Перевозчик (СИ)

Шторм наморщил лоб, и некоторое время стоял, сосредоточенно размышляя.
— Предположим, что я тебе поверю, — наконец медленно проговорил он, — но я пока что не вижу, как именно вы можете нам помочь?
— Для простоты понимания скажу не совсем точно… в общем, мы можем вывести вас отсюда через портал, — сказал я.
Шторм как будто завис.
— Звучит охренительно, — наконец сказал он, — но я про такое раньше даже не слышал… точнее, чтобы кто-то реально это проделывал, не слышал.
  
— Суть процесса немного иная, — сказал я, — и всё не так просто, есть нюансы. В общем, вы с этой эстакады просто исчезнете. Здесь будет пусто! Главное, успеть загнать всю технику, пока темно, чтобы враги не увидели, что здесь происходит.
Шторм запустил руки себе в бороду и сжал кулаки. Похоже, что он делал сейчас себе очень больно. Я ему не мешал. Ему предстояло принять очень сложное решение. Нужно было доверить жизнь сотни вверенных ему людей незнакомцам. Причём за это с него ничего не просили. А Шторм был мужик опытный и наверняка знал, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке.
— Там внизу лазят люди и раскладывают дымовые шашки. Я парочку отправил отдыхать, пока сюда добирался. И это только то, что я видел. Кто знает, что ещё они готовят. Мы, кстати, взяли одного языка и отдадим его тебе, если ты примешь наше предложение. Что он может рассказать, не знаю, может это рядовой боец, не обладающий информацией, но, тем не менее, какой-то свет на происходящее пролить наверняка сможет, — сказал я.
— Если я приму твоё предложение, какие будут дальнейшие шаги? — спросил Шторм.
— Я подам сигнал, и сюда прилетят двое моих людей, — сказал я, — нужно только предупредить твоих ребят, чтобы они их не подстрелили.
— А сам-то ты что не прилетел, раз у вас есть такая возможность? — спросил Шторм.
— По этой самой причине и не прилетел. Чтобы не поймать пулю, появившись сверху из темноты. Наверняка бы в нас выстрелили! — сказал я.
— Да, пристрелили бы, к гадалке не ходи! — впервые за всё время нашего разговора улыбнулся Шторм, его, видимо, чуть-чуть начало отпускать, — а дальше что?
— Дальше, мы покажем тебе портал, и как это работает. Чтобы ты точно понимал, на что подписываешься, — сказал я, — ведь пока сам не посмотришь, неизвестность может пугать.
— А это не опасно? — спросил Шторм.
— Риск есть всегда, но мы этим инструментом сами пользуемся и очень активно, — сказал я, — Шторм, ты пойми. Я боюсь не меньше, чем ты. Я же уже сказал, что мы сильно подставляемся, влезая в эту историю. А ты боишься подставы от нас, и подвести своих людей. Нужно принять решение. Мы решились несмотря на все риски. Дело за тобой. Ведь может быть такое, что не все предатели в твоём отряде вскрылись? Могут же быть законспирированные наблюдатели? И они слишком много узнают про нас. Но мы идём на эту жертву. Хотя у нас выбор есть, а вот у вас, нет!
— Много твоим людям нужно времени, чтобы добраться сюда? — спросил Шторм.
— Нет, — пожал я плечами, — может минута.
— Хорошо, — Шторм очень тяжело вздохнул, — пойду, дам отбой операции и прикажу, чтобы не стреляли по воздушным целям.
Я слышал, как он отдаёт приказы. Люди были, мягко говоря, в недоумении. Он скупо прокомментировал, что появился другой вариант действий. Насчёт того, чтобы не стреляли, он особенно настойчиво и неоднократно повторял, чтобы это довели до всех постов и никого не пропустили. Наконец, он вернулся ко мне и кивнул:
— Давай, вызывай свою кавалерию!
Я улыбнулся.
— В данном случае, это скорее авиация!
После чего я залез на одну из фур и, отстегнув с пояса припасённый специально для этой цели фонарик, три раза мигнул красным светом. Там, где должны были ждать ребята, один раз мигнул зелёный огонёк.
Это значило, что всё в порядке, и они скоро будут здесь. Я положил фонарик на крышу фуры, чтобы он светил вверх и настроил на нём тусклый красный свет. Это чтобы Алиса сверху увидела, куда приземляться.
Шторм тоже забрался на крышу и встал рядом со мной.
— Всё равно тревожно, — сказал он, вглядываясь в темноту.
— Знаю, мне тоже! — сказал я.
  
