Император Пограничья 10 (СИ)

Профессор кивнул, делая пометки.
— Также составьте график поглощения Эссенции для наших магов — не новичков, а тех, кто уже имеет опыт. Приоритет — довести всех до уровня Мастера. Нужно отслеживать индивидуальные лимиты поглощения и периоды восстановления. Справитесь?
— Это большой объём работы, — вздохнул Карпов. — Мне потребуются помощники. Хотя бы два-три человека для ведения документации.
  
— Берите кого нужно. Можете привлечь Анну Соболеву для расчётов или Надежду Кронгельм — у неё педагогический опыт. Главное — сделать всё грамотно. Мы строим академию с нуля, и ошибки недопустимы.
— Понимаю. А что с лицензией Академического совета? — напомнил профессор. — Без неё наши выпускники не будут признаваться в Содружестве.
— Это следующий пункт на повестке дня, — я усмехнулся. — Спасибо за напоминание.
Проводив Карпова, я достал магофон и набрал знакомый номер. Через несколько секунд в трубке раздался знакомый голос юриста:
— Прохор Игнатьевич! Надеюсь, путешествие прошло без происшествий?
— Вполне благополучно, Пётр Павлович. Звоню по делу — нужен формальный запрос в Академический совет на получение лицензии для магической школы.
— О, вы решили довести дело до конца? Похвально. Что имеется в наличии?
— Здание школы полностью готово, соответствует всем требованиям. Преподаватели — дипломированные маги, включая профессора Карпова, магистра теоретической магии. Оборудование закуплено, учебные программы разрабатываются.
— Отлично, — я слышал, как юрист что-то записывает. — Я подготовлю все необходимые документы. Укажем, что школа ориентирована на подготовку магов для нужд Пограничья — это повысит шансы на одобрение. Также подчеркну ваш новый статус маркграфа — с титулованными особами Академический совет обычно сговорчивее.
— Когда можете отправить запрос?
— Займусь этим сегодня же. Официальный ответ должен прийти в течение месяца, но я попробую ускорить процесс через знакомых.
— Благодарю, Пётр Павлович. Жду новостей.
Завершив разговор, я откинулся в кресле, потирая переносицу. Утро выдалось продуктивным. Новые маги, планы обучения, перспектива получить опытного алхимика… Угрюм становился настоящим центром силы в Пограничье.
Оставалось воплотить все планы в жизнь.
День выдался насыщенным, но дел ещё оставалось немало. С ростом населения Угрюма неизбежно возникнут проблемы, которые простым приказом не решишь. Вспомнилась история с культом Варфоломея во время Гона — фанатики едва не устроили междоусобицу в остроге и напали на Матвея Крестовского, перепутав его с Зарецким. Конфликты на бытовой почве, кражи, драки — всё это требовало профессионального подхода.
Я достал магофон и набрал номер Родиона Коршунова.
— Слушаю, — раздался бодрый голос начальника разведки.
— Родион, мне нужна твоя помощь в одном деликатном вопросе, — начал я без предисловий. — Угрюм растёт, и нам требуется человек для организации охраны правопорядка. Кто-то с опытом, принципиальный, неподкупный. Попробуй недельки за полторы найти мне такого человека.
На том конце провода помолчали.
— Понимаю вашу озабоченность, Прохор Игнатич, — наконец отозвался Коршунов, — но полторы недели мне не потребуется. У меня уже есть подходящая кандидатура. Григорий Мартынович Крылов, бывший начальник Сыскного приказа Тульского княжества.
— Бывший? И откуда ты знаешь человека из такого далёкого княжества? — я насторожился.
— Профессиональная привычка, — усмехнулся Родион. — Ещё когда работал в разведке Сергиева Посада, собирал досье на всех стражей порядке на ключевых постах в соседних княжествах. Никогда не знаешь, когда такая информация пригодится. А история Крылова гремела на всё Содружество — не каждый день начальник Сыскного приказа арестовывает сына первого советника князя.
— И ты поддерживал с ним контакт?
