Перевозчик (СИ)

  
Перевозчик
   
1. Кризис доверия
 
Моё заявление о том, что среди них есть крыса, подействовало очень сильно. Они долго переваривали эту мысль, не зная, что делать дальше.
— Ты можешь это доказать? — наконец спросил главный.
— Нет, — сказал я, — только косвенно. Могу, например, показать, где заложена взрывчатка.
  
— Ты что, не видишь? Они же нас разводят! — крикнул тот, что получил от меня молнией в промежность.
Он уже немного оклемался и начал вставать с асфальта.
— В чём-то он прав, — сказал главный задумчиво, — не вижу оснований вам верить, если честно.
— Посмотрите на места, где заложена взрывчатка, тогда решайте, — пожал я плечами, — вообще, верить или нет, дело, конечно, ваше. Ты начальник конвоя? Просто если нет, может быть стоит довести эту информацию до того, кто здесь принимает решения?
— Для вас достаточно и моих полномочий, — сказал главный, — и вы извините, но мы вынуждены вас задержать!
— С какой это стати? — напрягся я, — у вас нет такого права. А если вы это сделаете, то для нас это будет равносильно нападению.
— Ситуация непонятная, и мы не можем отпустить вас просто так. Вдруг вы замышляете что-то против конвоя? — сказал главный.
— Тогда вам нужно задерживать каждого, кто попадётся на пути, — сказал я, — ведь любой может что-то замышлять. Если бы мы хотели от вас чего-то, зачем бы тогда приходили сюда и пытались предупредить?
— Не знаю, — пожал плечами главный, — это нам и предстоит выяснить.
— И как же вы это будете делать? — усмехнулся я.
— Поживём, увидим, — сказал главный.
— Чем больше я с вами общаюсь, — вздохнул я, — тем больше мне кажется, что вы тут все заинтересованы в том, чтобы конвой попал в ловушку.
— Не дёргайтесь лучше, — сказал главный, — вы под прицелом, не думаю, что вы умеете останавливать пули. Да и магов у нас в охранении достаточно. У вас нет шансов победить, так что лучше не сопротивляйтесь.
Ситуация была, надо сказать, очень паршивая. Я себе всё совершенно не так представлял. И никак не укладывалось в голове, они реально просто нам не верят, или преследуют какие-то свои интересы.
— Что будем делать? — спросила Алиса едва слышно.
— Сможешь быстро уйти, чтобы тебя не достали? — также тихо спросил я.
— Как пуля! — откусывая яблоко, сказала Алиса.
— Я останусь, ты улетай, — кивнул я, — сразу, как только я возьму на себя внимание.
— Уверен? — пристально посмотрела мне в глаза Алиса.
— Да, — сказал я одними губами.
— Вы чего там шепчетесь? — спросил главный, которому не нравилось, что мы что-то обсуждаем втихаря.
— Ладно, — сказал я и сделал пару шагов вперёд, — только держите меня подальше от этого пидора, — указал я на того, который разговаривал с нами первым.
— Ах ты, сука! — заорал он и бросился ко мне, но главный остановил его, схватив за плечо.
Раздались несколько удивлённых возгласов и пара неуверенных выстрелов.
— А вот стрелять точно не нужно было, — сказал я, — если бы попали, то нажили бы себе ещё врагов. Моё доверие к вам и так уже на минимуме. Не нужно было пытаться вам помочь!
— Ты так говоришь, как будто что-то из себя представляешь, — злобно процедил тот, что в военной форме.
Я отвлёк на себя внимание, дав возможность Алисе резко стартануть вверх. И мне очень не понравилось, что они в неё выстрелили. Вряд ли попали, но тем не менее. Сам факт!
— Почему она сбежала? — внимательно на меня глядя, спросил главный.
— Не сбежала, а улетела, — сказал я, — потому что нечего ей здесь делать. Странно вы себя ведёте. Вам хотят помочь, а вы агрессию проявляете. Не ожидал такого от гуманитарного конвоя. Знал бы, что вы такие, не полез бы предупреждать. Ну взорвётся эстакада и взорвётся. Мне-то какое дело? Мог бы идти по своим делам спокойно.
— Так зачем же полез? — спросил главный.