9. Ночь
 
Алиса, с Петей на загривке, опустилась совершенно бесшумно и практически вертикально. Даже я этого не ожидал и смотрел всё-таки немного вперёд, пытаясь разглядеть их в темноте. Они оба были в балаклавах, как я и просил. На мне она тоже была, но сейчас я её скрутил и надел как шапку. Меня, в общем, и так все видели, имело ли смысл прятаться?
— Балаклавы? — удивлённо поднял брови Шторм.
— Да, народу здесь много, не уверен, что всем можно доверять. Это для безопасности моих людей, чтобы потом их не опознали при случае, — сказал я.
— А ты типа примелькался уже? — ухмыльнулся Шторм.
— Типа да, — кивнул я, — думаю, нет смысла. Хотя, может быть, и раскатаю! — и я постучал пальцем по скатанной шапке.
— Можешь надеть, тебя ведь далеко не все видели. Если хочешь сохранить хотя бы частичную анонимность, — сказал Шторм, — что дальше?
— Спускаемся с фуры, находим укромное местечко, где никого нет, и мы показываем тебе, как всё это работает. А дальше, если всё в силе, то нужно максимально быстро увести всех с эстакады, пока эти не чухнулись. Вдруг почувствуют неладное? Да и на ночной штурм могут пойти. Вас же разок из миномётов обстреляли уже? — сказал я.
— Разок? — удивился Шторм, — четыре раза обстреливали! Но кладут очень аккуратно, стараются в самый краешек садить, чтобы груз сильно не повредить. У нас уже двое погибших и почти десяток ранений разной степени тяжести.
— М-да, — нахмурился я, — мы не всё время следили за вами, видимо, кое-что пропустили. Ладно, пойдёмте вниз.
Мы с кузова спустились на кабину, оттуда по лесенке на землю. Рядом как раз никого не было, и мы решили пройти в портал кармана прямо здесь. Петя положил руку Шторму на плечо, мы тоже прикоснулись к нему.
— Шагай вперёд, — сказал Петя.
Шторм шагнул и от неожиданности крякнул. После темноты на эстакаде мы все прищурились, хотя свет внутри не был ярким.
— Где мы? — спросил Шторм, оглядываясь, — далеко нас перенесло? Вернуться сможем?
В голосе его чувствовалась тревога. Бросать своих ребят он не хотел.
— Технически мы там же где и были… наверное, — сказал Петя, — по крайней мере, единственный вход остался там. Это что-то вроде подпространства… в общем, подробностей мы сами не знаем, просто пользуемся.
— И что, сюда можно загнать весь конвой? — с сомнением сказал Шторм.
— Мы такого ещё никогда не пробовали, — сказал я, — но должно получиться. По крайней мере, большой габарит сюда проходит. Даже больше фуры.
— А много здесь места? А то не видно, где всё это кончается, — сказал Шторм.
— Возможно, что нигде не кончается, для конвоя места точно хватит… если вдруг не возникнут какие-то неожиданные ограничения. Но вроде бы ничего такого быть не должно, — сказал я.
— Но возможно? — напрягся Шторм.
— Не знаю, — сказал я, — говорю же, мы такого никогда не делали. По нашему опыту должно всё пройти хорошо, но если вдруг что, ты имей в виду что это не план и не подстава… а то, с чем мы просто не сталкивались и чего предусмотреть не могли. Но это так, на всякий случай. Думаю, что всё должно получиться.
— Это трупы? — спросил Шторм, указывая на небольшой ряд из пяти тел.
— Четверо да, а пятый, это подарок для вас. Взяли языка… он же жив? — спросил я у Бори и Антона, стоящих неподалёку.
— Да, но пришлось его поплотнее связать, чтобы не рыпался. А то дёрганый больно, — сказал Антон.
Неожиданно раздался топот маленьких ног, и к нам сзади выбежал Лем. За ним бежала Рита, которая, видимо, его и упустила. И Лем, и Рита, и Антон с Борей были, как я и просил, тоже в балаклавах.
  
— Я же просил его не отпускать! — укоризненно сказал я Рите.
— Прости, не уследила, — виновато сказала она, подхватила Лема и унесла обратно в сторону комнаты отдыха, слегка проглядывающей через туман.