— Нет, но я следил за судьбой таких специалистов. Его досрочно отправили на пенсию три года назад. Официально — по состоянию здоровья. Неофициально — за чрезмерное рвение и неуживчивый характер.
Собеседник усмехнулся в трубку.
— Представьте себе человека, который отказывался закрывать глаза на воровство городского головы. Который арестовал сына влиятельного боярина за изнасилование крестьянки. Который не брал взятки принципиально и требовал того же от подчинённых.
— Звучит как идеальный кандидат, — заметил я.
— В теории — да. На практике… Крылов — человек сложный. Прямолинейный до грубости, не признаёт полутонов. Для него существует только закон, и плевать он хотел на чины и звания. Именно поэтому его и выжили с должности.
Я задумался. С одной стороны, такая принципиальность могла создать проблемы. С другой — именно такой человек нужен был Угрюму.
— Где он сейчас?
— Живёт под Тулой, в родовом имении. Жена умерла год назад, дети разъехались. Сидит один, читает юридические трактаты и злится на несправедливость мира.
— Поговоришь с ним? — попросил я. — Предложи должность начальника охраны правопорядка в Угрюме. Жалование — семьдесят рублей в месяц, служебное жильё, полная свобода в подборе людей и методах работы. Единственное условие — соблюдение наших законов.
— Ядрёна-матрёна, попробую! — пообещал Коршунов. — Но не гарантирую успеха. Крылов может послать меня куда подальше просто из принципа. Он сейчас никому не доверяет и ни во что не верит.
— Найди подход. Ты же разведчик.
— Как скажете, воевода. Займусь этим. Кстати, о наших текущих делах, — продолжил собеседник. — Помните Сергея Бутурлина? Ваш план сработал превосходно.
— Что с ним? — я не смог сдержать любопытства.
— Сполна почуял запах подгоревшей каши, вот, что я скажу. Вертится как уж на сковородке, — в голосе начальника разведки звучало нескрываемое удовлетворение. — После того как в Эфирнете всплыла информация о его тёмных делишках, на него обрушился настоящий шквал. Тверской Сыскной приказ завёл дело, кредиторы подали иски, а налоговая проверяет все его финансовые операции за последние пять лет.
— Пытается выкрутиться?
— Ещё как! Нанял трёх лучших адвокатов Содружества, пытается откупиться от потерпевших. Но мои люди докладывают — паника полная.
Родион помолчал, потом добавил:
— А самое забавное — теперь он везде кричит, что это заговор, что его оклеветали. Только вот доказательства-то настоящие. Даже его собственный управляющий дал показания, надеясь на снисхождение.
— Долго ещё продержится?
— Не берусь предсказать. Связи у него мощные, может, и ускользнёт от правосудия, но седых волос на пятой точке вы ему добавили.
Я удовлетворённо кивнул. Одной проблемой меньше.
Завершив разговор, я набрал следующий номер. Пора было решить вопрос с транспортом — свободные средства появились, а Бурлак во всём уступал возможностям прошлого моего автомобиля.
— «Автосалон Волковых», — раздался женский голос.
— Соедините с Аркадием Филатовичем. Говорит его племянник.
— Одну минуту.
Через несколько секунд в трубке раздался знакомый баритон Аркадия Филатовича:
— Прошка! Как дела, племянничек? Давно не звонил!
— Здравствуйте, дядя. Дела идут, правда, не без приключений.
— Это я уже понял по новостям. Маркграф Угрюмский — звучит солидно! Твоя мать гордилась бы тобой.
Я улыбнулся.
— Звоню по делу. Мне нужны два Муромца. Такие же, как брал в прошлый раз.
— А что с прежним? — удивился Волков. — Отличная же машина была, сам проверял перед отправкой.
— Машина была отличная, — согласился я. — Пока её не взорвали.
— Что⁈ — собеседник чуть не подавился. — Как взорвали? Когда? Ты цел?
— Цел, не волнуйтесь. Это было ещё пару месяц назад. Покушение организовал Демидов. Вопрос решается, но транспорт пострадал безвозвратно.
  
— Господи Боже мой! — причитал дядя. — И ты так спокойно об этом говоришь! Могли же убить!
— Не убили же, — философски заметил я. — Так что насчёт новых машин?
Аркадий Филатович тяжело вздохнул.