же слышала.
— Я в порядке. Просто дайте мне минутку.
Так же быстро, как началась боль, она прекратилась. Я снова начала видеть, но смотрела на солнце, поэтому повернула голову к двери и подняла руку, чтобы заслониться от света. Джеки Джонс, моя постоянная клиентка по средам и крестная мать Тауни Далтон, стояла между моим креслом и дверью с обеспокоенным выражением лица.
— Правда, я в порядке. Во что я врезалась? — Я выбралась из машины и поморщилась, когда наступила на правую ногу.
Джеки сделала шаг назад, чтобы дать мне место, но при этом протянула руку к моему локтю.
— Ты ранен? Это лодыжка?
— Нет, просто порез. Полагаю, мне нужно приложить к нему лед. — Я обошла ее и подошла к передней части грузовика. Я сбила металлическую урну, опрокинув ее. Одну из декоративных урн, стоявших в парке.
— Я подниму. — Джеки, подбежала к мусорному баку и поставила его вертикально.
Я принялась подбирать разбросанный мусор. К счастью, не похоже, что я сильно повредила урну. Тогда повернулась и посмотрела на свою машину. Бампер поцарапан, на стекле фары со стороны пассажира трещина. Могло быть и хуже. Я могла сбить человека. Присев на ближайшую скамейку, я откинула голову назад и закрыла глаза.
Джеки присела рядом со мной.
— Ты уверена, что не пострадала?
— Уверена. Правда. Но я благодарна за то, что ты остановилась, чтобы проверить меня.
— Конечно, любой бы так поступил.
Я открыла глаза и посмотрела на Джеки.
— Ладно, не любой, наверное. Но, может быть, это судьба. Я как раз собиралась навестить Оливию, чтобы спросить, узнала ли она уже что-нибудь.
— Пока нет, извини. — Я посмотрела в сторону улицы, чтобы не видеть отчаяния на лице Джеки. — Я хочу быть с тобой честной. Не уверена, что успею закончить дело до того, как…
— До того, как наш тупой шеф полиции ложно обвинит тебя в убийстве? Он такой идиот.
— Да, что-то в этом роде. — Я снова посмотрела на Джеки. — Как дела у Тауни? Как она держится?
На лице Джеки отразился гнев и печаль.
— Сегодня рано утром ее выписали из больницы. Врачи надеются, что ее тревога и приступы паники утихнут, если она будет дома, но я не уверена. Она просто ужасно напугана, понимаешь? И никто из нас не знает, что сказать или сделать, чтобы ей помочь. Пока этот человек не будет пойман…
— Да, понимаю. Она смогла рассказать полиции что-нибудь полезное?
— Нет, ничего. Она как будто забыла обо всем, кроме страха. Она даже не помнит, как он выглядит.
Зная, что этот человек — экстрасенс, я подумала, может, причина, по которой Тауни ничего не помнит, как раз оттого, что он не хочет, чтобы она помнила.
 
— Джеки, я думаю, мне пока не стоит садиться за руль. Может, ты отвезешь меня к Тауни? А я, надеюсь, смогу с ней поговорить?
— О, конечно, — воскликнула Джеки, вскочив со скамейки и потянув меня за руку за собой. — Я поеду на твоем грузовике и заберу свою машину позже.
Я поморщилась, случайно нагрузив больную ногу. Наверняка порез снова кровоточил.
— Давай ты уберешь свою машину с улицы, а я пойду к своему грузовику не спеша?
Джеки оглянулась в сторону улицы, где ее машину объезжали другие автомобили. Водительская дверь оставалась открытой.
— Да, в этом есть смысл. — Джеки поспешила к своей машине, вытянув руку, чтобы остановить приближающийся автомобиль и перейти дорогу.
Я подошла к пассажирской стороне своего грузовика, опираясь на правую ногу. Оливия будет в бешенстве, когда узнает, что я навестила Тауни без нее. Впрочем, я не только думала, что Тауни будет легче, если буду одна, но и не врала Джеки, что сейчас не могу сесть за руль. Я не понимала, с чем связаны эти статические видения, но пока не выясню, как их контролировать, чем меньше буду ездить, тем лучше для всех.
Припарковав машину, Джеки подбежала и запрыгнула в грузовик. К тому времени, когда я зафиксировала ремень безопасности, она преодолела половину пути до своего района, ведя машину как сумасшедшая.
— Обещаю не убегать, если ты притормозишь, — объявила я ей, одной рукой держась за внутреннюю ручку двери, а другой крепко обхватывая ремень безопасности.
Джеки посмотрела на спидометр, прежде чем сбросить газ.
— Наверное, я просто волнуюсь. Мы с Санни уже договорились, что ты поговоришь с Тауни, но неизвестно, как она отреагирует. Она почти ни с кем не разговаривает.
— Ничего удивительного. Когда моя сестра исчезла, а мама покончила с собой, я тоже не хотела ни с кем разговаривать.
— Иногда я забываю обо всем, что с тобой произошло, в возрасте Тауни. Как ты с этим справлялась?
— Никак. На самом деле не очень. Но пришлось двигаться дальше. Мой отец нуждался во мне. Думаю, именно это больше всего задевает, когда все винят меня в его смерти. Я отдала большую часть своей жизни, чтобы заботиться о нем.
Джеки въехала на дорогу к дому Далтонов и припарковала грузовик.
— Я не верю, что ты причинила боль Фрэнсису, но кажется, другие думают так, потому что не могут представить себя идущими на те же жертвы, что и ты. Это было огромное бремя.
— Я не рассматривала это как бремя. Всегда был выбор. И до недавнего времени я предпочитала держать его дома. Но когда насилие усилилось, когда он стал слишком опасен, я начала оформлять документы на его переезд. Но у меня всегда были другие варианты.
Санни Далтон вышла на крыльцо своего дома. Она с любопытством посмотрела на Джеки, сидящую за рулем моего грузовика.
— Я должна предупредить, — прошептала Джеки, хотя двери грузовика были закрыты, а окна подняты. — Том близок к тому, чтобы выйти из себя. Он носится по дому как сумасшедший. Не знаю, как он отреагирует на то, что я привела тебя сюда.
— Есть только один способ узнать это, — проговорила я, вылезая из машины и хромая к крыльцу.
— Ты сможешь зайти внутрь? — спросила Джеки, поднимаясь за мной по ступенькам крыльца.
Я уже почти забыла, что на прошлой неделе мне не удалось вздохнуть, когда вошла в дом Далтонов.
— Не узнаю, пока не попробую, наверное. Но пока я ничего не чувствую.
Как выяснилось, далеко мы не ушли. Том выскочил на крыльцо и наставил на меня указательный палец.
— Тебе здесь не место!
Я вопросительно посмотрела на Джеки, но она вздрогнула, глядя между мной и Томом. Санни подошла ближе и положила ладонь на его руку, чтобы успокоить, но он отмахнулся.
— Том, я просто хочу…, — попыталась сказать я.
— Мне все равно что ты хочешь. Уходи, или я вызову полицию. Убирайся! Прочь с моей территории! — Том кричал достаточно громко, чтобы привлечь внимание других соседей, которые выходили из своих домов, чтобы посмотреть, из-за чего все эти крики.