— Хотел поступить правильно, — вздохнул я, — видимо, зря. Если вы своими людьми не дорожите, почему я должен о них переживать? И то, что вы стреляли по моей напарнице, это вообще ставит вас для меня вне закона.
— Это была случайность, просто от неожиданности ребята пальнули, — махнул рукой главный.
— То есть я могу сейчас пристрелить кого-то из ваших от неожиданности, скажу, что это просто случайность и всё будет нормально? С какой стати вы вообще стреляете в людей? На вас ведь никто не нападал! — сказал я.
— Ладно, конвою пора трогаться, — сказал главный, — не делай глупостей. Тебя сейчас свяжут немного, на всякий случай.
Я понимал, что против этой силы сделать сейчас ничего не могу, приходилось подчиниться. Главное, чтобы остальные не полезли меня отбивать у конвоя. Жертвы были никому не нужны. Ребята здесь были на работе, и они не виноваты, что начальство у них тупое попалось.
Оставалось только надеяться, что если эстакада всё-таки взорвётся, то не рухнет полностью, похоронив нас под обломками.
Ко мне направился один из солдат с наручниками.
— И что дальше? Когда вы меня отпустите? — спросил я.
— Это зависит от того, как дальше будут развиваться события, — сказал главный.
— То есть если плохо, то вы всё повесите на меня? — усмехнулся я, — сделаете крайним того, кто хотел вам помочь? Ну вы и уроды!
— Не стоит нас дразнить, — сказал главный, — придержи лучше язык. Ты не в том положении, чтобы так дерзко себя вести.
— Плевать! — сказал я.
Во всей этой ситуации моё внимание привлекла ещё одна деталь. Те ребята, которые сидели на броне, не очень одобряли действия начальства. Это было буквально написано на их лицах. И даже несмотря на то, что стреляли в Алису тоже двое из них, я всё равно видел некоторую озадаченность от сложившейся ситуации. Как будто их напрягла та информация, которую я сообщил, и они недоумевали, почему начальство не захотело её проверить.
Меня посадили на броню одной из машин, и конвой тронулся. Оставалось только надеяться, что взрывать эстакаду либо некому, либо этого делать просто не будут, оставив эту закладку на будущее. Ведь сейчас у банды вряд ли есть силы, чтобы справиться с охраной конвоя… хотя мы, конечно, могли просто не всё знать.
Руки у меня были скованы за спиной, и я ухватился ими за какую-то торчащую скобу, чтобы не упасть. Ребята, сидящие рядом, поглядывали на меня озадаченно, но молчали. Оно и понятно, решения здесь принимает начальство, а их дело выполнять свою задачу.
Когда мы стали приближаться к месту, где должна была быть заложена взрывчатка, стало тревожно. Спящая под эстакадой мощь разрушения щекотала нервы. Но сейчас взрыва быть не должно было, ведь эта закладка должна была сработать в хвосте колонны.
Честно говоря, место я помнил только приблизительно, по косвенным ориентирам. Может быть, и нужно было отметить точно места минирования, но раньше это как-то даже в голову не пришло.
— Где ты говоришь, взрывчатка заложена? — негромко спросил один из ребят в гражданской одежде. В голосе чувствовалось напряжение. Рядовые охранники восприняли мои слова более серьёзно, чем их начальство. Работа у них была опасная, они постоянно ждали каких-нибудь неприятностей, и мои слова упали на благодатную почву.
Я оглянулся на хвост колонны.
— Если не ошибаюсь, сейчас где-то на уровне четвёртой машины. Хотя это не точно, сверху трудно судить, — сказал я.
Парень сосредоточенно кивнул и сильнее сжал автомат.
Я и сам сидел как на иголках. Ведь если всё же кто-то подорвёт закладку, то нет никаких гарантий, что всё пройдёт по их плану. Взрыв может вызвать и стихийные обрушения. Мы все можем ухнуть вниз вместе с пролётом эстакады, на котором находимся. Тем более, если вспомнить количество заложенной взрывчатки…
  
Весь разговор слышали только те, кто находился на двух передних броневиках, и именно они были как на иголках. Остальные ничего не знали и даже не догадывались о том, что их может ждать.